Пираты: до встречи в Париже

112

− Неужели тебе и правда – настолько все равно? – Лермон сел в кресло рядом с братом и посмотрел ему в глаза. Сил на то, чтобы держать лицо или сохранять ложное спокойствие не осталось ни у кого.

Доменик молчал. Перед внутренним взором стояли сразу две женщины. Но среди них не было Дианы. Он смутно догадывался, к чему приведут действия брата, но сейчас хотелось просто отойти в сторону. А отвязаться от Мишеля можно было только одним способом – согласиться на все его условия.

− Я не был здесь очень давно, мадемуазель.

Виразон подал ей руку, помогая выбраться из экипажа. Диана с трудом скрывала торжествующую улыбку. Наконец она осталась вдвоем с графом! Наконец он уделяет ей достаточное внимание. Наконец…

Какая-то тоска зашевелилась где-то в груди. Не хватало той особенной заботы, который он окружил ее на «Черной пантере». Он спас ей жизнь тогда. Мужчины не видели ее в таком состоянии, в котором впервые увидел ее Доменик. И он не отвернулся. Он выходил ее. Вытащил с того света.

Почему-то рядом с ним было особенно спокойно и хорошо. Или шок перекрыл все, вынеся образ пирата вперед и затмив все пережитое? А сейчас… Да, он был приветлив и нежен. Да, он смотрел на нее так, что и сейчас перехватывало дыхание. Да, он держал ее за руку! Но все время казалось, что это не он. Маска. Будто он действительно умер внутри.

Диана отогнала от себя грустные мысли и посмотрела на графа. Его синий взгляд снова поймал ее волю в силки, не позволяя подумать еще о чем-то. И хорошо… Если бы он только захотел… Откуда такая власть, сумасшедшая власть над ней?

− Здесь чудесно, сударь, − прошептала она, не зная, что может сказать еще.

В груди поднимался ужас. Они вдвоем. Слуги настолько вышколены, что их просто не видно. Огромный замок, построенный в прошлом столетии. Почему-то этот романтический антураж вызывал панику, а от графа вместо нежности шла волна опасности.

Или ей просто кажется?

− Не удивлен, что вам понравилось. Вы же так стремились сюда… Зачем…

Ужин был изысканным и тихим. Граф приказал накрыть его на небольшом столе, в очередной раз нарушив принятые законы. Диана смущалась и осторожно перебирала блюда, стараясь не смотреть Доменику в глаза. Он был задумчив. Смотрел на нее как-то странно и…

Она не могла понять, что это, на дне его глаз. Какая-то уверенность, чувство собственного достоинства, при этом – холодность. На грани ненависти. И при этом он так же нежно ей улыбался. Но как странно смотрелась эта улыбка в совокупности с выражением глаз!

− Только один вопрос, сударыня, − граф налил ей вина.

− Что угодно, монсеньер, − выдохнула она.

− Вы уверены в своих желаниях?

Диана гордо вскинула голову.

− Что вы ждете от меня?

− Правду. Если бы решалась только ваша судьба, поверьте, я не стал бы строить из себя послушника монастыря или вашего добродетеля, − усмехнулся граф, откинувшись на спинку кресла.

Он выглядел странно и… волнующе. Широкополый черный халат, украшенный богатой вышивкой, распущенные по плечам волосы. Гладко выбритый подбородок и пристальный взгляд из-под четко вычерченных бровей. В свете свечей он казался восточным купцом. Или… духом из древних сказаний. Опасным и притягательным. Диана скользнула взглядом по его лицу, шее, чуть дальше, несколько позволял ворот рубашки. В это мгновение у нее был только один ответ: она была слишком уверена в своих желаниях.

− Да, ваша светлость…

− Что ж…

Доменик снова улыбнулся. И опять эта улыбка получилась слишком хищной. Он поднял бокал.

− За ваши желания, сударыня…