Пираты Фахрияра

Глава 7

Фырат стоял лицом к окну, наслаждаясь видами Фахрияра. Пенное море ласкало золотистый песок, словно ласковая рука мужа проводила по плавным дугам тела своей женщины. Вдали летали чайки и альбатросы. Намечалась буря. Фырат усмехнулся вспоминая лицо своего братца. А потом его мысли плавно перетекли к принцессе. Когда он говорил, что девушка может погостить у него, он словно почувствовал, как она вздохнула с облегчением. Фырат хотел с ней поговорить, выяснить почему она так рвется в Шагриб к султану. Но все не находил время. Пожалуй сегодня он проводит ее в зверинец.

- Кемаль, что за игры ты ведешь? - Не поворачиваясь спросил хедив вошедшего без стука визиря.

Кемаль застыл на пороге и удивленно посмотрел на застывшую спину друга.

- Ахмед, не прнимаю о чём ты. - Он очнулся и прошел в глубь кабинета. Арочные окна с мозаичным стеклом давали много света, особенно сейчас, когда были открыты. Большой глобус со всеми известными мастеру территориями занимал часть комнаты. На расстеленной карте мира лежал секстант и хрономерт в деревянной резной коробке. Рядом со столом стояла большая, в половину человеческого роста, сферическая астролябия. Массивный стол был завален свитками с расчетами астрономов, вычислениями направления ветра и уровня воды в тех или иных местах моря. А так же расчеты приближающихся магических бурь.

- Как понимать твоё внимание к анирипской принцессе Кемаль? - Хедив сжал руки в кулаки и повернулся к другу спрашивая о том, что тревожило его душу сейчас.

- Тебя только это интересует, друг мой? - Усмехаясь спросил Кемаль. Да, он заметил, как Фырат смотрит на анирипскую принцессу, еще ни одна девица не затронула струны его души и Кемаль уже не надеялся видеть друга счастливым. И тут такая удача! Боги послали им принцессу! Да будет ее век долог и плодороден! Мысленно вознес богам багодарственную молитву Кемаль.

- Не только, я жду отчеты от звездочетов которые ты должен был мне принести. Но я их не вижу, а время близится к полнолунию и я хочу знать зачем оракулу принцесса. А ты решил поиграть в любовь? Не вовремя Кемаль! - Ахмед был зол и только близкие люди могли по взгялду определить, когда глаза Ахмеда метали молнии гнева.

Кемаль вздохнул. Друг был совершенно прав.
- Я не играю в любовь с принцессой, - Усаживаясь в кресло напротив друга произнес Кемаль. На кону стоит гораздо больше чем их жизни и сейчас не до игр в ревность. - Просто Наашах ведет свою игру, и я не хочу чтобы ее высочество пострадала, поэтому перетягиваю внимание всех на себя, сглаживаю острые углы. Пусть лучше Наашах думает, что я волочусь за принцессой чем будет видеть твои пылкие взгляды бросаемые на нее.

Ахмед помрачнел. Да, друг прав, Кастилия ему понравилась. А Наашах уже заигралась в его эфенди. Сдержанная, красивая принцесса, но в тоже время недоступная. Гремучая смесь для истинного фахриярца! Вот и тянется к ней он, кидая на нее жаркие взгяды и мысленно представляя, обнаженное тело в своих руках. Ахмед трхянул головой отгоняя жаркие видения обнаженного девичьего живота с бисиренками пота на нем и его руки ласкающие его.

- Присмотри за Наашах. - Бросил он визирю усаживаясь за стол. - Ты принес звездые крты?

- Да, вот они. Твои пираты постарались на славу. Они просчитали приход затмения до секнуды.
- Да, этого и ждет оракул. Еще несколько дней. Задумчиво проговорил Ахмед рисуя в голове план, как обезвредить мерзкую тварь, убить брата и не дать прнцессе погибнуть.

***

Оракул смотрела на звездное небо. Еще немного и она поквитается со вем родом султана Оглы. Как легко было одурить глупую Лали, которая своими руками привела к ней своего единс венного сына. Вейла не смогла только добраться до Амины. Той, что черной розой проросла в сердце старого султана, и ее план провалился. Она вспоминала, как в годы юности, когда старый сутлан еще был юнцом с только что пробившейся бородой, пыталась привлечь его внимание находясь в гареме, где мечты о свободе и мощи были недоступны. Но молодой султан выбрал ясноокую Лалли, за ее необычный цвет глаз, который та приобрела благодаря вытяжке из атропы ( беладонна). Правда и зрение свое потеряла из-за нее же.
Вейла не смогла простить султана, который обещал ей все звезды мира, а женился на Лалли. В ту зловещую ночь кровавой луны, полную отчаяния, она воззвала к Брахме, предлагая себя, чтобы отомстить за свою боль. За ту любовь, которая сожгла ее сердце.
Брахма ушслышала ее. И на утро Вейла ослепла, но обрела кудм большую мощь, чем человеческое зрение.
Ей нужна была анирипская принцесса, в принципе, подошла бы любая другая одаренная девица королевский кровей. Вейле не хватало лишь малости, сосуда, который уничтожит династию Оглы.
Ей нужно былот одурманить принцессу зельями, которые пробуждали чувства, искусно плетя нити любви. Девчонка должна была обрести настоящую страсть, чтобы её сердце воспылало в унисон с ее же магией, готовящейся разразиться и в этот момент Вейла обретет власть над той, чьими руками будет уничтожен Шагриб.

***

Наашах смотрела вслед удаляющимся Кастилии и Зиневре, и внутри неё всё вскипало, будто в груди клокотала раскалённая лава. Она едва сдерживала дрожь — так сильно её трясло от нахлынувших чувств.

Прежде всего — подозрительность, острая, как лезвие кинжала. Наашах не верила в случайные совпадения: появление принцессы во дворце хедива казалось ей не просто стечением обстоятельств, а частью какого‑то изощрённого, тщательно продуманного замысла. «Что за игру она ведёт? — метались мысли в её голове, стуча в висках, словно молот. — Слишком спокойна, слишком учтива… Слишком идеальна. В этом что‑то есть. Обязательно есть!» Она ловила в памяти каждый взгляд хедива в сторону гостьи — тот был другим, не таким, каким он одаривал наложниц. В нём читалось восхищение, интерес, почти благоговение. И от этого сердце Наашах сжималось ледяной рукой тревоги: вдруг принцесса получит особое расположение? А значит — власть? Власть, которая отнимет у неё всё.