Пираты: к чему приводит Измена

Глава тридцать первая

Памира растворилась в его объятиях. Ураган унес их обоих куда-то, не дав возможности ни прийти в себя, ни подумать. Невольно господин исполнил ее желание, горевшее изнутри нестройным пламенем. Он был с нею. Ласкал и принимал ласки, целовал и замирал от ее поцелуев. Его сильное тело, уверенные руки – сводили с ума. Памира старалась быть ближе. Ближе. Еще ближе!

Маленькая, она обхватила его за шею, заставив снова склониться над собой. Виразон усмехнулся, нависнув над ней. Черные волосы растрепались и упали на лицо. Руки с двух сторон от ее головы ясно давали понять, что убежать не удастся, даже если она вдруг захочет.

Она счастливо улыбалась. Повернула голову, чтобы поцеловать упершиеся в простыню пальцы. Пират удивился, но виду не подал. А она забыла, кто она и с кем. Сейчас оставалась только она. И только он. Без имен. Без прошлого. Здесь и сейчас, обнаженные в объятьях друг друга.

Солнце бросило несмелые лучи в каюту, осветив их обоих. Памира знала, что капитан должен будет скоро уйти, вернуться к своим обязанностям. И так же с удивлением поняла, что не хочет, чтобы он оставлял ее. Даже на минуту.

- Мой господин, - прошептала она, снова позволив себе роскошь прикосновения к его разгоряченному телу. Вряд ли она понимала, что сделала слишком открытое ударение на слово «мой», вновь вызвав саркастическую улыбку на красивом лице пирата.

Виразон опустился к ней, согнув руки в локтях. Девушка не шевелилась, не спуская с него сияющих сейчас ярко-зеленых глаз.

- Колдунья, - прошептал он, прикасаясь губами к ее приоткрытым губам.

Колдунья. Она не отпускала его. Дерзкая. Смелая. Сильно же она изменилась всего за одну ночь…

Пират резко встал и замер посреди каюты, вытянувшись во весь рост. Девушка залюбовалась его фигурой, сильной, гибкой. От него так и веяло спокойствием и уверенностью. Удивлялась самой себе: благодарность – не то слово, которое описало бы незнакомые чувства, теснившиеся в ее груди.

Виразон медленно оделся. Расчесал длинные волосы и стянул их кожаным шнурком. Повернулся к ней, как-то сразу похолодевший.

Памира замерла, прижав к груди покрывало. Эйфория улетучилась под слишком холодным и отчужденным взглядом синих глаз. Она снова видела перед собой капитана, известного пирата, верного помощника Мехмеда, а не заботливого и нежного мужчину. Просто своим преображением Виразон поставил ее на место.

- Я не рекомендую тебе покидать каюту без моего ведома, - спокойно проговорил он. - Пока что отдыхай.

Рабыня осталась одна. Разочарованная, почему-то раздавленная и расстроенная. Пожалуй, ей действительно нужен был сон. И одиночество.