Пираты: к чему приводит Измена

Глава сорок первая

Боя почти не было: точным ударом (нужно будет поставить бочонок рома канониру) «Диана» снесла грот-мачту «Молнии». Еще несколько ядер с пиратского корабля прошили ее корпус по ватерлинии, чтобы всем стало ясно – сопротивление бесполезно, скоро шхуна пойдет ко дну. Торговое суденышко даже не успело выстрелить в ответ, так быстры и точны были действия «Дианы».

Через некоторое время испанское судно было взято на абордаж. Фаратон с наслаждением наблюдал, как его пираты смертоносной волной выливаются на палубу «Молнии». Команда шхуны почти полностью погибла. Капитана, дона Альфонсо д’Аргунду (как выяснилось позднее), серьезно ранило. Связав испанцев, пираты разбрелись по качающейся «Молнии», вот-вот готовой отправиться к морскому дьяволу. Поручив Деснице переправку горстки пленных на «Диану», сам Фаратон устремился в каюту капитана в надежде отыскать что-нибудь действительно ценное.

Он толкнул дверь каюты как раз в тот момент, когда шхуна издала первый протяжный стон и накренилась. Стало очевидно, что времени осталось в обрез. А дверь как назло оказалась запертой. Насторожило. Зачем запирать каюту? Что там прятал капитан?

Фаратон прострелил замок и распахнул дверь. Его не удивила показная роскошь, с которой была обставлена «комнатка» – по-другому и быть не могло, – но лежащая на подушках бледная девушка привлекла внимание, отодвинув на задний план и золото, и восточные побрякушки, в чересчур больших количествах висевших на стенах. Его поразил почти белый, неестественный цвет ее кожи и изможденный вид.

«Молния» заскрипела. Не решавшийся поначалу приблизиться к незнакомке пират понял, что промедление может повлечь за собой слишком печальные последствия. Еще раз бросив взгляд на бесчувственную соседку Альфонсо, пират аккуратно взял ее на руки. Пуговицы на изодранном корсете девушки держались на честном слове, свидетельствуя о яростной и долгой борьбе. О ней же говорили многочисленные синяки и кровоподтеки, разбросанные по ее рукам и шее, и дорожки от слез на щеках. Впервые за долгое время сердце Фаратона кольнуло сострадание. Он, хотя и был пиратом, насилия над женщинами не признавал.

Фаратон вынес свою ношу на палубу тонущей «Молнии» и с удивлением обнаружил, что лазурное небо заволокло темной синевой туч.

– Диар, отнеси пленницу в мою каюту, – приказал пират Деснице.

Тот кивнул и бережно взял девушку на руки.

Едва матросы успели снять крюки с борта «Молнии», как та опасно накренилась. Сильный ветер наполнил паруса разоренного судна, заставляя его двигаться вперед, клонясь к поверхности воды.

Начинался шторм.

Казалось, море сошло с ума и бросило вызов небесам. А поле битвы – огромно… Громадные волны подбрасывали хрупкое творение рук человеческих так высоко, насколько это вообще возможно и даже выше. Безумием было ввязаться в бой стихий. Безумием было что-то делать в этой ситуации. И еще большим безумием было ничего не делать.

Шторм свирепел и притихал, играя, даря надежду и легко забирая ее стремительным ударом ветра. «Диана» ловко плясала на волнах, ведомая твердой рукой.

Фаратон любил грозу. Струи ливня, плетьми хлеставшие тело, придавали ощущение растворения. Острое чувство единения с природой и кораблем. Сколько бы стихия ни бушевала, капитан знал, что справится с ней; он всегда выходил победителем из подобных схваток. Хотя стоило лишь отметить, что в битве стихий нет победителей. Есть только жертвы.

Сегодня жертв не было. Фаратон ласково провел рукой по рулю. Малышка справилась и с этим штормом. К нему приблизился Десница, улыбающийся, усталый и счастливый.

– Сегодня досталось и капитанам, и кораблям, и матросам, и корабельным крысам, у которых, очевидно, отбила аппетит эта проклятая буря, – рассмеялся Фаратон, посмотрев на помощника.

Диар Арди улыбнулся еще шире.

– Полностью с тобой согласен, – ответил он, лукаво поглядывая на капитана.

Фаратон часто ловил себя на мысли, что мог бы назвать Диара своим другом. Десница был единственным человеком на этом корабле, кому капитан полностью доверял. Они вместе прошли через плен у Авирона, вместе освободились. Уже три года они практически не расставались. Они не знали, кем были до той встречи на галере пирата. Но было ли прошлое важным для пиратов? Вряд ли.

– Проследи, чтобы вахтенные стояли на своих местах, – с улыбкой проговорил Фаратон.

Десница кивнул. Напоминание капитана явно было лишним. Диар прекрасно знал, что ему нужно сделать. Но, видимо, Фаратон лишь хотел дать понять, чтобы его не беспокоили. Он справился со стихией. Снова вышел победителем из сумасшедшей схватки. Но он все же человек и подвержен усталости. Помощник проводил пирата мягким взглядом, зная, что тот отправился в каюту.