Пираты: к чему приводит Измена

Глава пятьдесят седьмая

– Ох, дьявол меня возьми, что с моей головой?

Десница первым пришел в себя. Он сидел, обхватив руками голову, заботливо перевязанную Али, немного раскачиваясь. Доктор резко поднялся со своего места и подошел к Диару.

– Что, плохо, да? – с легкой, почти доброй язвительностью спросил он. – Что случилось?

– Ох, и ты здесь, Али…. Башка сейчас на тысячу кусочков разлетится. Ничего не помню. Где мы, черт возьми?

Али снял повязку с головы помощника, достал какую-то мазь, и стал накладывать новую, приговаривая:

– Мы в трюме. Заговор на корабле. Фаратона отравить пытались. Почти удачно.

Диар уставился на араба округлившимися глазами.

– Что ты сказал?

Али медленно улыбнулся, не прерывая своего занятия.

– Ты слышал. И, пожалуйста, говори тише. Я пока не знаю, что решил капитан. Но ему в любом случае понадобится ваша помощь. Матросы спят мертвым сном. И проспят еще несколько часов.

– А Диана?

Доктор замер на мгновение, глядя в Диару в глаза. Освещение в трюме было почти нулевым. Тонкий луч света какими-то хитрыми путями попадал ровно в центр трюма, не давая почти ничего – только ориентир. Но даже при таком слабеньком свете было видно, как лихорадочно блестят глаза Десницы.

– Я ничего о ней не знаю.

– Фаратон же перевел ее в твою каюту, араб!

– Угомонись, Диар! – доктор убрал руки от его головы и положил их пирату на плечи. – Я был с Фаратоном, я не знаю, что происходило на корабле.

– Черт, что с ней? Ее здесь нет?

– Нет.

Диар снова спрятал лицо в ладонях, отшатнувшись от Али. Ему было страшно предположить, что могли сделать с девушкой пираты. Он хорошо знал каждого, и он слишком хорошо знал, как пираты ведут себя, окажись рядом с ними женщина.

– Кто заговорщик?

– Боцман.

Десница глухо застонал. Он слишком хорошо знал, что Джеймс все свободное время пытался проводить, надоедая Диане своим присутствием!

– Какого черта Фаратон перевел ее в другую каюту?

– Ты думаешь, с ним она была бы в безопасности? – Али тихо рассмеялся. – Капитан сам чудом избежал смерти.

– И все же!

– Диар, – голос доктора стал жестким, – я не намерен обсуждать с тобой поступки Фаратона. Коли охота – сам все выскажешь ему, когда придет время.

– И где же он?

– Я здесь.

Фаратон уже несколько минут стоял, прислонившись к одной из деревянных подпорок, и слышал весь разговор. Если бы Десница мог видеть его глаза, он бы точно отвел взгляд. Капитан стоял, скрестив руки на груди. Стоял ровно. Ему стало значительно лучше, сон пошел на пользу.

Диар умолк, глядя в ту сторону, где неясно вырисовывался силуэт пирата.

– Я полагаю, ты все слышал? – через пару мгновений, медленно и тихо произнес он.

– Я слышал достаточно, чтобы понять, что тебе здорово приложили по голове.

Десница попытался встать, но доктор не позволил, с неожиданной силой ударив его в грудь, заставив тем самым лечь.

– Успокойтесь оба, – проворчал врач, оборачиваясь к Фаратону. Тот насмешливо улыбался.

– Ты тоже считаешь, что я виноват в том, что Диана оказалась в руках заговорщиков?

– Никто тебя не винит! – было видно, что Али рассердился.

– Диар, - обратился к помощнику капитан, – а почему тебя так интересует судьба француженки?

Тот посмотрел на пирата с испугом. Голова страшно гудела, эмоции вырвались наружу сразу, как только он перестал их контролировать. С другой стороны... От Фаратона уже столько раз зависела вся его жизнь.

– Я обязан был заботиться о ней, – глухо проговорил помощник.

Мишель язвительно улыбнулся.

– Перед кем?

– Меня зовут Александр Арди. Лет шесть назад меня нашел господин граф де Картафер. И поручил приглядывать за его сестрой, которая тогда жила в монастыре. Три года я провел рядом с этим унылым заведением, отгоняя местных мальчишек, воришек и любопытных от мадемуазель.

Фаратон посмотрел на помощника с интересом. Он слышал что-то о том, что Диану охраняют в монастыре, но не думал, что когда-нибудь встретится с этим человеком лично.

– И ты до сих пор чувствуешь себя обязанным графу? Друг мой, но это же смешно.

Арди резко взглянул на капитана, но не пошевелился.

– Она хорошая, капитан, я не хочу, чтобы ей было больно…

– О, да, и поэтому пытался защитить ее от меня, - Фаратон тихо рассмеялся, опускаясь на мешок рядом с Али.

Мишель положил руку на плечо врача успокаивающим жестом. Он почувствовал, как араб медленно расслабился. Доктор повернул голову и, встретившись взглядом с пиратом, не удержался от слабой улыбки:

– Как дети малые….