Пираты: к чему приводит Измена

Глава шестьдесят пятая

Осень 1671 года. Париж.

- Вы все испортили!

Сабина зло села в кресло, сверля мужа непримиримым взглядом. Она всегда была прекрасна в гневе, эта дьяволица в женском обличье, черноволосая обладательница пронзительных янтарных глаз, на публике сохранявших неизменно томное выражение. Золотого цвета роскошное платье изумительно смотрелось на ней, споря блеском с глазами, которые горели пламенем ярости, стрелялись молниями и, в общем, придавали ей самый грозный вид.

Шалиан невозмутимо опустился напротив нее. Его лицо, слегка озаренное улыбкой, оставалось практически спокойным, хотя в серых глазах бушевала буря. За столько лет совместной жизни с графиней он привык, казалось бы, ко всему, но и его терпению все же существовал предел. Как оказалось.

- О, да, мадам де Шалиан, - он сделал ударение на фамилии, - прошу прощения, что испортил вам веселье.

- Издеваетесь?

Сабина не умела проигрывать. И не умела сдаваться. Король! Сам король уже почти был в ее руках, пока не появился граф. И какая нелегкая принесла Шалиана именно в тот момент, когда от звания фаворитки ее отделяло, быть может, всего несколько минут?

- Спасаю вас, - жестко рассмеялся Шалиан.

И ведь действительно спасал. От мести действующей фаворитки, от позора. И спасал сына. От сомнительной славы.

Граф рассматривал супругу таким взглядом, каким смотрят на надоевшую мелкую собачонку, тявкающую и путающуюся под ногами. Он не женился бы на ней, если бы знал, что она из себя представляет. Хотя Сабина выполнила свое обязательство – виконт де Шалиан рос, взрослел, учился. И был достойным наследником.

- Не смешите меня. Вы испортили мне вечер. Да нет же, вы испортили мне жизнь! – отрезала графиня.

Право, она действительно была расстроена. Женщина обреченно смотрела в окно, кусая губы от негодования. Шалиан всего лишь увел ее в покои. Но в глазах короля она прочла насмешку. Столько лет, столько трудов – и ради чего? Ради насмешки?!

Шалиан разозлился.

- Если вы забыли, мадам, то позвольте вам напомнить, что вы все еще моя жена и мать моего наследника. И будьте любезны вести себя соответствующе!

- Бриан не ваш сын, и вы прекрасно это знаете! - вспылила графиня, вскочив с места. – И нет никакой необходимости привлекать его имя сейчас.

Граф тоже встал. Медленно подошел к жене, взял ее за плечи. Ее побледневшее лицо, страх в желтых глазах – незнакомо. Но все это вызвало лишь улыбку.

- Он мой наследник, - прошипел Шалиан, сжав плечи жены. – Хотя если вы думаете, что я забыл историю с Тореалем, вы…

Договорить ему не дала пощечина: Сабина освободила одну руку. Она не могла выслушивать обвинения из уст мужа. Тем более, что не могла совершенно ничем ему ответить. Да. Он был прав. И где-то в глубине души она понимала его правоту. Но отказывалась принимать. Он позволил ей делать все, что она хотела. Не обращал внимания на череду любовников, сам практически к ней не прикасался. И требовал только одно в ответ – поведение, достойное графини.

Шалиан отпустил ее.

- Позвольте предупредить вас, мадам, что в ближайшем будущем наша семья уезжает из Парижа, - холодно сказал он и сразу же вышел, удостоив графиню сухим кивком.

Сабина удержалась, чтобы ничего не кинуть вслед так спокойно ушедшему мужу. Она не узнавала обычно уравновешенного, более того, вечно равнодушного Ангеррана де Шалиана. Того молодого человека, за которого она когда-то вышла замуж. Сейчас граф стал жестче. А последние минуты убедили женщину в том, что ему не настолько безразлично ее поведение, насколько он всегда это демонстрировал. Что ж, может быть, это даже полезная информация. Но… Черт побери, неужели после этой дурацкой ситуации король потерян? И что принесло графа так не вовремя?