Пираты: к чему приводит Измена

Глава девяносто девятая

Рабыня нахмурилась, глядя прямо перед собой. Виразон не отвечал ей. Только в его невозможных глазах скользила усмешка. Казалось, он сложил руки на груди, и только тут Салима поняла, что он обнажен. О, как прекрасно было это тело… Странно, что его не освещали лучи солнца… Странно, что он не говорил с ней. Или считал уже ее недостойной? Рабыня, посмевшая вскрыть его стол.

Он наклонился к ней, сверля непримиримым взглядом. Черные волосы обрамляли лицо, чуть завиваясь у кончиков. Ветер не развевал их. Салима видела пирата, но не слышала его и не чувствовала. Хотя он был так близко.

- Я не прощу тебя… Ты заставляешь меня страдать, - простонала она, пряча лицо в вуали. – О, дъявол Виразон, испанская кошка, ветер удачи, как же я тебя ненавижу!

Салима почти не почувствовала, как кто-то мягко опустился рядом с ней, как на нее накинули покрывало и потащили куда-то. Она была счастлива – Аллах услышал ее молитвы и забрал к себе.

Она не знала, сколько времени пробыла в беспамятстве. Не понимала, что происходит вокруг, отчаянно надеясь, что все это – страшный сон… Или действительно она уже на пути в другой, более светлый и добрый мир?

Чьи-то руки, чьи-то голоса. Кто-то вливал в нее горьковатую настойку, кто-то кормил, кто-то ласковыми движениями втирал чудодейственную мазь с мягким запахом в обожженную кожу. Дни и ночи рядом с ней был этот «кто-то», даривший ласку и тепло, настолько необходимые, настолько желанные…

Салима открыла глаза. Еще не было сил, чтобы подняться, но она уже могла видеть. Все тело еще слабо болело, ломило, кожа была сухой и горячей. Память медленно, жестоко рисовала картины страшного плавания… Перед глазами неожиданно появился строгий образ Виразона. Его красивое, почти любимое, бесконечно ненавистное сейчас лицо с тонкими чертами и ослепительными, непримиримыми глазами. Казалось, эти глаза и сейчас смотрят на нее, обжигая холодом стократ сильнее лучей солнца, сжигающих ее огнем.

Салима непроизвольно вздрогнула и вдруг ощутила, что она в каюте не одна. Слабая надежда: Виразон – заставила замереть ее сердце, и девушка сама удивилась подобным мыслям. Но лицо человека, оказавшегося рядом, было ей незнакомо.

- Как ты? – человек медленно и неуверенно заговорил по-испански. На вид ему можно было дать лет 35, но Салима не могла бы сказать, что уверена в этом. У него были недлинные черные волосы, губы обрамляла ухоженная эспаньолка. Глаза казались неопределенного цвета в полумраке каюты. Какие-то свинцово-черные. Внимательный, чуть жестковатый прямой взгляд. Нос с горбинкой. Опыт встреч в море подсказал, что она видит перед собой наконец-то истинного испанца. Оставалось только это проверить. Интересно, снова пират?

- Благодарю, мой господин, - на его же языке ответила девушка, слабо улыбнувшись. – Я жива благодаря твоим заботам.

Испанец улыбнулся в ответ, блеснув рядом красивых белых зубов.

- Я рад, моя душа. Позволь представиться, меня зовут Сезар де Фонсаграда, - медленно сказал он. – И я рад приветствовать тебя на своем корабле «Возмездие». Расскажи, что с тобой произошло?