Пирог с корицей

Глава 24. Новое испытание

В маленьком, но вполне чистом доме, куда меня привела служанка Ярмилы, я познакомился с еще не старой женщиной. Она была бледна и слаба, как человек перенесший долгую затяжную болезнь. Конечно, она встретила меня с настороженностью и опасением. И, к сожалению, мне пришлось огорчить ее еще больше, рассказав историю, поведанную мне её же дочерью. Во время этого рассказа Уля, как оказалось, звали служанку Ярмилы, сидела ни жива, ни мертва.

– Дочь, как же ты могла!? – еле слышно спросила ошеломлённая женщина.

– Мамочка, умоляю, прости меня, я правда не желала зла госпоже. Я ей очень благодарна, что она исцелила тебя, но я запуталась!

И снова рыдания. В итоге они обнялись и теперь рыдали обе.

– Так, хватит лить слезы! – рыкнул я, – Нам надо решить, как спасти Ярмилу и не дать вам обеим сгинуть. Мое предложение такое: вы даете мне вассальную клятву, что значит, признаете своим господином и подчиняетесь только мне. Я же в свою очередь – обеспечиваю вам защиту.

Они переглянулись и согласно кивнули.

После принесения и принятия клятв я продолжил:

– Ярмила знает меня как волка, а о том, что я имею человеческую сущность – даже не догадывается. Пока это так и останется. Вам обеим понятно? Это мой приказ, который вы обе не смеете нарушить.

Мать с дочерью кивнули.

– Дальше, я считаю, что Уле надо вернуться во дворец. Во-первых, – обратился я к девушке, – ты будешь моими глазами и ушами, а во-вторых, Ярмила там совсем одна и от страха может наделать ошибок.

– Я готова, – смело заявила Уля, – Знаю, госпожа на меня заругается, что я вернулась, ну и пусть – потом все равно простит, она очень добрая.

– Иди, доченька, ты очень виновата перед Её Светлостью и должна всё исправить. Делай всё, чтобы она выиграла этот конкурс. Тем более, ты своими ушами слышала, что принц к ней благоволит и оказывает поддержку.

– Да, Уля, во всем ей помогай, – не удержался я и, глядишь, скоро станешь фрейлиной королевы.

Где-то глубоко внутри меня завыл зверь.

«Выгулять его надо, что ли? – мелькнуло в голове, – Откуда столько тоски? Ладно, потом разберусь».

– Так, нам еще надо решить, кто я, чтобы у местных не возникало лишних вопросов, – задумчиво протянул я.

– Может быть, – робко предложила мать Ули, – мой племянник, который приехал погостить с другого города? Если, конечно, вас это не оскорбит. Но тогда вы сможете спокойно жить у меня, и Улю не опозорите, что она с молодым человеком разгуливала.

– Хорошо, тетушка Глаша, – хмыкнул я, – побуду вашим племянником. Как меня звать-то?

– Так Яником кличут, он у нас примерно вашего возраста, – закивала женщина.

«Забавно. Тимьян – Ян... бывают же совпадения!»

Я согласно кивнул головой, и дав Уле последние указания, выпроводил её из дома.

Когда Уля влетела в покои своей госпожи, Ярмилка уже сидела перед зеркалом и задумчиво расчесывала волосы.

– Ты все-таки вернулась, – слабо улыбнулась она, – Ну, может так и лучше, столько всего нового, а мне и поговорить не с кем. Всё так ужасно!

– Ох, Ваша Светлость, конечно, я вернулась! Что мне в деревни-то делать? Маму проведала – и бегом к Вам обратно. Давайте-ка мне расческу, это все же моя обязанность! – и она проворно забрала ее у Ярмилки.

– Ну, рассказывай, – поторопила ее девушка, – Волка встретила? Отвела к матери? Как та, не напугалась?

– Встретила, отвела, не напугалась, – широко улыбаясь, покивала горничная.

– Ну Уля, мне что, всё из тебя вытягивать надо? – жалобно проговорила Ярмилка.

– Где-то я это уже сегодня слышала, – пробурчала Уля, но, встретив напряженный взгляд в зеркале, добавила, – Да рассказываю, рассказываю. В общем, пришла я в лес, позвала громко-громко, тут же вылетела эта серая зверюга, села возле меня и ну смотреть. Жутко – ужас! Ну, я ради Вас то терплю. Объяснила ему все подробненько, и мы к маме моей пошли. Мама, конечно, – Уля на несколько секунд задумалась, подбирая нужное слово, – ну, очень удивилась, а потом даже подружилась с волком.

– Это хорошо, – тихо прошептала Ярмилка, – уж не знаю, чем здесь все закончится, но это хорошо, что у Тима хоть кто-то из людей знакомый останется. Он же не дикий, понимаешь? Он ласку любит, его вычесывать надо…, – у Ярмилки на глазах заблестели слезы.

– Понимаю, – серьезно кивнула Уля, – а что ручной – так это вы его вырастили видать, вот он для вас и ручной, а для остальных – ух какой злой и страшный! Уж Вы то мне поверьте.

– Да, ну, Уля, вот узнаешь его получше и поймешь меня.

– Нет уж, госпожа, – быстро закачала головой девушка, – не невольте, сами своего волка расчесывайте да гладьте, а я до него ни в жизнь не дотронусь!

– Ладно, – миролюбиво согласилась Ярмилка, – Но почему ты все-таки вернулась, а?

– Вы на меня не сердитесь, Ваша Светлость, только я не удержалась, да все своей мамочке рассказала. Ну, она и отругала меня, говорит, надо быть благодарными. И к Вам отправила. А я и рада, от волка-то подальше, – сделав выразительные глаза, широко заулыбалась Уля.

Ярмилка улыбнулась в ответ, но потом вдруг помрачнела.

– А где я тебя кормить буду, а? Сама то я с принцем ужинала. И завтрак завтра будет общий, а тебе не боязно будет с девушками питаться? Вдруг кто-то отомстить захочет?

– Боязно, конечно, – в миг стала серьезной Уля, – но я с утра к тетушке Лукерье пойду, она небось не отравит.

– Она – да, не будет, – задумчиво кивнула Ярмилка, – Это ты хорошо придумала, молодец.

Девушки замолчали. Ярмилка была очень задумчива и печальна.

– Ваша Светлость! – не выдержала тишины горничная, – Ну чего Вы печалитесь? Случилось что?

– Ой, Уля, даже не знаю, как и ответить, – вздохнула Ярмилка, – Ну ладно, слушай, все равно завтра от кого-нибудь из слуг да узнаешь. Пришли мы на ужин, принц, я и еще четыре девушки. Все было хорошо и спокойно, а вот как подали десерт, тут принц и говорит:

«Девушки дорогие, в первом конкурсе я полагался на интуицию и на удачу, надеялся, что Боги благословят моё желание быстро выбрать себе жену. Но, так получилось, что вас – пятеро. Поэтому теперь я решил сделать все наоборот. Я поразмыслил о королеве и понял, что она должна быть не только приятна мне внешне, быть моей спутницей на балах и матерью моих детей, но и моей соратницей, – он тяжело вздохнул и продолжил, – Мне предстоит восстанавливать наше королевство, многое менять, со многими бороться, и моя жена должна быть мудро и рачительной хозяйкой!»