Пищеблок. Новые тайны

Глава 18. Допрос

Физрука вывели на улицу. Он обречённо молчал. А Сергей спросил опера:

– Как вы в лагере оказались?

– Девочка одна. Настя… Как её? Сергеева или, нет, Сергушина. В общем, девочка с прошлой смены домой приехала и рассказала отцу, что видела, как в лагере кровь пьют, а ветеран гражданской войны на костре сгорел. Отец её обратился к нам. А у нас по этому лагерю как раз вопросы были. Меня срочно направили сюда под видом вожатого для сбора информации на месте. У вас кто-то уехал, и меня, вроде как, на его место вписали. Даже табельное оружие разрешили с собой взять, что бывает довольно редко. Я издали наблюдал за сборищем у ангара, увидел, как за тобой физрук гонится, решил вмешаться, всё равно нужно было позвонить, вызвать подкрепление.

В своей комнате опер заковал правую руку физрука в наручник, вторую створку которого защелкнул на трубе спинки пружинной кровати. И сказал Гепалову:

– Ладно, я сейчас сбегаю, посмотрю, чтобы твоим друзьям вреда не причинили, а ты карауль этого гада.

– Я с вами! – попросил Сергей.

– Нет! От тебя там толку мало будет, а физрук ваш, кровопийца, сбежать может, от кровати открепится и своих предупредит. Так что сторожи его здесь. Если начнёт дергаться или кричать, вон дубинка, разрешаю по голове огреть.

Сергею пришлось остаться в комнате опера. Физрук молчал не долго. Ласковым голосом он сказал:

– Мальчик, тебя ведь Серёжа зовут? Хороший мальчик! Помоги мне, пожалуйста, руку освободить. Она у меня затекает и начинает болеть. Нужно просто спинку кровати поднять, от сетки её отсоединить и тогда можно через ножку протянуть наручник.

– Я не буду! – решительно сказал Сергей. – Сидите тихо!

– Ты хороший мальчик, пионер! А пионеры должны взрослых слушаться, выполнять всё, что от них требуют старшие товарищи. Ведь так? Вам об этом всё время говорят.

– Я делаю то, что мне опер сказал.

– Но он мент нехороший. А я – ваш физрук. Ты обязан выполнять команды вожатых и сотрудников лагеря. Помоги мне, пожалуйста, а я отблагодарю тебя.

– Не буду! – опять сказал Сергей.

– Посмотри мне, пожалуйста, в глаза, – ласково попросил физрук. – У тебя ведь честные глаза? Я хочу их видеть.

Сергей слышал, что через глаза можно загипнотизировать человека, потому старался не встретиться взглядом с Русланом Максимовичем, а его слащавые просьбы на парня не действовали.

Физрук попробовал подняться с пола и стал дёргать свободной рукой спинку кровати.

– Сидеть! – грозно приказал Сергей.

Но физрук проигнорировал приказ. Он продолжил дёргать спинку в надежде освободиться. Кровать со скрипом стала раскачиваться.

– Сидеть! – опять потребовал Сергей, вновь начавший волноваться. – Или дам дубинкой по голове!

Руслан Максимович словно не слышал. Он всё интенсивнее и интенсивнее дёргал спинку. Кровать подавала признаки того, что не выдержит.

Гепалов схватил милицейскую дубинку, но приближаться к физруку не стал. Шальная интуитивная мысль пришла в голову парня, и он громко сказал:

– Я хочу твоей крови!

Физрук вздрогнул, затрясся, словно больной малярией, перестал ломать кровать, сел на пол и послушно вытянул вперед левую руку. Гепалов посмотрел на мужчину. Глаза его помутнели, лицо приняло странный, бледный и неподвижный вид, словно у покойника. Похоже, Воронцов оказался прав: кодовая фраза превращает вампира в зомби. И Сергей попал в эту фразу! Почему-то она оказалась одной и той же и для физрука, и для Алёнки.

Гепалов решил проверить: правда ли, что физрук оказался в его власти. Пионер захотел сыграть в следователя и учинить допрос.

– Сейчас я буду задавать тебе вопросы, а ты на них отвечать, – изрёк Сергей.

Физрук сидел молча.

– Кто стратилат вашей группы? – спросил Гепалов.

– Колыбалов, – спокойно, совсем безучастно ответил бледный вампир.

– Сколько вампиров входит в группу?

– Тринадцать человек, включая тушки.

– Зачем вы собрались сегодня?

– Жертву принести нашим покровителям, после чего наш стратилат должен испить крови. Сегодня его фаза луны.

– Кроме вашей группы есть ещё вампиры в лагере?

– Раньше в лагере действовали две группы. Одна – наша, вторая Серпа Иеронова, но на прошлой смене группу Иеронова разгромили.

– Кто входит в вашу группу?

Физрук стал перечислять, он назвал как незнакомые Сергею фамилии, так и знакомые: Колыбалова, свою, электрика и Плоткина, вожатого третьего отряда.

– А Вероника Несветова? Почему ты не сказал, что она – вампирша? Что ты знаешь о ней? – поинтересовался юный следователь Серёжа.

– Она входила в группу Иеронова. Они специализировались преимущественно на пионерах. На этой почве у Колыбалова и Серпа возник конфликт. В результате которого Серп исчез, а его группа перестала существовать. Сегодня Веронику хотят сделать стратилатом дружеской нам группы.

– Что ты знаешь о кодовой фразе?

– Она отключает сознание человека, лишает его воли, получивший код в мозг превращается в раба того, кто произнёс этот код.

– В вашей группе для всех вампиров кодовая фраза у всех одна и та же?

– Да!

– Почему?

– Чтобы не перепутать, а стратилат мог одновременно приказывать нескольким из нас.

– Можно ли снять эту фразу?

– Можно, но нужно перепрограммировать человека.

– А у стратилата есть кодовая фраза?

– Есть.

– Какая у Колыбалова?

– Я не знаю.

Закончив допрос, Гепалов дал команду:

– Сейчас ты уснёшь, будешь спать очень крепко!

Глаза мужчины закрылись, он опустил голову и, сидя на полу, провалился в глубокий сон.

Сергей также прилёг отдохнуть на кровати оперативника. Постепенно недосып и усталость последних дней взяли своё. Мальчишка задремал. Под утро он услышал голос отца:

– Почему вы оставили Серёжу с этим? Зачем стали рисковать ребёнком?

– Нужно было сторожить физрука, чтобы не сбежал.

– Позвали бы кого-нибудь из взрослых.