Пищеблок. Последняя смена

Глава 13

До самого вечера Жека искоса следил за вампирами, стараясь не упускать их из вида и подмечать любую мелочь.

Ребята звали его играть, пытались растормошить, но каждый раз он отказывался, продолжая стоять в сторонке. Потому что с ребятами к нему подходил и Антон, и от этого Жека вздрагивал, а кожа у него покрывалась мурашками.

Тем не менее, кое-что необычное ему подметить все же удалось.

Да, на первый взгляд вампиры вели себя совершенно обычно, не считая пионерских галстуков, алевших на их шеях. Зато необычно вели себя другие ребята, из палаты Дениса Портнова.

Наверно, если бы Жека не наблюдал за ними столь усердно, он бы ничего и не заметил, потому что это не бросалось в глаза. Но пятеро парней, включая Балеруна, беспрекословно слушались Дениса.

Вот они играли в мяч, и в один момент тот укатился очень далеко. Обычно, когда Жека сам играл с ребятами и происходило что-то подобное, они долго спорили, кто же виноват в том, что мяч укатился, и кому, соответственно, за ним идти.

Но сейчас Денис проговорил, а точнее, скомандовал:

– Миша, принеси.

И Балерун без всяких возражений пошел за мячом. Хотя, когда он еще жил с ними, то никогда не поступал так.

И когда за ужином, Катя из первого случайно уронила ложку, то вместо того, чтобы поднять ее самой, она приказала своей подруге:

– Настя, ложка.

И та молниеносно кинулась поднимать упавшую утварь, даже не подумав возмущаться.

И из всего этого Жека пришел к выводу – люди, находящиеся рядом с вампирами, слушались их беспрекословно.

Однако почему так происходило он не понимал до тех пор, пока Денис не велел Грише убрать его посуду. Ведь Жека видел, что вампир пил Гришину кровь, и тогда картинка в его голове сложилась окончательно.

Значит, жертвы вампиров становятся их марионетками. А кому подчиняются сами вампиры? Своему главному? Наверно, он настоящий дьявол, потому что только дьявол мог сделать из обычных пионеров монстров.

***

Уже второй день Нина была абсолютно счастлива.

Во-первых, Леша оказался куда серьезней, чем могло показаться на первый взгляд. Им было хорошо вдвоем, они могли говорить часами и столько же времени могли целоваться.

Во-вторых, став серьезным по отношению к Нине, Леша куда внимательней стал относиться и к своим обязанностям вожатого.

Больше его не нужно было подгонять, так что Нина точно знала, что может на него положиться.

В общем, эйфорию Нины ничего не нарушало. Почти ничего, кроме того случая с пионеркой, который не давал ей покоя. Того, когда ей показалось, будто она видела на улице Катю, пьющую кровь. Но Нина гнала от себя эти глупые мысли, разумно полагая, что все это ей просто почудилось. Ведь на самом деле такого быть не могло. А Нина всегда считала себя собранной, рассудительной девушкой, пожалуй, даже слишком серьезной для своих лет.

Однако Леша заставлял ее улыбаться и терять частичку этой серьезности. Но не в плохом смысле, а скорее наоборот – рядом с ним она дышала глубже и жила ярче.

Вот и сегодня, уложив пионеров спать, они отправились на прогулку, под недовольным взглядом Ульяны, на который Нине, к своему удивлению, вдруг стало абсолютно плевать.

Вернулись поздно, ближе к утру, так что Нина уже предчувствовала, что завтра утром будет чувствовать себя плохо, но и на это ей тоже было плевать.

Тихонько, стараясь не шуметь, девушка поднялась на второй этаж, в вожатскую. И замерла на пороге, услышав какой-то странный звук со стороны одной из девичьих палат.

Наверняка это просто кто-то всхрапнул во сне, или перевернулся, но Нина ведь все равно не спала, так что решила заглянуть к своим подопечным и проверить их.

Все так же тихо, не издав ни звука, она прокралась по коридору и осторожно заглянула внутрь комнаты.

Сперва ей показалось, что все в порядке, но потом она заметила пустую койку Кати. Хотела было испугаться, однако девочка обнаружилась тут же – она стояла, склонившись над кроватью своей подруги.

Нина уже открыла рот для недовольного замечания о том, что ночью все должны спать. И сразу же его закрыла, потому что увидела нечто невообразимое – приложив запястье Насти к своему рту, Катя пила ее кровь.

Почти как тогда, пару дней назад на улице. Только в прошлый раз Нина убедила себя в том, что ей почудилось, а сейчас сделать этого не получалось. Она ведь видела, видела все своими глазами! И на сон списать это было нельзя, потому что Нина не спала!

Отступив на шаг, вожатая пулей вернулась в свою комнату. Не раздеваясь, легла в постель, и накрылась одеялом с головой, как маленькая.

“Мне показалось, просто показалось”, – твердила она про себя, но уже знала, что это ложь.

***

Перед самым отбоем Жека снова зашел к отчиму. Они уже виделись сегодня, но молча пожали друг другу руки, глянув один на другого с пониманием.

– Ну как ты? – спросил дядь Коля, усадив пасынка на стул и поставив кипятиться чайник Валерыча.

Сам доктор к этому времени уже успел уснуть, и сейчас по всему медпункту раздавался его храп: “хррр-фьють, хррр-фьють”.

– Нормально, но уезжать не надумал, – дернул плечом Жека. – Я весь день смотрел на них, и кое-что понял.

– И что?

Жека поделился своими наблюдениями, а затем они вместе внесли имя Сережи в отдельный список, куда Разумовский уже записал имена всех других вампиров.

Вампиры… подумать только.

В лагере. Среди пионеров. Такого даже в страшилке никогда не расскажут, потому что это одновременно смешно и страшно. Смешно от того, что древние монстры из легенд ничем не отличаются от остальных. И страшно тоже из-за этого.

– Ты это… – крякнул дядь Коля, когда они закончили со списком. – Тут лучше на ночь оставайся. Раньше у вас только Портнов был, а сейчас еще и Антон. Он ведь с твоего звена, верно?

– Верно, – кивнул Жека, раздумывая над предложением отчима.

Раньше он бы начал с ним спорить просто из принципа. Потому что считал, что этот человек кругом неправ. А еще, в глубине души, ревновал к нему маму – ему казалось, что с появлением Николая та стала меньше уделять времени самому Жеке. А еще, что так она словно предавала память отца.