Пишущий костями

Часть 3. Возвращение. История 10. Бесцветная бабочка

«С детства меня мучил один вопрос, почему я — это я, а не кто-то ещё. Один древний философ как-то говорил: «Я мыслю, значит существую». Но я не думал о себе, я думал о других. Любой мог стать мной». © Ю Отосака. Аниме: Шарлотта.

Я растерянно оглядываюсь, не видя вокруг ничего, кроме застывших в белоснежном мареве чернил. Они складываются в обрывки стихов и историй, выведенных ровно и знакомо. Горечь трав и крови витает вокруг. Кап. Кап. Чёрные с переливом в разные оттенки кляксы расползаются под столбцами и строками, зависшими в облаках. Куда не посмотри, повсюду неподвижно без намёка на тень стоят скелеты, самые разные: маленькие и большие, те, что давно рассыпались и те, что забыты. Все кости, что я собрал, все обрывки фраз, что однажды написал.

Зачем... они предстали предо мной? Или я перед ними?..

Шагнув вперёд, вздрагиваю, когда кости осыпаются крошкой и сильный ветер дует в лицо. Закрыв глаза рукой, чувствую неприятный вкус на губах. Я остаюсь в тишине, наполненной беспорядочными надписями и тоской. Осторожно шагнув дальше и поняв, что ничего не происходит, дотрагиваюсь до одной из надписей и она растекается чёрной лужей. Отпрянув, едва не задеваю другую надпись.

— Все написанные мною слова... и правда... бессмысленны.

Одна за другой они стекают на белоснежный пол и втягивают меня в тёмную бездну, словно в воду. Только света поверхности не видно. Тишина.

Интересно... вода чёрная или моя душа?

Если вверху нет света, значит, падаю в никуда. Значит, некуда всплывать, нет смысла пытаться спастись. Я могу свободно дышать. Только пузырьки воздуха и тяжесть движений помогают осознать, что я медленно погружаюсь на дно.

А есть ли... это дно? Или же я буду падать вечно... Я словно... возвращаюсь к истоку.

Вытянув руку и взглянув сквозь пальцы, моргаю и цвет исчезает. Открываю глаза — ничего не меняется. Ощущения, что и прежде. Вода, в самом деле, становится непроглядно-чёрной и тяжёлой. Не хочется шевелиться.

Буду падать вечно... Больше мне ничего не осталось. Тонуть во тьме бессмысленных и фальшивых чувств, что так легко растаяли. Просто буду падать. А ведь это место так знакомо... так пугающе...

Вскоре мысли оставляют меня. Я единое целое с водой.

Медленно начинаю чувствовать, что задыхаюсь. Это не прогоняет моего безразличия. Могу и не дышать вовсе. Даже если остановится сердце, ничего не изменится.

Сердце?..

Сжав ткань у груди, ничего не слышу. Ничего не чувствую. Всё равно. Всё равно.

Мне всё... равно!..

Сжав горло, всё ещё пытаюсь дышать. Да, лучше бы мог дышать, а то вечно терпеть боль не хочется.

Хочу... дышать...

Приоткрыв глаза, вдруг вижу свет. Кажется, от луны. Вода очищается, просвечивается, становится прозрачной и красивой. Спина касается дна, и я перестаю падать. Кто-то хватает меня за плечи и выдёргивает на поверхность. Кашляю с большей силой, выплёвывая воду. Надрывая лёгкие, заставляю себя вдыхать воздух, в котором, казалось, перестал нуждаться.

Как ярко... глаза болят. Ну здравствуй мир, соскучился, что ли? Зря ты волнуешься, я столь же долго буду жить, как и ты. Выбора-то всё равно нет. Может, и к лучшему. Иначе, сойдя с ума от боли и одиночества, мы бы погибли от рук друг друга.

Откашлявшись, хриплым голосом произношу:

— Холодно...

Меня пробирает крупная дрожь от стекающих по коже капель, поблёскивающих вместе с бликами на воде от лунного света. Одежда неприятно липнет к коже, напоминая вязкую темноту. Вода ледяная. Подтянув колено, опираюсь на руку. Камень под ней шершавый. Вода колеблется, но я вижу в ней чьё-то отражение и поднимаю глаза.

— И это всё, что ты можешь сказать?

Холодный голос едва слышен среди шума водопада. Он более холоден, чем вода. И такие же холодные глаза напротив моих. Такие же холодные чувства. Прижав руку к щеке, я недовольно поджимаю губы. Он меня ударил.

Кровь идёт...

Внезапно осознав, я прижимаю окровавленную руку к груди и чувствую резкую боль, пронзающую всё тело до судорог. И, услышав неторопливое биение, начинаю осознавать, как близок был к смерти.

Или нет.

Холодно взглянув на Короля, спрашиваю:

— Что? Если бы ты не вытащил меня, возможно, я был бы вечно спокоен.

— Ну прости, что отвлёк от созерцания ночного неба сквозь толщу воды, принц костей, — развернувшись, он уходит. — В следующий раз пройду мимо.

Оставшись наедине с собой, я не спешу вылезать из воды. Во мне появляется странное чувство, словно всё не так. И оно не призывает что-то делать, напротив, принуждает ощутить острую жажду написать что-то. Я всё же встаю, немного покачнувшись. Голова кружится лишь мгновение. Скорее всего, из-за отсутствия воздуха в лёгких. Ничего серьёзного.

Что я делал до недавнего времени? Не могу вспомнить.

По всему телу ужасная боль, она пульсирует как ожёг, охватывающий тело, даже кончики волос и кости. А на коже постепенно проступают тёмные пятна. Поднявшись в комнату и сняв мокрую одежду, использую последнее зелье. Скверна сходит с кожи, но боль остаётся.