Письма между страниц

Глава 1

Этим вечером Лаура попала в переплет. В переплет любовной истории.

Началось все с гениальной маркетинговой идеи ее папы. Он решил под Новый год устроить киноклуб и пригласил весь класс Лауры в свой книжный магазинчик, совмещенный с кофейней и залом для культурных мероприятий. Узнав об идее, девушка застонала: «"Культурных", папа! А парни здесь все вверх дном поднимут!».

На папу увещевания не повлияли. Он заявил, что будет весело, да еще и «привлечет в "Лавку Петрарки" клиентов». Да: папа так любил средневекового гения, что назвал магазин в честь самого Петрарки, а в честь его возлюбленной — дочь.

И вот тихая гавань Лауры битком набита подростками, а некоторые еще и...

— Игорь! — Лаура подлетела к однокласснику, который заявился на кинопросмотр в спортивном костюме, и вырвала у него пачку чипсов. — Здесь не едят!

— Здрасьте, — он посмотрел на нее снизу вверх, лениво развернувшись на стуле. — Здесь кофейня.

— Кофейня в соседнем зале, — Лаура указала пальцем на дверь. — И там подают кофе и пирожные, а не это... Адское крошево.

Игорь фыркнул:

— Ты слишком трясешься над тем, как принято, Ларка, — он вытянул пачку из ее пальцев и демонстративно открыл. И приподнял одну бровь.

Лаура сжала кулаки:

— Здесь...

— Лаура! — в дверях появилась высокая фигура отца. — Помоги мне разнести напитки!

— Папа, Игорь ест чипсы!

— Да? — папа сделал пару шагов вперед и мягко положил Игорю ладонь на плечо: — Спрячь, пожалуйста. Для еды соседний зал.

— Ну ладно, ладно, — Игорь загнул верхний край пачки и убрал ее.

Лаура торжествующе улыбнулась и пошла за папой. Он начал собирать заказы у кофейной стойки: пританцовывая, закрывал стаканчики и напевал. Стянутые в хвост длинные волосы колыхались в такт движениям. Какие же они все-таки разные! Лаура никогда не поет вслух, а еще она невысокая, тонкая и носит стрижку-пикси. То ли из-за прически, то ли из-за больших карих глаз, но Лаура регулярно слышала от посетителей, что она — «вылитая Одри Хепберн». Или Бэмби. Лаура так не думала, но вежливо кивала.

Папа развернулся и дал ей поднос:

— Разнеси, пожалуйста.

Лаура вернулась в зал:

— Передайте раф Кате! — перекрикивая гомон, попросила она.

— На альтернати-и-ивном? — протянула Катька из дальнего угла. — Или у вас такого не-е-ет?

— Все, как заказывали. Твой на миндальном, — Лаура глубоко вдохнула, дежурно улыбнулась и передала стаканчик однокласснице.

Игорь тоже взял стаканчик:

— И у меня альтернативное, надеюсь? — со смешком спросил он.

— Ты заказывал на обычном, — прошипела девушка. Игорь не успел ничего ответить. Мама Лауры похлопала в ладоши, привлекая внимание:

— Разобрались с напитками? Начинаем!

Погас свет, по экрану побежали титры. Лаура не стала садиться в общем ряду: она смотрела фильм, сидя на любимом барном стуле позади всех. Ей нравилось замирать в уголке. Через дверь было слышно, как суетится мама, позвякивая посудой; доносились глухие голоса посетителей. Пахло кофе и... Чипсами. Ладно, можно потерпеть.

Фильм был один из ее любимых — о любви человека и нейронки. Лаура смотрела его в киноклубе в третий раз, и все равно прослезилась в финале. Когда вспыхнул свет, пришлось часто моргать, чтобы не выдать себя.

— Обсудим? — папа сел перед классом с горящими глазами, развернув стул спинкой вперед. — Главный вопрос: вам понравилось?

— Норм, — Игорь сидел, вытянув скрещенные в щиколотках ноги. — Скоро так все и будет, че.

— Неправда, — вырвалось у Лауры. — Ии никогда не заменит человека! У него не появится чувств!

— Пфф! — Игорь даже не посмотрел в ее сторону. — Год-другой — и ваш магазин закроется. Каждый сможет попросить нейронку написать именно такую книгу, которую хочет прочитать в данный момент.

— Значит, будем продавать только кофе, — папа хохотнул, но Лаура видела, что его это задело.

— Хватит тебе, Игорь, — в разговор вступил Коля. Он тянул шею из широкого ворота рубашки, а слишком большой для него пиджак странно пузырился на плечах, как будто под одеждой Коля растворялся.

— Не веришь? — Игорь хмыкнул.

— Конечно, не верю. Никогда иишка не заменит настоящего художника.

— О, наш человек! — папа заулыбался, но Игорь презрительно засмеялся.

— Вы прикалываетесь? Уже заменяют. Художников точно! С писаниной чуть сложнее, но осталось совсем чуть-чуть. Это все, — он помахал руками, указывая на книжные стеллажи, — прошлый век.

— Нейронки вторичны, — Лаура с досадой заметила, что ее голос дрожит. — Они повторяют за людьми! А настоящие эмоции ИИ не может ни испытать, ни передать.

— Я тебя умоляю, Лара.

— Лаура! — поправила девушка, но Игорь проигнорировал.

— Люди тоже повторяют за людьми. Все пишут и переписывают книжонки про Золушку, Ромео и Джульетту и прочую чушню. Уж это нейронкам под силу.

— Никогда человек не поверит чувствам, которые созданы нейронкой! — в глазах потемнело: Лаура видела только самодовольное лицо Игоря, остальное тонуло во мраке.

— Не будем спорить, — папа резко встал, поставил стул на место, откашлялся. — Уже поздно. Давайте по домам!

Все стали потягиваться, собирать стаканчики и переговариваться. Лаура слышала стук своего сердца — как же сильно этот выскочка ее разозлил!.. Она распахнула дверь и быстро пошла в кофейню, убирать перед уходом. Одноклассники потянулись к выходу: кто-то махал на прощание рукой, кто-то показывал большие пальцы, а Катька скользнула мимо, не оборачиваясь. Коля отсоединился от толпы и подошел ближе:

— Спасибо за вечер тебе... И твоим родителям. Мне очень понравилось.

— Спасибо, что пришел, — Лаура улыбнулась и вытащила из вазочки на стойке конфетку для посетителей: — Хочешь?

— Спасибо, — Коля взял конфету, улыбнулся и бережно положил в карман огромного пиджака. — Теперь увидимся в следующем году, да?

Лаура усмехнулась:

— Получается, так.