Письмо из ромашек

Глава 6. Кровь на алтаре

Алтарь «Сквозь Пламя» был вырезан из черного облака, его края мерцали от жара. Лира стояла в первом ряду, сжимая в кулаке ромашку — последний цветок из венка Элары. Сегодня Кайран должен был убить «нечистую» — пленную туманницу, которую стража притащила вчера.

— Сегодня Аэлидор очистится от слабости! — Кайран поднял меч из костей драконов, его чешуйки сверкали в свете факелов. — Эта тварь помогала беглым женщинам. За это она умрет.

Лира посмотрела на жертву. И замерла.

Мара. Ее подруга детства. Девочка, которая спрятала Лири в подвале, когда отец пытался выдать ее замуж за старого дракона. Мара, которая училась с ней языку цветов, шепча: «Ромашка — это ты. Ты не одна».

— Нет, — прошептала Лира.

Мара встретила ее взгляд. В ее глазах — не страх, а упрек: «Ты позволишь ему?»

Кайран взмахнул мечом.

— Кто из вас достоин жить? — спросил он толпу. — Те, кто слушает мужей? Или те, кто предает их?

Лира сжала ромашку. Элара, — напомнила она себе. — Ты не можешь рисковать. Но когда Мара прошептала губами: «Сестры ждут», Лира поняла: если она промолчит, ее дочь вырастет в мире, где предательство — единственный выбор.

Она шагнула вперед.

* * *

Ночью Лира пришла в темницу. Ключ от замка был спрятан в лепестке ромашки — Сестры оставили его у порога.

— Ты сошла с ума, — Мара схватила ее за руку, когда Лира открыла дверь. — Если он поймает тебя…

— Я знаю, — Лира подала ей плащ из туманной паутины. — Беги к Храму Лунных Цветов. Там тебя спрячут.

— А ты?

— Я останусь. — Лира улыбнулась сквозь слезы. — Кто-то должен научить Элару, что предательство — не любовь.

Они обнялись. Мара побежала в темноту. Лира осталась, пряча ключ в складках платья.

Но Кайран ждал ее у двери спальни.

— Где она? — его когти впились в ее горло.

— Я не…

Удар. Лира упала, чувствуя, как что-то хрустит в груди. Ребро, — поняла она. — Он сломал мне ребро.

— Ты предала меня, — прошипел Кайран, срывая с нее платье. — Теперь все увидят, что ты — предательница.

Он бросил ее в коридор, обнаженную, с окровавленной грудью.

— Пусть весь город знает, что с тобой будет.

Элара стояла в дверях своей комнаты. Ее глаза были широко открыты.

* * *

Лира проснулась от пения.

Она лежала в темноте, но вокруг нее танцевали женщины. Их тела светились синим пламенем, волосы развевались, как крылья облачных китов. Они держали руки друг друга, образуя круг над пропастью.

— Что это? — прошептала Лира.

— Наша память, — ответила одна из них. Ее лицо напоминало Вейлу. — Мы те, кого убили за то, что осмелились дышать.

Женщины запели:

«Твое тело — не его меч.
Твоя боль — не его трон.
Ты — не пепел. Ты — огонь.
Выбирай, где гореть».

Лира попыталась прикоснуться к ним, но руки прошли сквозь пламя.

— Я не достойна вас, — сказала она. — Я прятала боль. Я молчала.

— Ты жила, — женщина с лицом Вейлы положила ей ладонь на грудь. — А это самая смелая победа.

Круг распался. Женщины взмыли в небо, оставив после себя дождь из ромашек.

Лира проснулась с пеплом на ладони.

* * *

Утром, пока Кайран спал, Лира написала письмо.

«Элара, моя птица-пепел,
Если ты читаешь это, значит, я не смогла защитить тебя до конца.
Но я хочу, чтобы ты знала: ты не должна быть сильной, как он.
Ты должна быть сильной, как я.
Не той, что молчит. А той, что выбирает.

Мужчину надо выбирать не по силе его кулака,
а по тому, как он смотрит на твои слезы.
Если он видит в них слабость — беги.
Если он видит в них небо — останься.

Ты достойна любви, которая не требует крови.
И знай: даже если я умру,
моя боль станет твоими крыльями.

Мама».

Она спрятала письмо в потайной карман платья Элары — там, где девочка хранила свои мелки.

Когда Кайран вошел, Лира сидела у окна, глядя на облачных китов. Ее грудь болела, но она не сгорбила плечи.

— Ты улыбаешься? — спросил он, хватая ее за подбородок.

— Да, — Лира не отвела взгляд. — Потому что знаю: ты уже проиграл.