Письмо никому

Телеграмма

Телеграмма была короткой – всего два слова. Да и те будто бы случайно вырваны откуда-то. Конечно, и раньше попадались послания с дурацким текстом, но эта была верхом нелогичности: «Сорок два». И все.

- Кто-то здорово сэкономил деньги, - подытожил почтмейстер. – Эй, молодой… Как там тебя…

- Рудич… - отозвался Антон.

- Ну да… - согласился начальник. – Между прочим, твой участок. Сбегай, отдайся…

- Не хочу… - буркнул все еще испуганный Антон. – Странная телеграмма. Ее не по адресу надо снести, а в милицию.

Начальник отделения хохотнул:

- Мир гораздо проще, чем то, что тебе кажется. В году этак восьмидесятом был почти аналогичный случай. В одну квартиру стали приходить телеграммы. А в них вместо слов – цифры. Неделю приходят, вторую. На четвертую я не выдержал – прихожу, говорю, мол, еще одна телеграмма придет с шифровкой, сдам в милицию…

- И чего?

- А ничего… Говорят, мол, не шифровка это. У них приятель придумал систему в спортлото играть. Ну и как, спрашиваю, работает? А как же, отвечают, уже двести рублей выиграли… А двести рублей по тем временам – ого-го-го!!!

- Ну а дальше?..

- Дальше-то?.. Дальше и я стал в спортлото играть. Телеграммку пока несу, номера-то и выпишу. Ну и значит, рублей пятьдесят таки выиграл. А затем они с нашего района съехали.

Почтмейстер замолчал, задумался. Надо же – четверть века прошло, а он все на том же месте, только должность немного поменялась…

- Короче… - подытожил он. – Одевайся и уматывай. Назад можешь не заходить – все равно день заканчивается… Можешь так и сказать ему, мол, после работы телеграмму вам принес, сверхурочно. Может, какую лишнюю копейку заплатят…

Он еще раз всмотрелся в текст телеграммы:

- Хотя, за такую хорошо бы чтобы хоть как-то заплатили…

Уже одеваясь, Антон спросил:

- А кто там живет, не знаете? В квартире той?.. Не знаете?

- Не-а… Раньше старушка жила. Померла прошлой весной… А кто теперь – не знаю.

-

Как-то сразу на проспекте пропал свет.

Только что горел, но вдруг на протяжении нескольких кварталов лампы мигнули и теперь едва теплились в плафонах. Горели окна в тепле чужих квартир, водители, проезжая этот участок дороги, ставили фары на дальний свет, слепили прохожих, спешили проскочить этот участок побыстрей.

Идти по тротуару можно было без труда, но в трех шагах уже лица не разобрать, знакомого встретишь – разминешься.

Неуютно на улице, - думал Антон. - Но ведь не заговор же это всеобщий? Не могут же свет отключить специально из-за почтальона, который несет телеграмму? Чтоб он не увидел тень за своей спиной?

Свернул меж домов, немного постоял в нише, ожидая, что кто-то появится за ним – но нет, пусто. Прошелся вдоль здания к нужному подъезду. Дверь подъезда оказалась открытой. По узкой лестнице поднялся на третий этаж. Снова дверь, но попроще, деревянная, даже без глазка и звонка. Постучал раз – в ответ тишина.

Антон решил: постучать еще дважды. Если не будет ответа – уходить… Но уже после следующего удара из квартиры откликнулись:

- Открыто!

Антон толкнул дверь сильней, она распахнулась.

В квартире было темно, только за окном светили лампы уличных фонарей – свет на проспекте уже включили.

Все тот же голос:

- Проходите в зал.

Впрочем, невелика беда: обычная однокомнатная квартира. В этом районе практически все такие, и если видел одну – видел все. По такой Антон мог пройти с закрытыми глазами.

- Наверное, - спросил он с порога зала. - Я не должен включать свет?

- А?.. – спросил его собеседник голосом сонным.

- Я говорю, свет выключен специально?

- В некотором роде. Я сижу здесь с сумерек. В темноте лучше думается, и я, похоже, задремал. Кстати, который час?

- Около пяти.

- Точно задремал. А вы, вероятно, почтальон?

- А вы ждете телеграмму?

- Около того…

- Хотите ее прочесть? Включить свет?

- Это необязательно. А, впрочем, включайте… Вам, вероятно, неудобно в темноте. Выключатель около двери.

Кнопку удалось нащупать почти сразу. В люстре загорелась одинокая лампочка, она осветила комнату. Вся ее обстановка состояла из журнального столика. На потрескавшейся, видавшей виды столешнице стоял выключенный ноутбук. Возле стола стояло пара стульев. В дальнем углу, возле батареи располагалось кресло-кровать. В нем, укрывшись пледом, сидел мужчина лет тридцати. Он тер глаза, ослепленные светом лампы.

- Так что делать с телеграммой?

- Бросьте ее на стол…

Антон так и сделал.

- Вы как хотите, так с ней и поступайте, но вы должны расписаться в получении.