Письмо никому

Скорый поезд стратегического назначения

На вокзале было шумно.

Было это странным еще потому, что время на часах обозначилось совсем не детское – два часа ночи.

Кто-то ждал своего поезда, кто-то напротив не мог уехать – городской транспорт ночью ходил неважно. Кто-то пытался взять билеты. В единственной работающей кассе при свете ночника и компьютера полуспал кассир, которому потенциальные пассажиры пытались по очереди объяснить, кто они такие и отчего им не спится.

За сонным порядком наблюдали сонные милиционеры. Ходили неспешно, где-то вальяжно, документы не проверяли – холод и ночь примиряли. Уборщица, мучимая бессонницей, задумчиво мыла полы.

То и дело к перрону подкатывали поезда. Проводники зевали у открытых дверей, но огни в окнах купе не горели. Пассажиры смотрели свои десятые сны, лишь в запасном тамбуре иного вагона разгорался огонек сигаретки тех, кто не мог уснуть. Простояв совсем немного и приняв немногочисленных пассажиров, поезда уходили дальше куда-то в ночь. Что поделать - станция проходящая, и поезда не имели никакого представления о порядочности.

Зато электрички прибывали во всем убранстве огней. Но в их вагонах было почти пусто, вероятно, хватило бы небольшого автобуса, чтобы с комфортом перевезти пассажиров всех вагонов.

Но настойчивые старушки продолжали ходить меж вагонами, надеясь продать пиво, воду, да хоть что-то…

На вокзал Антон и Егор прибыли сонным трамваем, богато иллюминированным в салоне, но с темной кабиной. Вероятно, там скрывались водитель и кондуктор, но последний так и не вышел, не обилетил пассажиров.

- Спать хочется… - пожаловался Антон.

- Что поделать, – ответил его спутник. - Я бы хотел умереть во сне, но с моим графиком мне это не светит.

Егор думал, что на конечной остановке, возле вокзала откроют лишь первую дверь и слупят штраф за проезд без билета. Но и там дверь кабины не открылась. Зато широко распахнулись все двери трамвая, свет стал полутусклым. Дескать, или выматывайтесь из транспорта в тепло и свет, или замерзайте в темноте.

В общем, получалось, что до вокзала доехали бесплатно. Весь багаж друзей состоял из одной сумки Егора. Была она длинной, модель классическая «Мечта оккупанта». Вероятно, в ней бы одной поместилось пресловутое золото. Такие обычно любят обыскивать милиционеры – в них войдет все что угодно: несколько автоматов, складной гранатомет, десяток килограмм взрывчатки. Но издалека было видно – сумка почти пустая. Из города Егор уезжал немного обедневший.

- Надо бы билеты купить… - напомнил Антон.

- А на какой поезд?

- Я думал, ты знаешь…

- Думаю, в нашем случае главное – побыстрей убраться из города. Желательно на восток. А там видно будет.

В центральном зале на стене висело большое расписание с указанием времени прибытия-отправления, разбивкой на направления. Рядышком – поменьше, электронное. На нем отображались поезда, которые прибывали вскорости…

Так они стояли несколько минут посреди зала, глядя вверх на сменяющиеся транспаранты. Словно дети, раскрыли рты – так будто лучше дышалось.

И чуть было, не прозевали атаку.

Получилось совершенно случайно – краем глаза Антон увидел, что сбоку к ним кто-то подходит. Обернулся, увидел двух мужчин. Не узнал их – да что там, видел он их первый раз в жизни, да и то мельком, и даже не запомнил лиц на будущее.

Но посмотрел на них непозволительно задумчиво. Думал о чем-то своем, кажется, о том, что ладно – они, дураки, не спят далеко за полночь. А вы-то, ребята, что здесь делаете?

Ребята эти не выглядели как потенциальные пассажиры. Оба одеты прилично – так в дорогу не собираются.

Вероятно, если бы они просто шли, то запросто смогли приблизиться, заломить руки, положить лицом на холодный, только что вымытый пол. Но, напоровшись на взгляд Антона, рванули с места, побежали. Лишь когда до столкновения оставалось лишь мгновение, Антон сделал шаг в сторону, за рукав оттащил и Егора. Этого хватило, чтоб двое на скользком полу вокзала промазали мимо них.

Егору хватило одного взгляда, чтоб оценить ситуацию:

- Деру!

Осмотрелся по сторонам – у выхода на платформу просыпался от полудремы милиционер. Возле выхода с неподъемными баулами возились тетки-торговки.

Егор рванул в подземный переход к поездам.

В переходе было пусто, холодно. Чем-то напоминало коридор в тюрьме или в подвале какой-то больницы.

- Стоять! – кричали им.

- Да щас… - стараясь не сбить дыхание, сплюнул Егор.

Один преследователь выдернул пистолет – промазать было невозможно. Сбросил предохранитель, пальнул в коридор, но в последний момент чуть поднял ствол – пуля прошла выше.

Брызнул кафель острыми искрами. Беглецы втянули головы.

Следующий выстрел – по ногам.

- Твою мать!

Егор метнулся в сторону, на лестницу, на платформу. Там было совсем пусто – никто не ждал здесь свои поезда. С обеих сторон стояли два состава, их двери были закрыты. Побежали дальше – через метров тридцать начинался другой подземный переход. По лестнице скатились вниз, свернули. Пробежали десяток метров, опять поднялись на такую же платформу – здесь тоже было безлюдно, но немного просторней – у платформы стоял только один поезд. Впрочем, его двери тоже были закрыты.