Письмо Велари

Глава 09.

Плов получился просто бесподобным.

Эвлия разлил ещё чаю по пиалам.

— Это было, когда я служил при дворе султана Мурада Четвёртого, — заводил он двадцатую историю за вечер. — Султан был известен своим суровым нравом и непредсказуемым характером...

Я слушала, затаив дыхание. Эвлия рассказывал о том, как султан однажды ночью, переодевшись простолюдином, отправился проверять, как соблюдается его запрет на алкоголь и табак в Стамбуле. Эвлия сопровождал его, не зная, что ночная прогулка обернётся настоящим приключением.

— ...и тогда султан выхватил саблю и отрубил голову нарушителю одним ударом! — Эвлия сделал резкое движение рукой, и Гамар ахнул, хотя наверняка слышал эту историю много раз.

— Прямо там, на улице? — я была шокирована.

— Именно так, — кивнул Эвлия. — Султан Мурад не терпел неповиновения. На следующее утро весь город узнал, что сам падишах ходит по ночам и карает нарушителей. Никто больше не осмеливался пить или курить открыто.

— Жестоко, — пробормотала я.

— Иные времена, иные правила, — философски заметил Эвлия. — В моих путешествиях я видел много разных обычаев и законов. Что кажется жестоким одному народу, для другого — норма.

Он отпил чай и продолжил:

— А однажды, в горах Анатолии, я встретил странного дервиша, который утверждал, что может видеть будущее...

И Эвлия рассказал ещё одну историю. Затем ещё одну. Каждый его рассказ был живым, наполненным деталями и, что самое потрясающее, историческими фактами. Некоторые я даже помнила из учебников.

Гамар слушал с открытым ртом, хотя было видно, что некоторые истории он знает наизусть — иногда он даже шевелил губами, проговаривая слова вместе с Эвлией.

Я сидела на низких подушках, скрестив ноги по-турецки (что теперь казалось очень уместным), и наблюдала, как Эвлия с невероятной торжественностью заваривает чай. Серьёзно, даже моя бабушка с её ритуалом «правильной» заварки нервно курит в сторонке. Старик священнодействовал: маленькие чашки без ручек, замысловатый медный чайник, какие-то специи и травы — всё это превращало простое чаепитие в какое-то мистическое действо.

Мой желудок до сих пор переваривал плов, которым нас угостил хозяин дома. Господи, никогда не думала, что буду так фанатеть от еды. В 21 веке я могла пропустить обед, залипая в инсту, а тут каждый приём пищи — как праздник. Особенно когда до этого голодала сутки…

— Эй, не спи, — толкнул меня в бок Гамар, сидевший рядом. — Сейчас самое интересное начнётся.

— Что именно? — шёпотом спросила я.

— Эвлия-эфенди всегда рассказывает истории за чаем, — так же тихо ответил мальчишка. — Он везде был! Даже в землях франков и московитов!

Я с интересом посмотрела на старика. Сколько ему лет? Под семьдесят? Может, больше? Седая борода, морщинистое лицо, потрёпанный, но чистый халат. И эти глаза — живые, умные, пронзительные. Он совсем не выглядел дряхлым, в его движениях была та особая размеренность, которая появляется только с опытом.

— Чай — это беседа, — произнёс Эвлия, разливая ароматный напиток по чашкам. — А беседа — это путешествие души. Выпьем же вместе, и я расскажу вам, где побывала моя душа.

Он протянул мне чашку, и я приняла её, стараясь выглядеть так же церемонно, как он. Интересно, есть ли здесь какой-то этикет питья чая? Вдруг я сделаю что-то не так и оскорблю хозяина? Я незаметно глянула на Гамара. Тот просто взял чашку обеими руками и сделал глоток, прикрыв глаза от удовольствия. Я последовала его примеру.

Чай оказался невероятным. Крепкий, сладкий, с какими-то пряностями и привкусом мяты. Не то чтобы я была большой фанаткой чая — в моём времени я больше предпочитала кофе с кучей сиропов из «шокодульницы». Но этот напиток... это было что-то особенное.

— Вкусно, — искренне похвалила я. — Что вы туда добавили?

— Секреты востока, — подмигнул мне Эвлия. — Мята, кардамон, щепотка корицы и немного любви к жизни.

Я улыбнулась. Старик мне нравился. Когда Гамар предложил отвести меня к «мудрому другу», я представляла какого-нибудь сурового дервиша, который будет читать мне нотации о скромности и приличиях. Но Эвлия оказался совсем другим. Добродушным, с искоркой юмора в глазах и какой-то... внутренней свободой, что ли.

— Айлин прибыла издалека, — сказал Гамар, прихлёбывая чай. — Расскажи ей о своих путешествиях, Эвлия-эфенди! О дальних странах!

Старик погладил бороду, задумчиво глядя на меня:

— Ты действительно пришла издалека, дитя. Дальше, чем можно представить. Я вижу это в твоих глазах.

У меня по спине пробежали мурашки. Откуда он...? Нет, вряд ли он действительно что-то знает. Просто опытный старик, повидавший много разных людей.

— Да, я... не местная, — осторожно ответила я.

— Каждый из нас — путник в этом мире, — философски заметил Эвлия. — Но некоторые путешествуют дальше других.

Он отпил ещё чая и продолжил:

— Когда я был молод, немногим старше Гамара, я увидел дервиша, который танцевал на площади Стамбула. Он кружился так, что его одежды развевались как крылья, а лицо светилось неземным светом. И тогда я понял, что хочу увидеть все чудеса этого мира.