Питомец

Размер шрифта: - +

Питомец

Она стояла чуть левее двери. Мялась, переступала с ноги на ногу, неспокойно теребила рукава слишком свободного свитера. Не то растянутого, не то просто с чужого плеча. Несколько раз она шумно вдыхала, и даже вроде бы набиралась смелости снова подать голос. Но в результате продолжала молчать. Потому что все аргументы уже были высказаны, больше говорить было нечего…

Но что-то все равно мешало ему просто выставить ее за дверь кабинета. Вероятно, то же самое, что заставляло из глубины подсознания подниматься раздражению в ответ на каждый звук, который она издавала. Смысл информации, что Хендрикс упорно пытался прочесть в документах, упрямо ускользала. Игнорировать ее не получалось.

Хендрикс вздохнул.

- Нет, Ксандра, мы не можем его оставить, - уже, кажется, в десятый раз повторил мужчина, перекладывая документы и вчитываясь в следующую страницу. Он все пытался вникнуть, что же значат все эти столбики и графики. Девушка снова переступила с ноги на ногу и громко вдохнула.

- …потому что здесь не зоопарк, - но заговорить Хендрикс ей не дал. На этот раз он поднял голову и взглянул на подопечную. Слишком большой свитер, взъерошенная темная шевелюра и вечно слишком искренний взгляд черных глаз. Сейчас она выглядела потерянной, Хендрикс почти видел, как судорожно носятся импульсы где-то в глубине ее черепа в поисках аргументов, которых давно не осталось. – Мы не можем содержать каждую зверушку, которую ты приносишь с улицы, - терпеливо повторил Хендрикс. 

Ксандра снова набрала в легкие воздух… и вздохнула, опуская голову. Вслед за ней опустились и плечи. Сутулилась она всегда, но когда к привычной осанке добавлялся еще и груз обиды, разочарования или ощущения несправедливости – это всегда было заметно. Сейчас опущенные плечи были на совести Хендрикса. Мужчина покачал головой.

- Ксандра, - он заговорил мягче, не сразу отдав себе в этом отчет. Но не успел закончить даже мысль, которая формировалась в его голове. В дверь кабинета постучали. И, не дождавшись ответа, вошли.

- Мистер Хендрикс, - у помощницы был хорошо поставленный голос, который ворвался в кабинет напоминанием о том, что мужчина все еще был на работе. И об основных его обязанностях забывать было нельзя. Хендрикс кивнул, позволяя женщине продолжить.

- Информация, которую вы просили, - она пересекла кабинет и протянула белую папку, отмеченную номерным знаком в верхнем углу – эти данные уже были обработаны архивом. 

Хендрикс принял папку, раскрыл ее и снова склонился над столом.

- Спасибо, Мэй, - проговорил он, вглядываясь в строчки. Женщина коротко кивнула и развернулась к выходу. Да так и замерла, только сейчас, кажется, заметив в кабинете Ксандру. А, может, просто вид девушки о чем-то напомнил. Мэй достала из нагрудного кармана блокнот, пролистала ее по одной ей понятному принципу – переворачивая по нескольку страниц за раз, подхватывая цветные стикеры, которыми были отмечены страницы.

- Ксандра… - протянула она, - Твое обследование завтра, на девять, - проговорила Мэй, вскидывая взгляд на девушку. Ксандра кивнула, внезапно вскинув руку к лицу. И, не то убирая волосы, не то отмечая что-то, почти ласково провела кончиком пальца по своей скуле.

- Это сознание хранит данные, - тихий голос, почти шепот, скрадывающий не только смысл, но и интонацию. Мэй мысленно чертыхнулась. Вот ведь… зарекалась ведь говорить с этой девчонкой напрямую. Вот и как это расценивать? Как то, что она придет? Или что имела она в виду Мэй вместе с ее расписанием…

- Она придет, Мэй, - спокойный голос начальника позволил женщине облегченно вздохнуть. 

- Да, хорошо. Спасибо, сэр.

- Можешь возвращаться к работе, - добавил Хендрикс, вставая из-за стола. Он все еще всматривался в что-то в документах, вычитывал строчку за строчкой, хотя уже и так знал, что ему придется делать дальше. И как бы сильно ему не хотелось скинуть эту работу на кого-то другого… Хендрикс поднял голову и взглянул на Ксандру. Молодежь нужно выводить в поля. Только там они могут обучиться. Чему научишься в лабораториях и библиотеках? Только глотать пыль и щурится на недостаточное освещение. Это удел стариков. Молодежи нужно движение. 

Хендрикс усмехнулся.

«Старею» - мысль не была пропитана горечью. Это был просто факт, самый обыкновенный. В чем-то открывающий новые возможности. Так к чему ими брезговать? Это удел дураков.

- Ксандра, проводи меня, - подал голос Хендрикс, обходя стол. Ксандра задержалась на долю мгновения, дожидаясь, пока он выйдет из кабинета. И проскользнула прямо перед носом Мэй, та едва успела чуть отпрянуть. И покачала головой. Девчонку понимал, кажется, только сам Хендрикс. Для остальных ее мотивации, ее понимание иерархии оставалось непонятным. Вроде бы спокойный, тихий ребенок… а вглядись внимательно – и помимо набора психологических отклонений найдешь и дух противоречия, и подростковую вредность и непослушание. Хорошо хоть авторитет Хендрикса она признавала. Хотя это был скорее вопрос инстинкта самосохранения. Звери тонко чуют, кому не стоит показывать зубы.

Однообразные коридоры частной клиники были разбавлены разве что редкими раскидистыми растениями в вазонах по обе стороны. Хендрикс лишь однажды обернулся через плечо на шелест. Как раз вовремя, чтобы заметить, как Ксандра проводит рукой по ребристому листу пальмы. Девушка взглянула на мужчину и убрала обе руки за спину. Хендриксу пришлось растянуть губы в улыбку, показывая, что все в порядке. Больше на шелест он не оборачивался.

- Ксандра! – восемнадцатая палата была не пуста. Сидящий на кровати парень обернулся на звук открывшейся двери и заметно напрягся, увидев в дверях незнакомца. Но уже спустя мгновение, когда вслед за Хенриксом в комнату проскользнула Ксандра и он вскочил на ноги. Больничная пижама, потертая и местами зашитая заметными заплатами, делала его еще бледнее, чем он был на самом деле. И шрам, проходящий по щеке вниз, на шею, еще заметнее алел на коже.



Любовь Деркач

Отредактировано: 28.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться