Плачущая Церковь

Часть 1. Элрик Блэквуд. Глава 6

Увы, с Элизабет поговорить так и не удалось. Они обнаружили её труп прямо в гостиной.

Элизабет лежала на полу с закрытыми глазами, каждый видимый участок её кожи покрывала красная сыпь.

— Боже мой, — ошарашенно прошептал Алан, его голубые глаза расширились, а тело застыло.

Элрик присел рядом с трупом, перед его глазами до сих пор был свеж образ Элизабет после церкви — растрёпанные волосы и широко раскрытые яркие зелёные глаза. В ней всегда было столько энергии, столько жизни. Вечно с распущенными лохматыми волосами в белом одеянии она носилась по лесу с широкой улыбкой…

— Это оспа? — спросил Алан.

Видение разрушилось, перед Элриком на тёмном ковре лежал безжизненный труп. Он прикрыл глаза, пытаясь прийти в себя, а затем сосредоточил взгляд на мёртвом теле.

Элрик заметил дорожки слёз. Руки после улицы всё ещё были в перчатках, поэтому он коснулся воспалённой кожи на лице. Сыпь была настоящая.

— Мы видели её двадцать минут назад, оспа так не протекает, — ответил Элрик.

И всё же он продолжил осматривать труп, заглянул в глаза, открыл рот, обнаружил на внутренней губе и возле дёсен налёт в виде белых точек в красном ободке, снял светлые перчатки Элизабет и осмотрел чистые ладони, а затем тяжело вздохнул.

— Это корь, — сделала вывод Элрик. — Она умерла от кори.

— Детская болезнь?

Крайне невежественная позиция, корью болели не только дети, но и взрослые. А ещё в некоторых случаях она могла быть смертельна.

— Её болеют не только дети. Однако... Она не протекает так быстро. Это невозможно.

Вначале человек заражается после контакта с больным, а через несколько дней начинается лихорадка, которая может продолжаться от трёх до пяти дней, вместе с ней появляется сыпь, затем выздоровление или осложнение. Элрик коротко перечислил это вслух, ещё раз подтверждая, что увиденное невозможно.

Алан впервые суеверно перекрестился и отшатнулся. Элрик поднялся и стянул с собственных рук перчатки.

— Знаете, доктор, возможно, вы были правы. Эта земля действительно может быть проклята...

То есть до этого Алан не верил в проклятье? Рассуждал с ним и предполагал, но не верил. Впрочем, а когда поверил Элрик?

И стоит ли это жизни? Элрик представил, как он собирает вещи и просто уезжает. Да, это может вызвать проблемы, если он покинет место преступления, но с другой стороны он останется жив. А что будет с остальными? Знает ли Аманда о проклятье? Элрику часто казалось, что за её словами скрывается иной подтекст.

Глубоко вдохнув, Элрик направился к лестнице.

— Стойте! Куда вы?

— Хочу узнать, схожу я с ума или нет.

Он быстро поднялся наверх, взглядом нашёл комнату, а затем постучал. И почему Элрик решил, что Аманда именно там? Она могла быть где угодно. Нет, он был уверен, она именно в этой комнате.

Дверь открылась, Аманда, как и всегда, была в чёрном платье с высоким воротом и убранными назад волосами.

— Доктор Блэквуд?

— Вы ведь знаете, что здесь происходит, да? — без предисловий начал он.

— Что вы имеете в виду? — невозмутимо спросила Аманда.

Возможно, будь перед ним кто-то другой, Элрик бы не решился вот так прямо спросить, но Аманда... Нет, она бы ему не навредила. Не могла она быть убийцей, скорее уж жертвой.

— Элизабет мертва.

— Ох...

Она выдохнула, а лицо её вмиг стало печальным. Но Аманда всегда была сдержанной и немного отстранённой, далеко не всегда её можно было прочитать.

— Заходите, — пригласила Аманда отстраняясь.

Элрик зашёл, комната была убрана также скромно и аккуратно, как и все остальные. Здесь не было ничего, чтобы бы говорило о личности хозяйки больше, чем в других помещениях, всё те же книги и реликвии забытых народов на полках.

— В последний раз, когда я её видел, она говорила странные вещи, — начал Элрик. — Зашла в дом, а затем я нашёл её мёртвой. Она выглядела так, словно умерла от кори, да только это невозможно. И это не первая невозможная вещь, которую я здесь видел. Аманда, вы здесь живёте, вы должны знать…

Элрик не закончил мысль, всплеснул руками и настойчиво посмотрел Аманде в глаза. Она набрала в грудь воздух, словно перед ответом, но выдохнула и отвернулась к окну.

— Я знаю кое-что, но не уверена, что вы готовы это услышать.

Элрик порывисто шагнул вперёд.

— Пожалуйста, расскажите. Я вижу странные вещи, умирают люди. Я должен понять, что происходит!

Аманда обернулась и мягко улыбнулась.

— Вы говорите так горячно, будьте осторожнее с полисменами. Иначе вас могут принять за сумасшедшего.

— Простите?

— Они здесь. Давайте поговорим позже.

Элрик подошёл к окну, ему пришлось вытянуть шею, чтобы заметить двух людей в форме, выходивших из кареты. Элрик отстранился и вновь обратился к Аманде.

— Нет, пожалуйста, скажите хоть что-нибудь.

Руки невольно потянулись вперёд, словно Элрик хотел схватить Аманду, но вовремя себя сдержал.

— Ведите себя, как обычно, Элрик. Я всё объясню вам позже, обещаю.

На этом она вышла из комнаты, а Элрику не оставалось ничего больше, как пойти следом.

***

Дальнейшие события полетели как снежный ком с горы. Не поспевая за ними, Элрик находился всё время в несколько отрещённом состоянии. Его привычный мир треснул, и он уже не понимал, что истина, а что ложь, и, что, чёрт возьми, ему вообще делать.

Всех обитателей особняка, в том числе и слуг, собрали в столовой. Элрик как можно незаметнее старался поглядывать на дворецкого, горничную и кухарку. Элрик одновременно видел их такими, какими раньше, и одновременно изменёными. Это напоминало ему эксперимент, где некто накладывает одну полупрозрачную картинку на другую, потом убирает, затем накладывает вновь. Обе картинки объёмные, если сосредоточить зрение на первой, то вот у дворецкого острые уши и серебряные волосы, у кухарки — странные татуировки-завитки по всему телу, а у горничной — жёлтые глаза и чешуя. Затем нужно смотреть сквозь прозрачную плёнку на второй слой, и вот уже все слуги обычные люди.