Плачущая Церковь

Часть 2. Мари Кэмбел. Глава 9

Пальцы Дейдре зарылись в его мягкие чёрные волосы. Подумать только, ещё луну назад она только мечтала об этом, а теперь Найсэ даже глаза закрыл, наслаждаясь.

Он прислонился к дереву, а она примостилась рядом, не слишком в удобной позе, но это того стоило. Отсюда Дейдре открывался отличный вид на его идеальный профиль: мягкие губы, не тонкие, но и не пухлые — идеальные; острый подбородок, но не такой, чтобы резать им как мечом, нет в самый раз; идеальный нос, а эти чёрные ресницы...

Вдруг Найсэ открыл глаза и сказал:

— Катбат идёт, — он сделал паузу, всматриваясь в густой лес. — Веди себя прилично.

Дейдре надула губки и убрала руку. Найсэ поднялся, разглаживая светлые одежды жреца. Дейдре поднялась следом, расправила платье светло-голубого цвета и тоже перевела взгляд туда, куда смотрел Найсэ.

Катбат — учитель Найсэ, предыдущий главный друид. Он появился через три удара сердца, то был старик с длинными седыми волосами и бородой. Светлая одежда Катбата была немного потрёпанной, хоть и чистой. Его лицо давно изрезали морщины, узловатые пальцы держали длинную палку, но старик по-прежнему дышал энергией. Если бы не воля Катбата, он пробыл бы в роли главного друида ещё лет двадцать, как минимум.

Они поприветствовали друг друга.

— Отрадно видеть, что между будущей королевой и главным друидом столь тёплые отношения.

Он усмехнулся в бороду, Найсэ, кажется, смутился, а Дейдре зацепилась за незнакомое слово.

— Королевой?

— Ох, что же это я, забегаю вперёд. Вначале, разумеется, новым вождём.

— Это пророчество? — спросила Дейдре.

— Ох, нет, я здесь не для этого. С пророчествами справится и Найсэ.

Дейдре вспомнила о самом первом пророчестве в её жизни. «Ваша дочь будет самой красивой из всех, но она погубит свой народ», — таковы были его слова, обращённые к матери Дейдре.

Две луны назад, когда Найсэ устал отталкивать Дейдре, он открыл ей тайну, решив, что после этого девушка не захочет его видеть. Оказалось, что первым пророчеством в его жизни было то самое, обращённое к матери Дейдре. Так Найсэ узнал о собственном даре, и этим же навесил тень на жизнь Дейдре. Она, конечно, уже свыклась с жутким пророчеством, но дочери вождя потребовалось время. Дейдре ушла в тот день, разглядев в глазах Найсэ грусть и сожаление. А на следующий день она вновь вернулась. Как же он удивился!

— Ты… пришла? — растерянно спросил он, прекратив собирать ягоды.

— Ага, — Дейдре тогда беззаботно пожала плечами. — Да, твоё это пророчество, но какая разница? Я достаточно знаю, чтобы понимать, что слова пророчества не истина. Оно может исполниться совершенно не так, как мы думаем! — с упрямством быка заявила Дейдре.

А спустя годы её земли поглотило пламя, а враги окружили со всех сторон. Она стала королевой, желающей защитить как можно больше людей. А её любимый Найсэ нашёл способ, как помочь. Дейдре согласилась, взяла эту силу, даже на миг стала равной друидам, сражалась в первых рядах с великими героями — Кухулином и Фергусом. Казалось, вот оно, пророчество не сбылось, но сила оказалась ядом, разъедающим всё вокруг.

Дейдре открыла глаза, вспоминая последние события. Точно, они приехали в старый особняк, названный в честь места, где когда-то был проведён тот злополучный ритуал — Даэр. Джонатан уехал на поиски остальных... Нет, не Джонатан — Найсэ. А она — Дейдре.

Мари ещё несколько раз моргнула, прогоняя сонливость. Последние дни ей снились странные сны, а время в отсутствии доктора тянулось медленно и вяло. В особняке остались инспектор Томпсон и дворецкий, но они не спешили отвечать на вопросы. Но вот теперь она всё вспомнила.

Дейдре усмехнулась, ах, этот Найсэ, как же он хорошо научился играть словами. Придумал понятие «проклятых», убедил её последовать за собой, а та его фраза: «Если бы я хотел тебя убить, разве не сделал бы это давно?» Так убедительно сказал, словно не убивал Дейдре в прошлых жизнях, словно и в этой не собирался. Отлично научился, раньше ему этого не удавалось.

Точно, впереди очередная смерть…

А всему виной проклятье, если бы не оно, они были бы счастливы. Дейдре попыталась вспомнить ритуал, но перед глазами была только чаша с кровью и дуб с чёрной корой.

А что на счёт того выстрела? Ах, да, если кто-то из них возрождался, то до полного пробуждения их можно было легко убить. Но когда воспоминания и силы полностью возвращаются, их раны почти мгновенно исчезали, и только сильная магия могла нанести серьёзный вред. Интересно, если однажды вся магия исчезнет, выходит, некому будет остановить проклятых, кроме них самих? Впрочем, а когда было иначе…

Она вновь напрягла память, что-то случилось пару веков назад, когда ещё существовали ведьмы... Нет, мысль ускользнула. Дейдре вспомнила про зачарованный меч, который Найсэ привёз с собой. Возможно, когда не останется магии, зачарованное оружие не потеряет силы?

Мари поднялась с кровати, здесь ей выделили отдельную комнату. Она подошла к окну и распахнула створки, впуская свежий воздух. Среди осеннего тумана возвышалась деревянная церковь. Мари фыркнула.

Ох уж этот Найсэ, убил недавно ярого последователя Бога, а в итоге сам с ним заигрывал, поставив тут церковь? Впрочем, а с чего она решила, что это его рук дело?

Через четверть часа Мари привела себя в порядок и спустилась вниз. Деревянные половицы скрипели, а одна из ступенек лестницы так прогибалась, что, казалось, вот-вот готова была сломаться. Дом был старый, и его неплохо было бы обновить, но вместо этого за окном поставил новенькую часовню…

Инспектор Томпсон пил кофе в столовой, дворецкий неподвижно стоял возле окна. Дейдре моргнула, теперь она видела оба облика и человеческий, и истинный — острые уши, серебряные волосы, иные черты лица и глаза, словно жидкий металл. Брайан почувствовал изменения в Мари, его лицо перестало напоминать камень, он словно впервые по-настоящему посмотрел в ответ.

Она перевела взгляд на инспектора, вроде бы простой человек, но его голубые глаза точно были знакомы…