Пламя Чёрной Башни том 2

Глава 31. Лес

Рассвет окрасил башню в золото и алый.

Яньлин стоял во внутреннем дворе, и его сердце билось так громко, что он был уверен — все вокруг слышат. Рядом переминались с ноги на ногу две лошади — гнедая кобыла для него и вороной жеребец для Шаали.

Родители пришли проводить.

Мэйлин обняла его — крепко, долго. Он чувствовал её ауру, полную тревоги и любви.

— Береги себя, — прошептала она. — И слушай Шаали.

— Буду, мама.

— Если что-то пойдёт не так...

— Мы вернёмся. Обещаю.

Она отстранилась, провела ладонью по его щеке. Потом отошла, уступая место отцу.

Си Ень не стал обнимать — просто положил руку ему на плечо. Тяжёлую, тёплую.

— Помни, чему я тебя учил, — сказал он.

— Помню.

— И не лезь в неприятности.

— Постараюсь.

— Яньлин.

— Да, папа?

— Я горжусь тобой.

Яньлин почувствовал, как что-то сжалось в груди. Он кивнул — слова застряли в горле.

***

Шаали помогла ему сесть в седло.

— Я буду показывать дорогу огненной стрелой, — сказала она, устраиваясь на своём жеребце. — Просто следуй за ней. И не спеши — мы никуда не торопимся.

— Понял.

— Готов?

Яньлин глубоко вздохнул. Повернулся туда, где чувствовал ауры родителей — тёплые, яркие.

— Готов.

Они тронулись.

Ворота башни остались позади, и мир открылся перед ними — огромный, незнакомый, полный возможностей. Яньлин чувствовал его своим особым зрением: потоки энергии, пульсирующие в земле; далёкие ауры деревьев и животных; бесконечное небо над головой.

— Дорога идёт прямо, — говорила Шаали рядом. — Слева — поля, золотые от спелой пшеницы. Справа — холмы, поросшие травой. Впереди — лес. До него около часа езды.

— Расскажи ещё.

— Небо ясное, почти без облаков. Солнце встаёт за нашими спинами. Ветер тёплый, пахнет летом и пылью. — Она помолчала. — И свободой.

Яньлин улыбнулся.

Свободой. Да. Именно так это и пахло.

***

Лес встретил их прохладой и тишиной.

Яньлин почувствовал его раньше, чем они въехали под кроны — изменение энергии, сгущение теней. Здесь было по-другому. Древнее. Глубже.

— Тропа узкая, — предупредила Шаали. — Деревья близко, ветки низкие. Пригибайся, когда скажу.

— Хорошо.

Они ехали медленно. Шаали впереди, Яньлин за ней — точно по следу её ауры. Лес становился всё гуще, тропа — всё уже.

— Пригнись.

Яньлин послушно наклонился к шее лошади. Ветка прошла над его головой — он почувствовал её движение.

— Молодец. Теперь чуть левее, там корень.

Лошадь послушно обошла препятствие.

— Едем точно за мной, — сказала Шаали. — Медленно. А то вместо приключений мы переломаем лошадям ноги.

— Я осторожен.

— Знаю. Но всё равно напоминаю.

Так они и ехали — медленно, осторожно. Шаали описывала дорогу, Яньлин следовал за ней. Лес обступал со всех сторон, полный звуков и запахов.

И ни одного чудовища.

***

Они выбрались на поляну ближе к вечеру.

Яньлин почувствовал её раньше, чем увидел — открытое пространство, залитое светом. После тесноты леса это было как глоток свежего воздуха.

— Здесь хорошо, — сказал он, останавливая лошадь. — Давай остановимся.

— Уже?

— Разведём костёр. Будем ждать чудовищ.

Шаали помолчала.

— Почему бы и нет, — сказала она наконец. — И еду приготовим.

Они спешились. Яньлин чувствовал поляну — круглую, окружённую деревьями. Трава была мягкой, высокой. Где-то журчал ручей.

— Здесь вода, — указал он.

— Вижу. Отведу лошадей напоить.

Пока Шаали занималась лошадьми, Яньлин собирал хворост. Он двигался осторожно, полагаясь на свой дар — чувствовал сухие ветки, камни, корни. Это было частью тренировки, которую он сам себе назначил.

К тому времени как Шаали вернулась, у него была приличная куча дров.

— Неплохо, — одобрила она. — Складывай костёр, я займусь ужином.

***

Костёр горел ровно.

Яньлин сидел рядом, чувствуя его тепло на лице. Шаали возилась с котелком — нагревала воду, заваривала чай, помешивала какое-то варево.

Лошади паслись поодаль — сытые, напоённые, довольные.

— Ну не знаю, — сказала Шаали, протягивая ему чашку чая. — По-моему, кроме комаров, чудовищ мы здесь не найдём.

— Подождём.

— Мы уже ждём два часа.

— Значит, подождём ещё.

Шаали вздохнула, но спорить не стала.

Ужин был простым — каша с вяленым мясом, — но после долгой дороги казался праздничным. Яньлин ел медленно, прислушиваясь к лесу вокруг.

Ничего. Только обычные звуки — шелест листьев, пение птиц, стрёкот насекомых.

— Может, волки выходят позже? — предположил он.

— Может. Или их здесь просто нет.

— Отец сказал, что есть.

— Отец не был здесь лет двадцать. Многое могло измениться.

Яньлин нахмурился. Он так надеялся...

— Всё, — сказала Шаали, забирая у него пустую миску. — Спать.

— Но я ещё не дождался чудовищ!

— Ты очень устал. А нам завтра продолжать приключения.

— Но...

— Давай я тебе расплету волосы. — Она села рядом, начала вынимать шпильки. — Ложись и можешь ждать чудовищ, если не уснёшь.

— Шаали...

— Только учти, — она продолжала расплетать косы, — что я тут главное чудовище. И никакое другое не осмелится приблизиться.

***

— Ты не чудовище! — возмутился Яньлин.

— Нет? — в голосе Шаали была улыбка. — А кто же я тогда?

— Ты... ты Шаали. Моя Шаали.

— Саламандра. Огненный дух. Существо, которое может сжечь человека одним касанием. — Она провела гребнем по его волосам. — Это и есть чудовище, Яньлин. По любым меркам.

— Но ты не такая.

— Такая. — Она отложила гребень, начала заплетать простую косу на ночь. — То, что я твоё чудовище, не отменяет того, что я чудовище.

Закончив с косой, она обняла его — крепко, тепло.

— Ты не чудовище, — повторил Яньлин упрямо. — Ты чудо.