Пламя Чёрной Башни том 2

Глава 37. Маршрут

Они сидели в комнате, и Яньлин разложил на столе карту.

Вернее, Шаали разложила — он только указывал направления, водя пальцами по рельефным линиям.

— Конечно, мы будем возвращаться в башню другим путём, — сказал он.

— Конечно, — хмыкнула Шаали. — Я и не сомневалась.

— Смотри. — Яньлин провёл пальцем по карте. — Отсюда спустимся к морю. Здесь должен быть приморский тракт.

— Есть, — подтвердила Шаали, глядя на карту. — Идёт вдоль побережья.

— Поедем по нему. По дороге будут рыбацкие деревушки — можно остановиться, попробовать свежую рыбу.

— Ты любишь рыбу? — удивился Лоу.

— Не знаю. Никогда не пробовал свежую, прямо с моря. Хочу попробовать.

— Дальше, — продолжал Яньлин, — вот здесь, на карте отмечен заброшенный форпост воздушных заклинателей.

— Заброшенный? — Шаали нахмурилась. — Почему?

— Вот и мне интересно — почему. — Яньлин улыбнулся. — Воздушные не бросают свои форпосты просто так. Что-то случилось.

— И ты хочешь узнать что.

— Конечно.

— Яньлин...

— Это же интересно! Может там призраки. Или проклятие. Или просто обвалилась крыша и им стало лень чинить.

— Последнее вряд ли, — заметила Шаали. — Воздушные — перфекционисты.

— Вот видишь. Значит, что-то серьёзное.

Лоу тихо застонал.

— Опять приключения?

— А ты думал, мы просто поедем домой? — Яньлин повернулся к нему. — Скучно же.

— А потом, — Яньлин снова провёл пальцем по карте, — свернём вот сюда. К лесу.

— К какому лесу? — насторожилась Шаали.

— К тому, где должны быть чудовища. Помнишь, мы искали огненных волков, но не нашли?

— Помню. И радуюсь этому.

— А я нет. — Яньлин вздохнул. — Хочу всё-таки их найти. Почувствовать их ауры. Понять, как они живут.

— Они живут, поедая неосторожных путников, — сухо сказала Шаали.

— Значит, будем осторожными.

— Яньлин...

— Пожалуйста?

Она молчала. Яньлин чувствовал её колебания — между желанием защитить его и пониманием, что он всё равно не отступит.

— Ладно, — сказала она наконец. — Но если волки окажутся слишком опасными — мы уходим. Без споров.

— Договорились.

— Это очень кривая и длинная дорога, — Шаали изучала маршрут. — Дня четыре, если не больше.

— Так и задумано.

— Твои родители ждут тебя через два дня.

— Я пошлю весточку. — Яньлин пожал плечами. — Напишу, что задерживаюсь.

— Они будут волноваться.

— Папины птицы следят за нами. Он знает, что со мной всё в порядке.

Шаали вздохнула.

— Ты невозможен.

— Знаю. — Он улыбнулся. — Но ты меня любишь.

— К сожалению.

— Эй!

— Шучу. — Она потрепала его по голове. — Люблю, конечно. Даже когда ты сводишь меня с ума.

— А я? — подал голос Лоу. — Вы меня спросили, хочу ли я ехать через море, форпосты и чудовищ?

— Нет, — честно ответил Яньлин. — Но ты можешь поехать прямой дорогой, если хочешь.

— Один?!

— Ну...

— Нет уж! — Лоу скрестил руки на груди. — Я еду с вами. Даже если там будут чудовища.

— Ты же боишься чудовищ, — напомнила Шаали.

— Боюсь. Но одному ещё страшнее.

— Разумно, — согласился Яньлин.

— И вообще, — Лоу приосанился, — кто-то должен за вами присматривать. Вы оба сумасшедшие.

Шаали фыркнула.

— Чучело будет за нами присматривать. Замечательно.

— Я не чучело!

— Чучело. Но полезное.

— Это комплимент?

— Наверное.

— Значит, решено, — подвёл итог Яньлин. — Завтра выезжаем к морю. Потом — приморский тракт, рыбацкие деревни, заброшенный форпост, лес с чудовищами, и домой.

— Звучит как план сумасшедшего, — сказал Лоу.

— Звучит как приключение, — поправил Яньлин.

— Это одно и то же!

— Нет, это разное.

Шаали смотрела на них — на своего принца и на это чучело, которое каким-то образом стало частью их маленькой компании.

— Ладно, — сказала она. — План принят. А теперь — спать. Завтра долгий день.

— Да, мама, — хором сказали Яньлин и Лоу.

И они рассмеялись.

А Шаали только покачала головой.

Сумасшедшие. Оба.

***

Птицы кружили над городом — незаметные, неприметные.

Обычные вороны, каких сотни в любом городе. Никто не обращал на них внимания. Никто не знал, что их глазами смотрит глава Чёрной Башни.

Си Ень сидел в своём кабинете, закрыв глаза, и видел.

Видел, как его сын падает на пол в судорогах. Как Шаали склоняется над ним, вливая энергию. Как посиневшие губы наконец розовеют, как грудь поднимается в первом вдохе.

Его руки сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

Лети туда, — кричало всё внутри него. — Лети, забери его, привези домой, защити...

Он не полетел.

Это было самое трудное — смотреть и не вмешиваться.

Си Ень видел, как Яньлин отворачивается к стене. Как отказывается от еды, от лекарства. Как произносит страшные слова о сломанной игрушке, которую не починить.

Каждое слово — как нож в сердце.

Ты не сломанный, — хотел он крикнуть. — Ты мой сын, мой мальчик, моя гордость...

Но Яньлин не слышал. Яньлин был далеко. И он не хотел, чтобы отец видел его таким — слабым, отчаявшимся.

Си Ень знал это. Понимал.

И всё равно было больно.

Потом — смех.

Возня в комнате, визги Лоу, ворчание Шаали. Яньлин, который наконец улыбается, который засыпает с улыбкой на губах.

Си Ень выдохнул — долго, прерывисто.

Его мальчик справился. Снова. Как справлялся каждый раз.

Он хотел быть там. Хотел обнять сына, сказать ему, что всё будет хорошо, что он любим, что он никогда не будет один.

Но Яньлин этого бы не хотел.

Яньлин хотел быть самостоятельным. Хотел доказать — себе, миру, отцу — что может справиться сам. И он справлялся. По-своему, через боль и отчаяние, но справлялся.

Ты сильнее, чем думаешь, — подумал Си Ень. — Сильнее, чем я в твоём возрасте.