Пламя Чёрной Башни том 2

Глава 38. Море и скалы

Море открылось внезапно.

Они выехали из-за холма — и вот оно. Бескрайнее, синее, сверкающее под солнцем. Яньлин почувствовал его раньше, чем услышал — странную, текучую энергию, совсем не похожую на привычный огонь.

— О-о-о! — Лоу издал звук, похожий на стон. — Это... это...

— Море, — подсказала Шаали.

— Я знаю, что море! Но оно такое... такое...

— Большое?

— Огромное! — Лоу чуть не свалился с лошади, вытягивая шею. — Оно до самого неба! И блестит! И волны! Яньлин, ты видишь?!

Он осёкся.

— То есть... ну... ты понимаешь...

— Расскажи мне, — попросил Яньлин. — Какое оно?

Лоу замялся.

— Ну... оно синее. Очень синее. Как... как небо, только темнее. И оно движется, понимаешь? Всё время движется. Волны накатывают на берег и откатываются назад, и снова накатывают...

— Шум такой. — Лоу прислушался. — Как будто кто-то большой дышит. Вдох — волна приходит. Выдох — уходит. Запах солёный. И свежий. И ещё... — он принюхался, — ...рыбой пахнет. Немного.

Яньлин улыбнулся.

— Красиво.

— Очень! — Лоу снова завертелся. — А там птицы! Белые, с длинными крыльями! Они кричат и ныряют в воду!

— Чайки, — сказала Шаали.

— Чайки! Да! И ещё там лодки вдалеке, маленькие такие, с парусами...

Он продолжал говорить — быстро, сбивчиво, восторженно. Яньлин слушал и улыбался.

***

Они разбили лагерь на берегу.

Песок был мягким, тёплым от дневного солнца. Волны шумели рядом — ритмично, успокаивающе. Яньлин лежал, слушая этот звук, и чувствовал странный покой.

— Здесь хорошо, — сказал он.

— Да, — согласилась Шаали. — Спокойно.

— А звёзды! — Лоу задрал голову. — Их так много! И они отражаются в воде!

— Расскажи, — попросил Яньлин.

И Лоу рассказывал — о звёздах, о луне, о светящейся дорожке на воде. О том, как волны ловят свет и разбивают его на тысячи осколков.

А потом они уснули — под шум моря, под шёпот ветра.

***

Шаали растолкала Лоу затемно.

— Вставай, — прошептала она.

— Чего? — он сонно моргал. — Ещё темно...

— Скоро рассвет. Идём.

— Куда?

— Смотреть.

Она потащила его к воде — полусонного, спотыкающегося. Усадила на камень лицом к востоку.

— Сиди и смотри.

— На что?

— Увидишь.

Лоу хотел возмутиться, но тут небо на востоке начало светлеть.

Сначала — едва заметно. Тёмно-синее стало серым, потом — розовым. Полоска света появилась на горизонте, там, где море встречалось с небом.

— О, — прошептал Лоу.

Свет разгорался. Розовый превращался в золотой, золотой — в огненный. И потом — краешек солнца показался над водой.

Море вспыхнуло.

Тысячи, миллионы искр заплясали на волнах. Свет разлился по воде, как расплавленное золото. Небо полыхало — красным, оранжевым, жёлтым.

— О-о-о... — Лоу забыл дышать.

— Красиво, правда? — Шаали села рядом.

Он не ответил. Не мог. Просто смотрел, как солнце поднимается из моря, и чувствовал, как что-то внутри него тоже поднимается — что-то тёплое, светлое.

Когда они вернулись к лагерю, Яньлин ещё спал.

— Тихо, — шепнула Шаали. — Не буди его. Пусть отдохнёт.

— А завтрак?

— Сейчас приготовим.

Они возились у костра — Шаали командовала, Лоу выполнял. Удивительно, но он не спорил. После рассвета в нём что-то изменилось.

— Порежь хлеб, — говорила Шаали.

— Хорошо.

— Не такими кусками! Тоньше.

— Хорошо.

— И яйца разбей в миску.

— Хорошо.

Она даже приостановилась.

— Ты не будешь спорить?

— Нет. — Лоу пожал плечами. — Ты показала мне рассвет. Я... спасибо.

Шаали моргнула.

— Не за что, — сказала она наконец. — Чучело.

— Сама такая.

— Вот, так лучше.

Яньлин проснулся от запахов.

Жареные яйца, свежий хлеб, травяной чай. И голоса — тихие, почти мирные.

— ...а потом оно стало совсем золотым...

— Это называется «рассветное золото». Бывает только над морем.

— Правда? Почему?

— Что-то связано с отражением и влагой в воздухе. Я не помню точно.

Яньлин сел, потянулся.

— Мой принц, — Шаали сразу оказалась рядом. — Завтрак готов. Можешь вставать.

— И давно вы проснулись? — Он сладко зевнул. — Почему не разбудили меня?

— Ты так мирно спал, — она улыбнулась. — Не хотели тревожить.

— А мы смотрели рассвет! — выпалил Лоу. — Шаали меня разбудила, и мы пошли к воде, и солнце вставало прямо из моря, и всё сверкало, и... — Он осёкся. — То есть...

Повисла тишина.

— В чём дело? — спросил Яньлин.

— Ничего, — Лоу отвёл глаза. — Просто... ты же не можешь...

— Увидеть рассвет?

— Да. Прости. Я не подумал.

Яньлин помолчал.

Потом улыбнулся.

— Расскажи мне, — попросил он.

— Что?

— Рассвет. Расскажи так, чтобы я тоже увидел.

Лоу растерялся.

— Я... я не умею красиво говорить...

— Просто расскажи. Что ты видел. Что чувствовал.

Лоу сглотнул. Посмотрел на море — сейчас спокойное, голубое под утренним солнцем.

— Сначала было темно, — начал он медленно. — Совсем темно. Только звёзды. И море шумело, как будто... как будто спало и дышало во сне.

Яньлин кивнул, слушая.

— А потом небо начало светлеть. Не сразу — медленно. Как будто кто-то зажигал свечу очень-очень далеко. Сначала серое, потом розовое, как... как лепестки сакуры.

— Дальше.

— А потом появился свет. На самом краю, там, где море и небо встречаются. Золотой такой, яркий. И он рос, рос, как будто кто-то разливал мёд по воде.

Лоу закрыл глаза, вспоминая.

— И тогда солнце показалось. Сначала краешек — красный, как раскалённое железо. А потом всё больше, больше. И море загорелось. Не по-настоящему, но... понимаешь? Тысячи искр, везде. Как будто кто-то рассыпал драгоценные камни по воде.

Он открыл глаза.

— А небо... небо было как пожар. Красное, оранжевое, золотое. Всё вместе, всё сразу. И я не мог дышать, потому что это было так... так красиво.