Пламя Чёрной Башни том 2

Глава 46. Возвращение домой

Утро началось с суеты.

Слуги бегали по резиденции, упаковывая вещи. Стражники проверяли оружие. Лошадей седлали во дворе.

Яньлин проснулся с ясной головой — слабость ушла, силы вернулись. Шаали уже готовила его одежду.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила она.

— Лучше. Намного лучше.

— Хорошо. Одевайся. Через час выезжаем.

Она помогла ему одеться — дорожная одежда, удобная, но достойная. Волосы собрала в высокий хвост, сколола простой заколкой.

— Парадную причёску сделаю перед приездом в башню, — сказала она. — В дороге незачем.

— Спасибо.

Лоу уже был готов — в своей чёрной одежде, с сумкой через плечо.

— Я проверил лошадей, — доложил он. — Всё готово.

— Молодец.

Мэйлин нашла Яньлина в коридоре.

— Как ты? — она взяла его за руки, изучая его ауру.

— В порядке, мама.

— Правда?

— Правда. — Он улыбнулся. — Шаали хорошо обо мне позаботилась.

Мэйлин кивнула, но не отпустила его руки.

— Яньлин... — она помолчала. — То, что ты сделал вчера... это было опасно.

— Я знаю.

— Соединение с чужим пламенем могло тебя убить.

— Но не убило.

— Это не аргумент.

Яньлин вздохнул.

— Мама, я должен был. Пламя звало меня. Принц умирает. Я не мог просто стоять и смотреть.

Мэйлин смотрела на него — долго, внимательно.

— Ты так похож на отца, — сказала она наконец. — Такой же безрассудный.

— Это комплимент?

— Не знаю. — Она обняла его. — Береги себя. Пожалуйста.

— Буду.

***

Королевская свита прибыла к полудню.

Яньлин услышал их раньше, чем увидел — топот копыт, звон металла, голоса. Много людей, много лошадей, много шума.

— Сколько их? — спросил он Лоу.

— Много. — Лоу присвистнул. — Человек пятьдесят, не меньше. И карета. Огромная, золотая.

— Карета?

— Для короля, наверное.

Си Ень вышел встречать гостей. Яньлин чувствовал его ауру — спокойную, уверенную.

— Ваше величество, — голос отца. — Рад, что вы готовы к путешествию.

— Глава Си Ень, — голос короля. — Благодарю за гостеприимство.

Формальности. Пустые слова. Но необходимые.

— Я поеду верхом.

Голос принца — упрямый, резкий.

— Ваше высочество, — кто-то из придворных. — Карета удобнее...

— Я поеду верхом! — принц повысил голос. — Он едет верхом, — Яньлин почувствовал, что принц показывает на него. — Почему я должен сидеть в карете?

— Ваше высочество...

— Пусть едет верхом, — вмешался король. Его голос был усталым. — Если хочет.

— Но...

— Пусть едет.

Придворные замолчали.

Яньлин услышал шаги — принц подходил к нему.

— Ты не против? — спросил принц. Его голос стал тише, неувереннее. — Если я буду ехать рядом?

— Не против, — ответил Яньлин. — Ваше высочество.

— Не называй меня так. — Принц помолчал. — Называй меня Ляньчжи. Мы же... — он замялся. — Мы же теперь связаны. Как-то.

— Хорошо. Ляньчжи.

***

Они выехали из столицы к вечеру.

Кавалькада растянулась по дороге — впереди Си Ень с королём, потом стража, потом остальные. Яньлин ехал в середине, рядом с принцем. Лоу — по другую сторону.

— Это твой помощник? — спросил Ляньчжи, кивая на Лоу.

— Да. Лоу.

— Он не заклинатель.

— Нет.

— Почему тогда?..

— Потому что он мой друг, — просто сказал Яньлин. — И я ему доверяю.

Ляньчжи замолчал, обдумывая.

— У меня нет друзей, — сказал он вдруг. — Только слуги и придворные.

— Это грустно.

— Это нормально. Для принца.

— Нет, — Яньлин покачал головой. — Это грустно.

Лоу слушал молча. Потом сказал:

— Я могу быть твоим другом. Если хочешь.

Ляньчжи вздрогнул.

— Что?

— Другом. — Лоу пожал плечами. — Почему нет?

— Но я... я принц!

— И что?

Ляньчжи не нашёлся, что ответить.

На первом привале Шаали приняла человеческий облик.

Она подошла к Яньлину с водой и едой — как обычно. Ляньчжи смотрел на неё во все глаза.

— Кто это? — прошептал он.

— Шаали, — ответил Яньлин. — Моя... — он замялся. — Трудно объяснить. Она заботится обо мне.

— Она красивая.

— Я слышу, между прочим, — Шаали подняла бровь. — Ваше высочество, не желаете поесть?

— Я... да. Спасибо.

Она протянула ему хлеб и сыр. Ляньчжи взял — осторожно, как будто боялся обжечься.

— Ты не человек, — сказал он вдруг. — Я чувствую.

— Не человек, — согласилась Шаали. — Я огненный дух. Саламандра.

— Саламандра?!

— Да. — Она улыбнулась. — Не бойся. Я не кусаюсь. Обычно.

Ляньчжи побледнел.

— Она шутит, — быстро сказал Яньлин. — Шаали, не пугай его.

— Я не пугаю. Просто честно отвечаю на вопросы.

На второй день пути Ляньчжи разговорился.

— Ты правда не видишь? — спрашивал он. — Совсем?

— Совсем. Глазами.

— Но ты двигаешься так уверенно...

— Я вижу по-другому. Энергию. Ауры. Движение.

— Это... удивительно.

Яньлин пожал плечами.

— Это моя жизнь. Я не знаю другой.

Ляньчжи ехал молча какое-то время. Потом спросил:

— Каково это? Чувствовать пламя?

— Оно тёплое, — Яньлин улыбнулся. — Живое. Как будто внутри тебя горит маленькое солнце.

— Пламя во мне... оно не тёплое. — Голос принца стал тише. — Оно жжёт. Больно.

— Потому что оно в плену. Оно страдает — и причиняет страдание.

— А когда освободится?

— Станет легче. Тебе и ему.

Ляньчжи замолчал.

— Обещаешь? — спросил он наконец. Совсем тихо.

— Обещаю.

Впереди Си Ень ехал рядом с королём.

Они говорили тихо — о политике, о торговле, о границах. Но Яньлин чувствовал — под формальными словами скрывалось что-то другое.

Два отца. Два правителя. Оба — с больными сыновьями.

— Ваш сын, — сказал король. — Он... особенный.

— Да, — ответил Си Ень.