Пламя Чёрной Башни том 4

Глава 3. Возвращение

Лисян не помнила, как уснула.

Она помнила холод каменного пола, мерцание рун на потолке, тихое дыхание Чжоу Шэна рядом. Помнила, как усталость навалилась свинцовой тяжестью, как веки сами собой закрылись...

А потом было тепло.

Она проснулась медленно, неохотно выплывая из глубокого сна без сновидений. Что-то было не так. Что-то было... хорошо. Слишком хорошо для холодного каменного пола в завалённом зале.

Под её щекой мерно поднималась и опускалась чья-то грудь. Её тело было укутано в плотную ткань, пахнущую горькими травами. Чьи-то руки — осторожные, бережные — обнимали её, удерживая в кольце тепла.

Лисян открыла глаза.

Чжоу Шэн смотрел на неё сверху вниз. В тусклом свете источника его обычно бесстрастное лицо казалось почти мягким — но стоило ему заметить, что она проснулась, как он тут же разжал руки и отстранился.

— Ты жаловалась, что тебе холодно, — сказал он быстро, почти торопливо. В его голосе звучало что-то похожее на оправдание. — Во сне. Ты дрожала.

Лисян села, придерживая его плащ на плечах. Тяжёлая ткань была подбита мехом — неожиданно для заклинателя тьмы, но, пожалуй, разумно в этих вечно холодных землях.

— Спасибо, — она улыбнулась и, прежде чем он успел отшатнуться, протянула руку и погладила его по щеке.

Чжоу Шэн замер. В его чёрных глазах снова плеснулся тот самый испуг — как будто она была опаснее всех тварей тьмы вместе взятых.

— Здесь действительно очень холодно, — продолжила Лисян как ни в чём не бывало, убирая руку. — И нас, похоже, не торопятся откапывать.

Она огляделась. Груда камней, перекрывавшая выход, никуда не делась. В зале по-прежнему царила тишина — умиротворённая, но от этого не менее тревожная.

— А если там никого не осталось? — тихо спросил Чжоу Шэн.

В его голосе не было страха за себя — только глухая тревога за тех, кто остался наверху. За его башню, его людей.

— Этого не может быть, — твёрдо сказала Лисян. Она прикрыла глаза, прислушиваясь к чему-то внутри себя — к той нити, что связывала её с другими огненными. — Я чувствую их. Ляньчжи и Чжао Хэй живы, их огонь горит ровно. Значит, остальные тоже в порядке. — Она открыла глаза и посмотрела на него. — Но если хочешь, можем попробовать выбраться сами.

— Я попробую помочь, — Чжоу Шэн попытался подняться и тут же побледнел ещё сильнее, схватившись за голову.

— Не дёргайся. Медленно.

Лисян придвинулась ближе, помогая ему сесть. Её руки легли на его плечи — поддерживая, направляя. Он был совсем близко, и она могла видеть, как подрагивают его ресницы, как пульсирует жилка на виске.

— Что такое? Голова болит?

Чжоу Шэн кивнул — коротко, почти незаметно.

— Сейчас покажу тебе один фокус, — улыбнулась Лисян.

И, прежде чем он успел отреагировать, наклонилась и поцеловала его в лоб.

Это был целительский поцелуй — древняя техника, которой обучали в башне целителей. Передача энергии через прикосновение губ, направленная прямо в источник боли. Ничего особенного, ничего... личного.

Но румянец, вспыхнувший на щеках Чжоу Шэна, говорил о другом.

— Прошло? — спросила Лисян невинно.

Он моргнул. Потом ещё раз. Осторожно коснулся виска — боль действительно ушла.

— Спасибо... госпожа целительница, — выдавил он наконец, глядя на неё тем самым странным взглядом — смесью растерянности, недоверия и чего-то ещё, чему он, похоже, сам не мог дать названия.

Лисян поднялась на ноги и протянула ему руку.

— Всё хорошо. Смотри — твой источник спокоен.

Она кивнула на сферу в центре зала. Тьма внутри неё больше не билась в агонии — она текла плавно, умиротворённо, и от неё исходило мягкое серебристое сияние.

— Сияющая тьма очень красивая, — добавила Лисян задумчиво. — Но холодная.

Чжоу Шэн принял её руку и позволил помочь себе встать. Его пальцы были ледяными в её ладони.

— Попроси источник помочь нам выбраться, — сказала она.

Он замер.

— Откуда ты знаешь, что я могу говорить с источником?

Лисян посмотрела на него — открыто, без тени насмешки.

— Я же видела твои крылья, — сказала она просто. — Источник не даёт крылья просто так. Такая связь... она особенная. Редкая.

Чжоу Шэн молча смотрел на неё. В его глазах что-то менялось — словно стена, которую он выстроил вокруг себя, давала первые трещины.

Но они не успели продолжить разговор.

Со страшным грохотом часть каменного завала разлетелась в стороны. Осколки брызнули во все стороны, и в образовавшийся проём спрыгнула знакомая фигура.

— Лисян! — Ляньчжи приземлился на ноги и тут же бросился к ней. Его лицо было перепачкано пылью и сажей, в волосах застряли каменные крошки, но глаза горели облегчением. — Ты в порядке?!

— Была, во всяком случае, — Лисян не удержалась от улыбки, — пока ты не начал бросаться камнями. Я чуть не оглохла.

— Бросаться?! — возмутился Ляньчжи. — Да мы два часа аккуратно разбирали завал! Чжао Хэй хотел просто взорвать всё к демонам, но тёмные сказали, что так можно обрушить полбашни!

— Два часа? — Лисян переглянулась с Чжоу Шэном. Она не думала, что прошло так много времени.

— Да! И почему так долго — это мы должны спрашивать! — Ляньчжи упёр руки в бока, но тут же смягчился, оглядывая её с ног до головы. — Ты правда в порядке? Мы так волновались...

— Я в полном порядке, — заверила его Лисян. — Мы тут героически всех спасли, а потом любовались на виды.

Ляньчжи моргнул и перевёл взгляд на Чжоу Шэна, который стоял чуть позади Лисян с совершенно непроницаемым лицом. Потом снова на Лисян. Потом на плащ Чжоу Шэна, всё ещё наброшенный на её плечи.

— Любовались... на виды, — повторил он медленно.

— Источник очень красивый, когда не пытается всех убить, — невозмутимо подтвердила Лисян. — А вы сверху?

Ляньчжи явно хотел спросить что-то ещё, но сдержался.

— Мы тоже вроде бы героически всех спасли, — сказал он. — Но ещё не уверены до конца. Завалов много, некоторые переходы полностью перекрыты. Тёмные сейчас проверяют все уровни.