Пламя Чёрной Башни том 4

Глава 15. Решения

Яньлин постучал в дверь кабинета отца поздно вечером.

— Входи, — голос Си Еня звучал устало, но спокойно.

Яньлин вошёл и остановился на пороге, прислушиваясь. Энергия отца была ровной, без тех обжигающих всплесков, которые он чувствовал днём на совете.

— Пришёл проверить, перестал ли я быть огнедышащим чудовищем? — спросил Си Ень с лёгкой усмешкой.

— Что-то вроде того, — Яньлин прошёл и сел напротив. — Ты напугал всех. Даже меня.

— Даже тебя, — повторил Си Ень. — Это говорит о многом.

— Что случилось на совете?

Си Ень помолчал. Яньлин слышал, как он поднялся, подошёл к окну, остановился там.

— Очередные претензии, — сказал он наконец. — Белая башня требует компенсации за разрушения. Водная башня обвиняет нас в том, что новый источник нарушил течение их рек. Земная башня...

— Отец, — Яньлин перебил его. — Это не причина. Ты слышал претензии сотни раз.

— Цзин Юй видел кое-что, — Си Ень говорил медленно. — В своих видениях. Что-то... плохое.

— Насколько плохое?

— Все башни рушатся. Все силы сталкиваются. Всё накрывает тьма.

Яньлин выпрямился.

— Конец света?

— Что-то вроде.

— И что он предлагает?

Си Ень вернулся к столу и сел.

— Отступить, — сказал он. — Остаться в стороне. Передать главенство в совете кому-то другому. Заниматься делами только огненных и предоставить событиям течь, как текут.

Яньлин обдумывал это.

— Это... не похоже на тебя, — сказал он наконец.

— Знаю.

— Ты всегда был в центре. Всегда решал, действовал, вёл за собой.

— Может, в этом и проблема, — Си Ень потёр виски. — Может, моё вмешательство только ухудшает ситуацию. Может, если я отступлю...

— Ты веришь в это?

— Нет, — признался Си Ень. — Не верю. Но Цзин Юй... он видит то, чего не вижу я. Его видения никогда не лгали.

— Они и не говорят всей правды, — заметил Яньлин. — Ты сам мне рассказывал. Видения показывают возможности, не судьбу.

— Да.

— Тогда почему ты сомневаешься?

Си Ень долго молчал.

— Потому что я устал, — сказал он наконец. — Сорок лет я держу всё на своих плечах. Башню. Семью. Союзы. Совет. Иногда мне кажется, что если я отпущу хоть на мгновение — всё рухнет.

— А если рухнет?

Си Ень поднял голову.

— Что?

— Если рухнет, — повторил Яньлин. — Совет. Союзы. Всё это. Что останется?

— Башня, — Си Ень ответил не задумываясь. — Семья. Вы.

— Вот, — Яньлин улыбнулся. — Вот что важно. Остальное... остальное можно отпустить.

Си Ень смотрел на сына — на его спокойное лицо, на незрячие глаза, которые видели больше, чем многие зрячие.

— Когда ты стал таким мудрым? — спросил он тихо.

— Наверное, когда чуть не умер пару раз, — Яньлин пожал плечами. — Это помогает расставить приоритеты.

***

Позже, когда Яньлин ушёл, Си Ень поднялся на крышу.

Мэйлин уже была там — сидела на подушках, глядя на звёзды. Чай в чашках ещё дымился.

— Я знала, что ты придёшь, — сказала она, не оборачиваясь.

Он сел рядом и взял её за руку. Её пальцы были тёплыми, знакомыми, успокаивающими.

— Расскажи мне, — попросила она.

И он рассказал. Всё — видение Цзин Юя, его предложение, разговор с Яньлином, свои сомнения.

Мэйлин слушала молча, не перебивая.

— Что думаешь? — спросил он, когда закончил.

— Я думаю, — она повернулась к нему, — что ты спрашиваешь не о совете башен.

— Нет?

— Нет, — она улыбнулась. — Ты спрашиваешь, можно ли тебе отпустить. Можно ли перестать нести ответственность за весь мир. Можно ли просто... быть.

Си Ень молчал. Она, как всегда, видела его насквозь.

— Ты носишь эту тяжесть с двадцати лет, — продолжила Мэйлин мягко. — Сначала — вина за разрушение Белой башни. Потом — ответственность за Чёрную. Потом — за Цзин Юя, за меня, за детей, за союзы, за совет...

— Кто-то должен.

— Почему ты?

— Потому что я могу.

— Это не ответ, — она покачала головой. — Яньлин тоже может. И справляется. Лисян может. Даже Ляньчжи учится справляться. Ты вырастил их такими — сильными, самостоятельными. Может, пора позволить им нести часть этой тяжести?

Си Ень смотрел на звёзды.

— А если я отступлю, и всё рухнет?

— Тогда мы будем рядом, — просто сказала Мэйлин. — Ты, я, дети. Мы справимся. Вместе.

— Ты так уверена?

— Абсолютно, — она сжала его руку. — Знаешь, что я поняла за все эти годы?

— Что?

— Что ты не можешь предотвратить все катастрофы, — её голос был мягким, но твёрдым. — Не можешь защитить всех от всего. Не можешь контролировать будущее. Но ты можешь быть рядом с теми, кого любишь. И это — достаточно.

Си Ень притянул её к себе.

— Ты самый умный человек в этой башне, — прошептал он.

— Я знаю, — она улыбнулась ему в плечо. — Поэтому ты на мне женился.

— Поэтому и женился.

Они сидели так долго, обнявшись, глядя на звёзды. И тяжесть, которую Си Ень нёс столько лет, впервые показалась ему не такой невыносимой.

На следующее утро Си Ень нашёл Цзин Юя в саду.

Тот сидел под старым деревом, и Ли Чжэнь в человеческом облике устроился рядом — серебряные волосы разметались по траве, золотые глаза были закрыты.

— Я согласен, — сказал Си Ень без предисловий.

Цзин Юй поднял голову.

— Уверен?

— Да, — Си Ень опустился на траву рядом с ними. — Передай главенство в совете. Делай, что считаешь нужным. Я буду заниматься своей башней и своей семьёй.

— Это правильное решение.

— Надеюсь.

Они помолчали. Утренний свет играл в листве, и где-то пели птицы.

— Когда ты отправляешься? — спросил Си Ень.

— Сегодня, — Цзин Юй поднялся. — В Лунную башню. Нужно договориться с её главой.

— Он согласится?

— Глава лунных? — Цзин Юй усмехнулся. — Он согласится на всё, что позволит ему ничего не делать. Идеальный кандидат.

— Звучит как оскорбление.