Пламя Чёрной Башни том 4

Глава 33. Разведка

На следующее утро Си Ень вызвал Яньлина в свой кабинет.

— Держи, — он протянул сыну запечатанный свиток. — Письмо для Чжоу Шэна.

Яньлин взял свиток и провёл пальцами по печати.

— Что в нём?

— Официальная просьба о помощи, — Си Ень откинулся в кресле. — Но ты должен объяснить ему на словах. Про разлом. Про тьму, которую ты почувствовал. Про то, почему мы считаем, что именно Звёздная башня должна этим заняться.

— Почему я?

— Потому что ты был там, — Си Ень посмотрел на него. — Ты чувствовал эту энергию. Ты сможешь описать её лучше, чем любое письмо.

Яньлин кивнул.

— И заодно проведай Лисян и Ляньчжи, — добавил Си Ень. — Твоя мать волнуется. Хочет знать, как они там.

***

Звёздная башня встретила его привычным холодом.

Яньлин приземлился во внутреннем дворе и сразу почувствовал — здесь всё было другим. Тишина. Мягкий серебристый свет. Тени, которые двигались сами по себе.

— Господин Яньлин, — к нему подошёл заклинатель тьмы. — Хранитель ждёт вас.

— Благодарю.

Его провели в кабинет Чжоу Шэна — тёмную комнату с высокими окнами, завешенными тяжёлыми шторами. Хранитель сидел за столом, и при виде Яньлина поднялся.

— Яньлин, — он кивнул. — Рад тебя видеть.

— Хранитель, — Яньлин поклонился и протянул свиток. — Письмо от моего отца.

Чжоу Шэн взял свиток, сломал печать, прочитал. Его лицо оставалось невозмутимым, но Яньлин заметил, как чуть сузились его глаза.

— Разлом, — сказал он. — На границе воздушных и земных.

— Да, — Яньлин кивнул. — Я был там. Чувствовал его.

— Расскажи.

Яньлин рассказал. О визите в Воздушную башню. О том, как глава показывала им земли. О тяжёлой, гнилой энергии, которую он почувствовал в ущелье.

— Это было... неправильно, — он искал слова. — Как открытая рана. Как что-то, что не должно существовать.

— Тьма? — спросил Чжоу Шэн.

— Я не знаю, — Яньлин покачал головой. — Я огненный. Я не разбираюсь в тьме. Но моя Шаали сказала — там глубокий энергетический разлом. Возможно, углубившийся после пробуждения воздушного источника.

Чжоу Шэн молчал, обдумывая его слова.

— Мой отец считает, что воздушные показали мне это место намеренно, — продолжил Яньлин. — Что они просят помощи, но не хотят просить напрямую.

— Гордость.

— Да.

— И он хочет, чтобы Звёздная башня занялась этим.

— Да, — Яньлин кивнул. — Цзин Юй согласен. Он сказал — воздушные боятся огненных, но тёмных не боятся. Вам будет проще с ними договориться.

Чжоу Шэн усмехнулся — едва заметно.

— Не боятся, — повторил он. — Интересная формулировка.

— Он имел в виду...

— Я знаю, что он имел в виду, — Чжоу Шэн поднял руку. — И он прав. Мы... нейтральны. В политике башен мы редко принимаем чью-то сторону.

Он встал и подошёл к карте на стене.

— Я пошлю разведчиков, — сказал он. — Мои заклинатели проверят этот разлом. Если там действительно выход тьмы — мы узнаем.

— Спасибо, хранитель.

— Не благодари, — Чжоу Шэн повернулся к нему. — Это в наших интересах. Тьма, которая выходит из-под контроля, опасна для всех. Даже для нас.

После разговора с хранителем Яньлин отправился в лечебницу. Лисян нашлась там, где и ожидалось — склонившейся над пациентом. При звуке его шагов она подняла голову.

— Яньлин! — её лицо озарилось улыбкой. — Ты прилетел!

Она бросила работу и обняла его — крепко, радостно.

— Мама волнуется, — сказал он.

— Мама всегда волнуется.

— И папа.

— Папа никогда не признается, что волнуется, — Лисян рассмеялась. — Как ты? Как Жэньли?

— Всё хорошо, — он улыбнулся. — А ты? Выглядишь усталой.

— Работы много, — она пожала плечами. — Но теперь у меня есть Ляньчжи. Он очень помогает.

— Где он?

— В хранилище трав. Готовит зелья.

Они нашли Ляньчжи в маленькой комнате, заставленной полками с травами.

Он стоял у стола, сосредоточенно растирая что-то в ступке. При звуке шагов поднял голову — и его лицо озарилось улыбкой.

— Яньлин!

— Привет, — Яньлин улыбнулся. — Как ты тут?

— Прекрасно, — Ляньчжи отложил ступку. — Правда, прекрасно. Работы много, но... мне нравится.

— Выглядишь хорошо.

— И чувствую себя хорошо, — он кивнул. — Здесь... здесь я на своём месте. Наконец-то.

Они обнялись — коротко, тепло.

— Лоу передаёт привет, — сказал Яньлин. — И грозится прилететь, если ты не будешь писать чаще.

— Я пишу каждую неделю!

— Он говорит — этого мало.

Ляньчжи рассмеялся.

— Скажи ему, что я скучаю. И что здесь действительно холодно. И тихо. Но мне нравится.

Вечером они ужинали вчетвером — Яньлин, Лисян, Ляньчжи и Чжоу Шэн.

Стол был накрыт в личных покоях хранителя — тёмная комната, освещённая мягким серебристым светом. Еда была простой, но вкусной.

— Как мама? — спросила Лисян.

— Волнуется, — Яньлин улыбнулся. — Как всегда.

— А папа?

— Работает. Как всегда.

— А Жэньли?

— Скучает по тебе. Как всегда.

Лисян рассмеялась.

— Передай ей, что я тоже скучаю. И что жду её в гости.

— Передам.

Чжоу Шэн молчал, наблюдая за ними. Его лицо было спокойным, но в глазах мелькало что-то тёплое.

— Твой отец, — сказал он наконец, обращаясь к Яньлину. — Он хороший человек. Многие считают его демоном. Монстром. Разрушителем. Но он заботится о своих людях, — Чжоу Шэн кивнул. — И о тех, кто становится частью его семьи. Это... редкость. Среди глав башен.

Яньлин не знал, что ответить.

— Спасибо, — сказал он наконец. — За то, что приняли Лисян. За то, что делаете её счастливой.

— Это она делает меня счастливым, — Чжоу Шэн посмотрел на Лисян. — Каждый день.

Лисян покраснела и отвела глаза.

На следующее утро Яньлин собрался улетать. Лисян, Ляньчжи и Чжоу Шэн провожали его во дворе.

— Передай маме, что у нас всё хорошо, — сказала Лисян.