Пламя над Доминионом. Путь искры.

Глава 12

Марк Севериан.

Когда трибун вышел, я повернулся к окну. С этой высоты мне был виден весь город. Я услышал, как дверь распахнулась, и почти сразу же почувствовал цветочный аромат.

— Элена... — прошептал я, но не стал оборачиваться. Продолжал смотреть в окно. За стенами города виднелся лес. Они здесь называли его Шепчущий, и даже сейчас с обнулённой памятью выдумывали всякие небылицы и страшились туда ходить. Дикари.

Почему-то представил, что где-то там ходит эта варварская Фрейя. Босая. Обнажённая...выходит из озера, огненные волосы струятся по телу, оттеняя белизну кожи…

Я даже вздрогнул, когда понял, что на самом деле нахожусь вовсе не в лесу. Наваждение какое-то.

Вдруг почувствовал, как Элена подошла ближе. Я ждал, что, может быть, она положит руки мне на плечи или возьмёт за руку. Но этого не произошло. Я повернулся, на меня смотрели красивые глаза с прекрасного лица. Но в них не было любви.

Рядом со мной стояла самая прекрасная женщина этого мира, но её холодность могла сравниться лишь с белоснежной, ледяной вершиной самой высокой горы Амалурского хребта.

— Марк, — спросила она, — ты придёшь вечером?

Я удивился. Подумал: «Неужели?»

Но решил уточнить и внимательно посмотрел на неё:

— Ты приняла решение? Ты остаёшься?

Мы договорились, что не станем парой, пока Элена не решит окончательно, готова ли остаться со мной на Залаире. Потому что для меня обратной дороги не было, а вот её я мог и отпустить.

Элена опустила глаза:

— Ну... Мы могли бы просто поужинать вдвоём. Лучше узнать друг друга.

Я вздохнул. Вчерашний ужин, например, закончился её слезами. Чем закончится сегодняшний? Мне просто хотелось побыть в тишине. А если честно, то хотелось, чтобы рядом была просто женщина. Мягкая. Тёплая. Безотказная. И чтобы мне не надо было её развлекать, чтобы ей было достаточно того, что я рядом.

Вслух же я сказал:

— Да, Элена. Я приду.

— Что ты желаешь на ужин? — с улыбкой спросила она.

— Что-нибудь мясное, — сказал я.

И я уже настраивался, что на ужине постараюсь быть обаятельным. Но перед ужином случилось событие, которое изменило моё настроение, разбудив во мне охотничий азарт.

Солдаты, отправленные на поиски женщины, той, чьи следы были обнаружены возле обломков, нашли убитого и похороненного монаха. В сарае, в деревне, которая располагалась возле леса. В лесу женщину не обнаружили, хотя уверяли, что прочесали половину леса. Зато столкнулись с неким падальщиком, который якобы уволок их мешки с едой и картой.

Я ещё не видел этого зверя, но подозреваю, что это всё это суеверия местных. На самом деле, это какая-нибудь росомаха или медведь. И теперь у него есть мешки и карта. Забавно.

Следующим на доклад пришёл управляющий Женскими домами. Он сообщил, что у той девицы, что сбежала, были длинные рыжие волосы.

«Вот он, — подумал я, — тот малый процент, на который не действует Амнезиум. Даже если она не всё помнит, то уже очень скоро память начнёт к ней возвращаться. И надо бы её поймать и уничтожить до того момента, как она вспомнит, кто она. Потому что она явно не с Залаира.»

В голове зазвучал охотничий рог.

***

Алекс

Я пришла на тот берег, на котором я ночевала, надо было убрать следы костра так, чтобы точно никто не ничего не нашёл. Собрала свой нехитрый скарб в мешок, проверила насколько хорошо наточен меч и вдруг вспомнила, что ищут рыжеволосую женщину.

Посмотрела на рясу, ходить в такой по лесу было бы смешно, да и опасно оранжевая ряса словно огонь будет видно издалека, а вот иметь её наготове, чтобы переодеть, идея неплохая. Потому как в комбинезоне, конечно, меня трудно принять за мужчину, а вот ряса сможет помочь.
Волосы, как же мне было жалко волосы, но за свою свободу я готова была заплатить и более высокую цену.

Волосы я сожгла потом, ближе к ночи, когда ушла достаточно далеко от поляны, и от места своего ночлега.

Вдоль реки идти было удобно, но иногда приходилось углубляться в лес, были места, где были очень крутые обрывы, а перед самыми сумерками я увидела медведя. Я откуда-то знала, что он так называется, хотя в моей дырявой памяти медведь был немного мельче, а не в два человеческих роста, и лап у него было четыре, а не шесть, да и морда была чуть поменьше и посимпатичней.

Я уже не удивлялась ому, что во мне словно бы жили два разных человека, и память подкидывала то одни то другие воспоминания. Меня уже просто радовало то, что память возвращается, пусть маленькими дольками, но каждый раз меня становилось больше.

«Медведь» ловил рыбу, и я поняла, что пока не стемнело мне надо сделать то же самое. В этом месте река была широкая и мелкая, и уже скоро стало понятно, что ужин у меня будет. Жаль только соли не было.

Обошла «медведя» стороной и пошла дальше, пора было искать место для ночлега. В этот раз решила на берегу реки не останавливаться. Слишком было открытое пространство, выбрала средний вариант, на кромке леса нашла ёлку, и устроила себе шалаш, правда для этого пришлось побегать, обдирая лапы с других ёлочек, чтобы потеря веток не казалась такой большой и не бросалась в глаза тем, кто возможно выйдет на мой след.

Спина была прикрыта, ужин приготовлен и съеден, водные процедуры после дневного перехода показались мне подарком небес, вода, нагревшаяся за день, была тёплой, выходить было прохладно, но теперь у меня не было длинных волос, которые долго сохли, создавая дополнительный дискомфорт.

Я вздохнула вспомнив, как я их варварски откромсала боевым мечом, и сейчас намеревалась сжечь.

Эта ночь была не такой холодной как прошлая, или у меня что-то произошло с теплообменом. Воздух был насыщен ароматами хвои, запахом свежести с реки, здесь на краю леса, шум реки заглушал странные лесные звуки.

Согревшись у костра, я его всё-таки затушила и совершенно случайно подняла голову в небо и не смогла оторвать взгляд.