Пламя над Доминионом. Путь искры.

Глава 17

Алекс

Времени совсем не осталось, убежать не вариант, я вспомнила здоровых не по-человечески мощных и быстрых воинов, а если с ними химеры, то это вообще чистая смерть.

Взгляд упал на баночки со снадобьями. Я позвала:

– Вик!

– Что, Алекс, – мальчишка выглядел напуганным.

– Я переоденусь в твою бабушку, – сказала я, – другого выхода нет.

Вик скептически посмотрел на меня, перевел взгляд на мои ярко-красные неровно постриженные волосы, но я уже знала, что делать, эти знания у меня были.

И уже через пять минут перед Виком была, если и не его бабушка, то пожилая, измученная болезнями и годами женщина, с грязно-серыми волосами, сероватой кожей и руками, покрытыми пигментными пятнами. Даже зубы были потемневшие.

Вик присвистнул:

– Ну ты даешь!

– Одежду тащи, – сказала я, и, вдруг вспомнив, что с воинами могут быть химеры, добавила, – и Лорика спрячь в доме.

И едва успела оправить на себе плотное тёмно-серое платье, подвязав его платком, потому что бабушка Вика явно была несколько шире, чем я, как со двора послышался топот, стук распахнувшейся калитки и через пару мгновений в дом вошёл … Сашка.

Я еле сдержалась, чтобы не крикнуть. Но что-то меня остановило, или незнакомое выражение на лице друга, или то, что он разговаривал на чужом языке, который я уже начинала понимать.

Нам всем в Академии преподавали лингво-адаптацию, и если мы оказывались в незнакомой языковой среде, то нужно было совсем чуть-чуть и мозг начинал «переводить» незнакомые звуки в слова, а вслед за этим шла и речь.

И да, когда я среди чужих будто вырубленных из камня лиц, увидела Сашку, а вслед за ним и Кирилла, то память сразу вернула огромный кусок, о том, кто я, откуда и зачем я здесь.

Только годами тренируемое хладнокровие удержало меня от того, чтобы не выдать себя, но, когда образы памяти хлынули водопадом, у меня закружилась голова и я пошатнулась, ухватившись за стол, но в образе пожилой женщины никто не счёл это странным.

Сашка между тем прошёлся по дому, остальные воины прошли за ним. Когда пятеро вошли в дом, то мне показалось, что дом, казавшийся до этого момента большим, сейчас лопнет, такие они все были здоровые.

Вик стоял, прижавшись ко мне, держа Лорика, которого так и не успел спрятать, на руках.

Сашка произнёс на местном языке:

– Вы здесь одни?

Я кивнула, не в силах выдавить ни звука.

– Покажите регистрацию, – резко сказал он и я испугалась, что сейчас меня раскроют.

– А что это? – спросил смелый Вик.

Сашка показал запястье:

– Вот здесь должен быть рисунок

– У нас с бабушкой нет, – сказал Вик

– А бабка у тебя что, немая? –спросил Сашка, который явно был главным среди тех, кто не относился к «великим воинам». Я уже поняла, что наверняка «великих» не так уже и много, и они сформировали какие-то отряды из местного населения, потому что с улицы вошли ещё двое, и я с удивлением узнала одного из аристократов, драчуна и задиру, маркиза Шират.

Вик, умничка, сказал:

– Не, не немая, но говорит уже плохо, тихо очень.

Это удовлетворило «Сашку», который явно не помнил ни меня, ни себя, ни нашу дружбу. Но я-то помнила, и теперь у меня появилась ещё она цель. Как бы странно это ни звучало, но кроме меня больше никто не мог помочь парням, с которыми мы вместе учились.

Дальше пошёл стандартный допрос что делаете, чем живёте, Вик отлично справился. Воины Доминиона, которые называли себя Доминусами лютовать не стали. И тащить нас с собой тоже.

Подошёл один из главных, явно не местный и на своём языке спросил Сашку о том, что мы ему ответили. Сашка ему объяснил и вдруг он начала вытаскивать меч, но мой бывший друг его остановил.

«Прокуратор сказал просто так не убивать, они наш народ, и мы не убийцы, а прогрессоры».

Видимо, я, заслушавшись слишком пристально посмотрела на них, доминус вдруг ощерился в мою сторону и гаркнул на своём:

– Ты что, понимаешь нас?

Я тут же опустила глаза и зашептала: «Простите, простите, я больше не буду смотреть».

Вик тоже заголосил:

– Простите бабку, она иногда забывается.

Доминус что-то гаркнул, и на этот раз я не поняла, что, видимо, какое-то ругательство, и вышел.

В целом мы с Виком отделались лёгким испугом. Воины обыскали дом, двор, нашли могилу, мы с Виком подтвердили, что был дед, его и закопали. Воины поверили нам на слово.

Поставили нам на руки временные метки, похожие на штрих-код. И «Сашка» приказал нам с Виком явиться в ближайший населённый пункт для получения постоянной регистрации. В нашем случае это была та деревня, куда я так и не дошла. Сделать это следовало не позднее, чем через пять дней.

Когда воины-прогрессоры ушли, я посмотрела на Вика и сказала:

– Сегодня можно ещё отдохнуть, но завтра надо уходить, потому что они вернутся.

– Зачем мы им? – удивился Вик

– Они вернутся за мной, – сказала я, – и устроят настоящую проверку и обнаружат, что я не твоя бабушка.

– Но куда мы пойдем? – спросил Вик

– Не мы, со мной опасно, я доведу тебя до деревни, – сказала я, – а сама пойду дальше.

На самом деле я вспомнила, о том, что у нас, у наблюдателей, была база в горах, как раз из неё я и спускалась, когда получила этот странный провал в памяти. И у меня возникла мысль что надо бы туда добраться, возможно я смогу связаться со своими, или найти что-то что мне поможет вернуть память Сашке и остальным нашим. Возможно, что и остальные живы, и то что с ними происходит надо остановить.

– Нет, – замотал головой Вик, – я с тобой!

В общем, ещё немного поспорив, решили следующее, вместе идём до монастыря, а там решим. И на следующее утро мы с Виком ушли из его дома.