Ночь была тёмной и тяжёлой.
Дождь барабанил по черепичной крыше таверны, забивая запах крови и гари, что всё ещё тянулся за ними после миссии.
Комната — маленькая, тёплая, со старым камином и одной кроватью.
Ашара спала, уставшая, без плаща, с распущенными волосами, которые казались темнее ночи.
Каэль сидел у окна, глядя на город, окутанный туманом. Его глаза мерцали слабым светом — магия не спала даже тогда, когда он пытался забыться.
Мир был слишком тихим. Слишком ровным.
И именно поэтому он почувствовал это — дрожание воздуха, лёгкий сдвиг тени за дверью.
Каэль замер.
Кто-то стоял снаружи.
Он медленно поднялся, не издавая ни звука.
Тень скользнула под дверь — тонкая, как лезвие ножа. Затем — бесшумный щелчок замка. Дверь приоткрылась, и внутрь шагнул человек в сером плаще, с кинжалом, поблёскивающим в свете молнии.
Наёмник. Беззвучный, опытный — но не достаточно.
Каэль поднял ладонь. Воздух вокруг стал плотным, как стекло.
Когда убийца сделал шаг к кровати, где спала Ашара, Каэль прошептал:
— Не сейчас.
Пламя в камине дрогнуло, и в ту же секунду пространство словно сомкнулось.
Мир вспыхнул бордовым — коротко, ослепительно.
Наёмник даже не успел вскрикнуть: его тело рассыпалось в пепел, и в воздухе остался только запах озона и гари.
Каэль стоял неподвижно, пока комната снова не погрузилась в тишину.
Он сделал жест рукой, и пепел исчез, растворившись в воздухе — следы стерты, будто никого никогда не было.
Он повернулся к кровати.
Ашара спала всё так же спокойно, ровно дыша, не ведая, что смерть стояла к ней ближе, чем дыхание.
Каэль подошёл ближе. Несколько секунд просто смотрел — на её лицо, на то, как ресницы дрожат во сне, как с её губ срывается тихий вдох.
Он хотел коснуться — не для того, чтобы разбудить, а чтобы убедиться, что она настоящая.
Но не стал.
Вместо этого тихо отступил, лёг рядом, повернувшись на бок.
Дождь за окном продолжал шептать что-то своё, будто мир пытался снова заснуть.
Каэль закрыл глаза.
— Никто не тронет тебя, — прошептал он едва слышно. — Пока я рядом.
Пламя в камине затихло, оставив лишь красный отблеск на стене — как эхо его взгляда.
И ночь, наконец, стала спокойной.
Отредактировано: 12.11.2025