Утро начиналось спокойно — редкость после последних дней. Ашара тренировалась во дворе, отрабатывая удары клинками. Каждый взмах был точным, выверенным, будто она пыталась вытеснить мысли движением.
Каэль наблюдал из окна, прислонившись к раме, с лёгкой улыбкой. Его грудь ещё болела после ранения, но он уже чувствовал, как силы возвращаются. С тех пор, как Ашара спасла ему жизнь, он стал внимательнее смотреть на неё — не как на неприступного убийцу, а как на женщину, которая носит в себе слишком много боли и не позволяет себе ни радости, ни покоя.
Именно тогда, перебирая старые бумаги, он нашёл её личное дело — запись, в которой значилась дата рождения. Сегодня.
— Так вот почему ты сегодня такая тихая, — прошептал он с улыбкой. — Даже себе не признаёшь, что у тебя праздник.
***
Весь день он делал вид, будто ничего не подозревает. Ашара, как обычно, была сдержанной, даже холодной. Лишь иногда её взгляд задерживался на нём чуть дольше — словно она замечала, что он что-то задумал.
К вечеру Каэль попросил её спуститься в гостиную. Когда она вошла, комната была освещена мягким светом десятков свечей. На столе — скромный ужин, но приготовленный с явной старательностью: мясо, зелень, фрукты, немного вина.
Ашара остановилась у двери, поражённая.
— Это… всё ты сделал?
Каэль пожал плечами, немного смущённо.
— Ну, не мог же я позволить, чтобы твой день рождения прошёл, как обычный день.
Она нахмурилась, но в уголках губ мелькнула тень улыбки.
— Я не отмечаю день рождения. Уже много лет.
— Знаю, — ответил он, — но сегодня исключение. Сегодня ты не убийца. Не наёмница. Не та, за кем охотятся. Сегодня ты просто Ашара.
Он подошёл к ней и протянул маленькую коробочку, обёрнутую тканью.
— Это тебе.
Она медленно развернула ткань. Внутри лежал небольшой кулон — простая капля из красного камня, переливающаяся мягким бордовым светом.
— Камень драконьего сердца, — сказал он. — Я сам его создал, пока восстанавливал силы. Он связан со мной. Если тебе когда-нибудь будет опасно — он загорится.
Ашара смотрела на кулон долго, словно не веря, что это правда.
— Ты… сделал это для меня?
— Конечно, — улыбнулся он. — Ты спасла мне жизнь. И, кажется, забрала моё сердце заодно.
Она тихо рассмеялась — впервые за долгое время искренне. Смех был лёгким, почти неуверенным, но от него комната будто наполнилась теплом.
— Ты невозможен, — сказала она, надевая кулон.
— Я дракон. Мы такие по природе, — ответил он с лукавым блеском в глазах.
Некоторое время они просто сидели у камина, разговаривая о вещах, о которых раньше молчали: о детстве, о страхах, о том, каково это — быть оружием, созданным другими.
Ашара подняла бокал, смотря на Каэля поверх огня.
— Спасибо, Каэль. За этот вечер… и за то, что ты рядом.
Он чуть улыбнулся:
— Иначе я бы не смог. Ведь куда бы ты ни шла, я всё равно полетел бы следом.
Она покачала головой, но в её взгляде мелькнуло что-то новое — мягкость, которой он раньше не видел.
— Только не вздумай дарить мне торты или цветы, — сказала она с усмешкой. — Я могу не выдержать.
— Слишком поздно, — ответил Каэль, доставая из-за спины маленький букет алых гвоздик.
Ашара не удержалась и рассмеялась — тихо, почти шепотом, но этот звук был для него лучшей наградой.
Ночь прошла в тишине и тепле, как будто впервые за долгое время они позволили себе быть просто людьми — без крови, без боли, без прошлого.
Отредактировано: 12.11.2025