Пламя справедливости. Начало пути

1 глава. Воспоминания.

Уже как трое суток я не ем, а про сон пришлось забыть. Вкус еды я давно перестала чувствовать, а засыпать я просто боюсь. Если усну, то все повторится. Один и тот же сон, который преследует меня уже как три года.

Шаги. Дверь со скрипом открылась, и не успела я оглянуться, как передо мной стоял матрос. Новенький, рассматривает меня долго, и с интересом. Из-за темноты я не могла его рассмотреть, да и какая разница, если его убьют, когда капитану станет скучно.

В руке он держал железный поднос с едой. Пробубнив что-то невнятное, он перевел свой взгляд в угол клетки, где стоял тот же поднос с нетронутой утренней едой.

- Только еду переводим, – ухмыльнулся матрос. – Придется доложить капитану.

После этой фразы он молча поменял подносы с едой, развернулся и быстрым шагом ушел. Дверь захлопнулась.

Стоит ли мне есть? Вкуса я не чувствую, сама не могу понять почему. Только воду и пью, и то наверно из-за боязни умереть, хотя терять мне больше нечего. Я попыталась встать, но ноги подкашиваются, и через минуту я просто плюнула на эту идею. Мне стало холодно. Было бы хоть что-то, чем можно укрыться, да вот кроме картона, на котором я сплю, нет ничего в этой камере. Вздохнув, я легла клубочком и пыталась хоть как-то себя согреть. На мне все то же платье, которое я не меняю уже как три года. Только от платья осталось одно название. Грязная, бесцветная, порванная тряпка. Вот что это теперь.

Снова послышались шаги. Как только открылась дверь, подул легкий ветер, который принес запах крови, пота и пороха. Я подняла взгляд. Стив, тот человек, который решил меня всего: дома, семьи и будущего. Спокойно стоял возле моей клетки и ухмылялся.

- Ты есть то будешь? – он ждал ответа, а я просто смотрела на него не в силах что-то сказать. – Молчание - знак согласие.

Тут он начал что-то искать в кармане своих штанов. Я смотрела, не моргая, мечтая снять эти кандалы и задушить его.

- А, вот оно, – сказал он, и достал шприц с каким-то веществом – Я предупреждал тебя.

Я молча наблюдала за ним. Просить, что бы он этого не делал – низко. Да и толку? Все равно сделает по - своему. Пару раз было уже такое, когда я пыталась вырваться на свободу, да вот только его раздражали мои крики, и каждый раз он меня усыплял. Давая понять, что мои выходки бесполезны, и я слишком слаба.

Он подошел ко мне, опустился на корточки, и через клетку резко взял меня за руку. Кандалы звонко ударились об клетку. Я пыталась вырваться из его хватки, но он не обращал на это внимание. Я пискнула, когда игла вошла в кожу.

- Через минуту ты уснешь, когда проснешься, чтобы даже крошки не осталось, иначе ты будешь так засыпать всегда, и насильно есть. Все поняла? – я молча кивнула – Вот и хорошо. Ты мне ещё живой нужна.

Мои веки медленно опускаются. Осознание того, что снова надо пройти через ад, и напомнить себе об обещание, которое я дала Стиву три года назад…

Это был теплый летний день. Я сидела у камина и читала потрепанный роман. Скоро должен был прийти отец, а мать тем временем раскатывала тесто на булки. Любит он после работы прийти, и первым делом идти на кухню, брать одну булку и убегать, пока мать не увидела. Я всегда смеялась над тем, как он убегает, а мать пытается догнать и отнять булку. Как она всегда говорит ему:

- Сначала ужин, только потом сладкое, - кричала она отцу, который уже за обе щеки жевал свежевыпеченную булку.

Я улыбнулась своим мыслям. Они у меня уже давно не молодые, а ведут себя так, как будто им по двенадцать лет.

Быстро дочитав последние две страницы романа, и повернувшись в сторону матери, которая уже перестала раскатывать тесто, и убирает рабочее место. Мама была довольно красивой женщиной. Голубоглазая, темные волосы, доходящие до плеч, стройная фигура, вечно улыбчивый и веселый взгляд, а папа наоборот. Рыжий, кареглазый, крупный мужчина с вечно недовольным и ворчливым взглядом, но рядом с матерью он всегда светился от счастья.

- Матушка, я хочу сегодня пойти к морю, – она перестала убираться, посмотрела на меня.

- Милая, я не могу вечно скрывать от отца, – вздохнув, она снова продолжила заниматься уборкой.

Не так давно у нас с матерью появилась тайна от отца. Я люблю рисовать, а вот отец - нет. Все дело в том, что моя бабушка была великим художницей. Она могла оживлять картины, которые рисовала. Нарисовала курицу? Через минуту она бегала живая. Нарисовала фрукт? Он появляется сочным и сладким, но когда она рисовала человека, то это отображалось на самом человеке. К ней очень часто приходили, прося изменить нос, уши или же само строение тела. За это ее и боялись многие. Когда я еще не появилась на свет, то мою бабушку похитили разбойники. Они насильно заставляли ее рисовать картины, и оживлять целые армии мертвецов, чтобы захватить власть. В итоге она просто не смогла так жить и нарисовала себя, с ножом в груди. После смерти бабушки, все то, что она создала – исчезло или вернулось на круги своя. Куда делась картина самой бабушки с ножом в сердце – мне не говорили, а разбойников так и не смогли найти. Тогда отец и решил, что рисование – зло. Он боялся, что этой способностью могу обладать и я, а я же в свою очередь не чувствовала никакой силы, когда рисую. Просто хотелось рисовать закаты, портреты или же просто красивые вазы. Я пыталась доказать отцу, что у меня нет дара. Год назад я начала рисовать, сидя в гостиной. Отец это увидел, подскочил ко мне и начал орать:

- Ты должна заниматься хозяйством, и через четыре года думать о женитьбе, а не заниматься бесполезным делом, - кричал он на меня.

После этого он взял мой рисунок и выкинул его в камин. Я зарыдала, на что отец уже спокойно подошел и погладил меня по голове. Тогда я решила, что ему просто не понравился мой рисунок. На следующий день я нарисовала самого отца и мать в обнимку, только вместо похвалы я получила домашний арест на неделю.