Пламя среди льда.

Глава 6: Когда приходит свет

> Ты молилась —и стало тише.
Ты смотрела —и стало ясно.
Ты прошла сквозь ночь —и ночь отвернулась.
Началось с одного сна.
Обычная ночь. Серая. Затхлая. Молитва перед сном — короткая, уставшая: «Будь со мной. Не оставь. Аминь».
А потом — сон, который не был сном.
Она шла по белому полю. Без травы, без снега. Просто белый покой. А над полем — свет. Он не светил, он дышал. В этом свете — Голос.
— Ты готова видеть?
Элиора не ответила. Потому что всё внутри неё уже закричало: «Да!»
Проснулась в слезах. Но не от страха. От узнавания.
С того дня всё стало меняться. Сначала — едва. Лица прохожих будто подсвечивались: у кого — свет в глазах, у кого — дым. Люди не знали, но она видела: кто идёт в боли, кто — в гордости, кто — в страхе. Особенно страх.
Потом — начали приходить видения. Не кино. Не образы. Как вспышки.
— Женщина в очереди за хлебом — и вдруг: в её руках огонь. Но не горящий, а просящий.
— Мужчина в маршрутке — и вдруг: его сердце, как разбитый камень, лежит на полу.
— Девочка в церкви — сзади неё тень. Страшная. А она сама — с крыльями.
И тогда Элиора начала молиться за них. Молча. Искренно. И что-то происходило.
Однажды, в церкви, к ней подошла женщина.
— Девочка, ты за меня молилась?
— Да. В автобусе. Вы сидели у окна.
— После этого — боль ушла. Впервые за три года.
И заплакала.
Элиора не рассказывала об этом даже Луке. Только писала в тетрадь:
> «Я не понимаю. Но я вижу. Я не выбирала — но Ты дал. Помоги не возгордиться. Помоги не испугаться. Помоги быть каналом, не кумиром. Только — сосудом.»
На третьей неделе после сна она снова увидела Свет. Не во сне. Наяву.
В момент, когда молилась за девушку в церкви. Руки — горели. Не болью. Силой. Девушка рухнула на колени, а потом — засмеялась. Как будто вышло что-то тёмное. И действительно — после служения она подошла, глаза сияли:
— Меня мучали сны. Голоса. Я не спала неделю. А теперь… как будто заново родилась.
Элиора испугалась.
Села в комнате. Зажгла свечу. Плакала.
— Господи. Это не я. Это не мои руки. Я боюсь. А если я ошибусь? Если я — не смогу?
И в глубине — голос. Тихий. Узнаваемый.
> «Это не твои силы. И не твоя слава. Это Я — через тебя. Не твоя обязанность спасать. Только — быть открытой.»
С того дня она начала поститься. Читала Евангелие, как будто впервые. Слово стало живым. Лука говорил:
— Это не случайно. Ты входишь в то, к чему тебя вёл Бог с рождения. Не для сцены. Не для признания. А чтобы быть светом там, где никто не видит.
И она снова писала:
> *Не дай мне уйти в гордость. Не дай мне бояться дара.
Научи — любить, различать, говорить, и — молчать.
Не ради силы. Ради Тебя.*
Это была новая жизнь. Сложнее, глубже, чище. И теперь, когда она видела человека — она видела сердце. И молилась. Не громко. Без рук. Но Небо слышало.