Пламя твоей ненависти

Глава 5. День, который изменил всё

Город просыпался медленно, будто нехотя. Первые лучи солнца пробивались сквозь дымку, окутывающую крыши, окрашивая их в розовато-золотистые тона. Мелисса стояла на мостовой, сжимая в руках узелок с пожитками, и чувствовала, как холодный утренний воздух пробирается под тонкую ткань платья.

Она провела рукой по медальону на шее.

— Ну что, мама… — прошептала она. — С чего начать?

Город был огромным, шумным и совершенно чужим.

Первое место, на которое она наткнулось оказалось пекарней "Золотой колос"

Запах свежего хлеба манил её, как магнит. Внутри было тепло, уютно, и толстая пекарша с румяными щеками вытирала руки о передник.

— Доброе утро, — робко начала Мелисса. — Вам не нужна помощница? Я могу месить тесто, чистить печи…

Пекарша окинула её оценивающим взглядом.

— Рыжая, да? — она покачала головой. — Нет, милая, у нас клиенты суеверные. Рыжих боятся.

— Но я…

— Иди-ка ты. Не задерживай очередь.

Вторая попытка — лавка тканей "Шелковый путь"

Тонкий, сухопарый торговец разглядывал её сквозь толстые линзы очков.

— Работа тяжелая, — сказал он. — Ткани надо таскать, мотки разматывать. Ты и дня не выдержишь.

— Я сильная! — Мелисса сжала кулаки.

— Сильная? — он усмехнулся. — Посмотри на себя. Тонкая, как тростинка. Нет, не возьму.

Третья попытка — таверна "Веселый моряк"

Шум, смех, запах жареного мяса и пива. Хозяин, бородатый великан с шрамом на щеке, скрестил руки на груди.

— Ты умеешь подавать эль, не расплескав?

— Я научусь!

— А драки? Моряки любят пошуметь. Ты не расплачешься, если кто-то схватит тебя за юбку?

Мелисса покраснела.

— Я справлюсь.

— Нет, девочка, ты не такая, эта работа не для тебя.

К полудню голод стал невыносимым. Она зашла в маленькую харчевню у рынка, где пахло луком, чесноком и чем-то жареным.

— Что-нибудь дешевое, — попросила она у хозяйки, пожилой женщины с добрыми глазами.

— Суп из чечевицы, две медные монеты.

Мелисса отсчитала деньги. Суп был густым, горячим и невероятно вкусным. Она ела медленно, стараясь растянуть удовольствие.

— Ты не местная, — заметила хозяйка.

— Нет… я ищу работу.

— Рыжим тут тяжело, — вздохнула та. — Говорят, это знак колдовства.

— Но это же просто цвет волос!

— Для них — нет.

Мелисса опустила глаза.

— Спасибо за еду, —поблагодарила она и вышла из харчевни.

На площади она увидела группу монахинь, раздающих хлеб нищим. Одна из них, заметив её спросила:

— Дитя, тебе помощь нужна?

— Я ищу работу…

— Без рекомендации в этом городе трудно, — покачала головой монахиня. — Но есть приют для девушек на Рыбной улице. Может, там помогут.

Приют оказался мрачным зданием с зарешеченными окнами. Дверь открыла худая женщина с холодными глазами.

— Мест нет. Приходи через месяц.

— Но…

— Я сказала — нет!

И дверь захлопнулась перед её носом.

Сумерки опускались на город, когда Мелисса забрела в квартал, где дома стояли криво, а воздух пах дешевым вином и мочой.

— Эй, красотка! — крикнул пьяный мужчина из подворотни. — Давай с нами выпьем!

Она ускорила шаг.

В таверне "Три ворона" было темно и душно. Она заказала воду и краюху хлеба за последнюю монету.

— Тебе ночлег нужен? — бармен, грязный мужчина с жёлтыми зубами, ухмыльнулся. — У меня комната свободна…

Его взгляд скользнул по её телу.

— Нет! — она вскочила, расплескав воду, поспешив убраться с этого места.

На улице уже было темно. Мелисса брела не разбирая дороги,пытаясь выбраться куда-то где посветлее и свернула не в тот переулок.

Тупик.

За спиной раздались шаги.

— Кажется, ты заблудилась, — позади нее раздался участливый голос.

Мелисса обернулась.

Перед ней стоял высокий парень в синем камзоле, расшитом серебром. Его темный волосы были слегка в беспорядке. Но больше всего пугали глаза — темные с золотистыми всплохами.

— Я… я просто…

— Расслабься, — он улыбнулся, обнажив белые зубы. — Я не из тех, кто нападает в переулках.

Его взгляд скользнул по её рыжим волосам.

— Ты не отсюда, да?

— Я ищу работу…

— Работу? — он рассмеялся. — В "Гнилом углу"?

Он шагнул ближе. Слишком близко.

— У меня есть предложение получше. Проведешь со мной ночь — получишь золото и крышу.

Мелисса почувствовала, как что-то внутри неё закипает.

— Отойдите.

— О, она еще и с характером! — парень ухмыльнулся. — Мне нравится.

Его пальцы, обтянутые тонкой черной кожей перчаток, медленно протянулись к ее лицу. Он наклонился так близко, что Мелисса почувствовала тепло его дыхания с едва уловимым ароматом дыма и дорогих специй.

— Какие у тебя глаза, — прошептал он, и его золотистые зрачки внезапно сузились, превратившись в тонкие вертикальные щели, как у хищной кошки.

Внезапно медальон на шее Мелиссы вспыхнул ледяным синим светом. Парень резко отпрянул, но было поздно - из ничего возник бурлящий поток воды, ударивший ему прямо в грудь с громким хлопком, будто лопнул огромный пузырь.

Его отбросило на три шага назад. Дорогой камзол моментально промок насквозь, темные волосы слиплись на лбу. Но страшнее всего были его глаза - золото в них буквально закипело, а вокруг зрачков появились кровавые прожилки.

— Ты..., — его голос внезапно стал низким, гортанным, с едва уловимым шипящим оттенком. — Маленькая... грязная... ведьма!

Он взмахнул рукой, и воздух перед ним буквально разорвался со звуком ломающегося стекла. Из разлома хлынул горячий ветер, пахнущий серой и раскаленным металлом. Мелисса инстинктивно сделала шаг назад, но парень был стремителен - его пальцы вцепились в ее запястье с такой силой, что кости болезненно хрустнули.

— Отпусти! — дёрнулась Мелисса, но его пальцы сжались ещё сильнее.

— Ты только что облила меня ледяной водой посреди улицы, — его голос звучал как скрежет стали. — Ты обязана это объяснить.