Пламя твоей ненависти

Глава 18. Тень предка

Дверь закрылась за Каэлем, и комната погрузилась в гулкую тишину. Мелисса медленно опустилась на стул, её взгляд скользил то по сухим, потрескавшимся страницам дневника Дэриона, то по официальным свиткам Аларика. Два взгляда на одну историю. Две правды. Одна — горькая и личная, другая — холодная и безликая.

Она провела пальцами по шершавой бумаге дневника, ощущая подушечками пальцев едва заметные углубления от пера, с силой вдавливаемого в пергамент триста лет назад. Каждая буква была криком отчаяния, любви и предчувствия беды. Ария. Имя жгло сознание. Её предок. Женщина, которую любил дракон.

Свитки Аларика внезапно показались ей бесплотными, пустыми. В них была хронология, но не было души. В них не было ни слова о любви, подарившей медальон. Ни слова о предательстве, разорвавшем страницу в дневнике.

Мелисса сжала кулаки. Освобождение от занятий? Чтобы «прийти в себя»? Она не могла просто сидеть сложа руки, когда где-то в тени этой академии, в этих самых стенах, возможно, хранились ключи к тому, кто отдал приказ убивать её семью.

Её мысли были прерваны лёгким, почти неслышным шорохом у двери. Воздух чуть дрогнул, и в следующее мгновение в комнате, словно из самой тени, возникла Аманда. На её бледном лице играла привычная насмешливая ухмылка, но в глазах, алых и пронзительных, читалась несвойственная ей озабоченность.

— Ну что, рыжая, — голос вампирши прозвучал приглушённо, будто она боялась быть услышанной даже сквозь каменные стены. — Судя по тому, как принц драконов только что выходил отсюда с видом человека, укравшего целую главу из учебника по истории, ваш утренний диалог был… содержательным.

Мелисса молча указала на дневник, лежащий поверх свитков. Аманда скользнула к столу, её взгляд упал на потрёпанный переплёт, и ухмылка мгновенно слетела с её лица, сменившись холодной серьёзностью.

— Проклятье, — прошептала она, почти с благоговением касаясь обложки. — Настоящий дневник Дэриона. Я слышала легенды, но не думала, что рукописи в самом деле существуют. — Она подняла на Мелиссу взгляд. — И что же нашёл для тебя наследник?

— Правду, — тихо ответила Мелисса. — О любви. О предательстве. О том, что медальон был подарком. — Она замолчала, глотнув воздух. — Но он не знает, кто именно отдал приказ. Только что это был Совет.

Аманда задумчиво провела длинным ногтем по корешку дневника.

— Совет… — она произнесла это слово с лёгким презрением. — Безликая масса стариков, боящихся собственной тени. Такие решения всегда исходят от одного-двух человек. Остальные лишь кивают, боясь возразить.

— Я хочу знать, кто дал приказ уничтожить мой род, — Мелисса была непреклонна.

— Совет, говоришь, — Аманда задумалась. — Ну конечно. Это же лежит на поверхности. После того как часть твоего рода подвергли казни, а часть сослали в самую глушь. Во главе Совета встал Тиран ван Дерт - жестокий, амбициозный чародей, основатель всего их ядовитого рода.

Она сделала паузу, наслаждаясь эффектом, который её слова произвели на Мелиссу.

— Тиран ван Дерт… — Мелисса протянула это имя, словно пробуя на вкус нечто опасное и древнее.

— Хочешь узнать, что о нём говорят в тех кругах, где официальные летописи предпочитают не совать свой любопытный нос? — Аманда наклонилась ближе, и её шёпот стал сладким и ядовитым, как старинное вино. — У вампиров длинная память, моя дорогая. И мы обожаем хранить секреты. Особенно те, что могут сокрушить сильных мира сего.

Мелисса замерла, понимая, что сейчас прозвучит нечто важное. Нечто, что свяжет прошлое с настоящим в один тугой, смертоносный узел.

— Расскажи, — потребовала она, и в её голосе не осталось и тени неуверенности. Только жажда правды.

Аманда улыбнулась, обнажив острые клыки.

— Я вернусь вечером, сейчас начнутся занятия, а мне пропускать нежелательно, запасись терпением, рыжий хвостик.

Весь день Мелисса ходила как не своя. Занятия закончились, а Аманды все не было. К вечеру ее сморил сон, ведь она не спала всю ночь, читая то, что принес ей ректор.

Вампирша появилась глубоко за полночь. Вошла в комнату как к себе домой.

— Просыпайся, — она немного грубовато потрясла Мелиссу за плечо.

Девушка села на кровати и оглядела комнату.

— Ты пришла.

— Пришла и принесла то,что обещала.

Аманда присела на стул, и приняла вид рассказчика у камина, хотя в её позе чувствовалась пружинистая готовность хищника.

— Тиран ван Дерт, — начала она, растягивая имя. — Не был сильнейшим магом своего времени. Но он был, без сомнения, самым безжалостным и прозорливым. Он понимал, что истинная сила — не в грубой мощи, а в умении манипулировать ею. И пока твои предки взывали к океану, а драконы поклонялись своему пламени, он плел паутину в тени трона.

Она замолчала, прислушиваясь к тишине за дверью, прежде чем продолжить уже шепотом:

— Мои… источники… говорят, что именно он первым назвал дар Вейнгардов «угрозой божественному порядку». Это он шептал на ухо Королю, что вода, побеждающая пламя, — это ересь, вызов самой природе их власти. Он нарисовал картину будущего, где твои предки, с их «мирной» магией, низвергнут драконов с трона и установят свою тиранию. Страх — вот его главное оружие. И он владел им виртуозно.

Мелисса слушала, не дыша. В её воображении вставал образ холодного, расчетливого человека, чьи слова несли смерть.

— После падения Халдора, — Аманда бросила взгляд на свитки, которые так и лежали на столе. — Именно он возглавил «комиссию по зачистке». Именно он лично допрашивал выживших, выискивая любые намёки на «измену». И именно он, — её голос стал ещё тише, — по слухам, не просто казнил пленных. Он проводил над ними эксперименты. Пытался выведать секрет их силы, чтобы обратить его против них же. Но магия Вейнгардов не подчинялась ему. Она была не для его чёрного сердца.

Вампирша с отвращением поморщилась.

— Награда за «усердие» не заставила себя ждать. Из главного инквизитора он превратился в правую руку Короля, первого советника. Он получил титулы, земли, богатства. И основал род, который вот уже триста лет пьёт из этого источника — источника власти, построенной на лжи и крови твоей семьи.