План: не влюбиться в герцога

3 глава

Возвращаясь домой, я обдумывала план действий. Идти на дело, ничего не зная о доме, его обитателях и расположении – верх глупости. За 8 лет работы в этой области я выявила для себя главное правило. Подстраховка – залог успешной работы вора. Первые мои вылазки заканчивались плачевно. Я либо боялась зайти внутрь, либо была поймана слугой. Мне многие прощали мои попытки, списывая все на то, что я сирота и ребенок. Но с возрастом стало сложно все списывать на детство. Поэтому пришлось все тщательнее продумывать. Я старательно обрабатывала каждый дом, который планировала обокрасть. Милош следил за хозяевами, выявлял часы их отсутствия, я отслеживала уровень защиты, искала пути, как пробить ее. С помощью артефактов-насекомых либо мышей отслеживала местонахождение артефактов. Деньги я никогда не крала, так как не могла отнять у людей то, что являлось самым главным в жизни. Я забирала у них то, что являлось опасным для их жизней. Ведь часто они даже не знали, чем именно они обладают. Конечно, то, что я не уничтожала эти артефакты, а продавала на черном рынке, не сильно успокаивало мою совесть, но я уже давно поняла, что каждый в этом мире крутится, как может.
И в этот раз я также решила обдумать очередную кражу. Как я поняла из разговора, защита дома не требует особых усилий для взлома. Дома не будет хозяина, деньги не будут особо защищены, так как молодой хозяйке вряд ли потребуется далеко их убирать. Но, как я уже говорила, деньги меня мало интересовали. Мой спаситель упомянул артефакты. За ними я и шла.
Вообще странно, что я клюнула на это дело. Я редко хожу на непроверенные места. Обычно подготовка к краже составляет несколько недель. Но я фибрами души чувствовала, что именно этот дом изменит мою жизнь. У меня даже медальон на шее потеплел. Видимо, кожа так нагрелась от предвкушения. Для себя я уже все решила. Осталось сообщить об этом Милошу.
Но сначала мне требовалось поспать. Солнце уже осветило город первыми лучами. Значит, у меня было совсем немного времени на сон, прежде чем найти Милоша. Обычно мы встречались с ним через неделю после дела, чтоб я успела продать украденное и найти новый дом, за которым Милош должен будет наблюдать. Но в этот раз я не могла ждать. Я чувствовала, чем раньше мы туда пойдем, тем лучше. Я никогда не доверяла интуиции, всегда полагалась на факты, но тут все мои инстинкты кричали, что нельзя это откладывать.
Несмотря на такое бурное предвкушение, уснула я быстро. Ничего и никто, даже Крис, не помешало мне зайти в комнату, и я расслабилась. Мои мысли потекли спокойно, я начала вспоминать весь день. Впервые за долгое время я не просто обдумывала рутину, а чувствовала какой-то трепет и нежность, думая о моем спасителе. Как же я могла не спросить его имя? Хотя я вообще не могла связать мысли, когда смотрела в омут его карих глаз. Никогда не употребляла такие эпитеты. Очень рада, что я не могла обдумать причины этих изменений, так как уснула.
Проснулась я в хорошем настроении. Я уделила сборам больше времени, чем обычно. Поела я не просто кашу, а фруктовый салат с фейским чаем. Обычно я оставляла свои волосы волнами спадать до бедер, но сегодня я уложила их в высокую прическу, почти так, как это делают аристократки. Я надела легкое летнее платье голубого цвета. Сегодня я действительно чувствовала себя красивой и свободной. Наверное, это все предвкушение от еще одного выгодного дела.
Я опасливо приоткрыла дверь. Аэлита, девушка, которая снимала самую большую комнату в этом доме, опять заняла душ, оттуда раздавалась ее пение. Марк, мужчина, занявший среднюю комнату на этаже, уже ушел, плотно закрыв дверь стулом. Криса нигде не наблюдалось, как и его мамы.

На цыпочках я спустилась на первый этаж. Крис спал на диване, а хозяйка суетилась на кухне. Я громко выдохнула, выразив свое облегчение от того, что путь на выход открыт, чем и привлекла внимание женщины. Та подняла свои глаза и наткнулась на меня. Ее безмятежный и мечтательный взгляд сменился злобой и ненавистью. Я восприняла это как повод для позорного побега и побежала к входной двери. Мой маневр считался бы успешным, если б вслед мне не донеслось бы:
-Ах ты шалава неблагодарная! Чтоб больше тебя не видела ни у моего сына, ни у моего дома! Выматывайся отсюда, воровка несчастная!
Я не стала реагировать на ее слова. Интуитивно я понимала, что мне не простят выходки с Крисом и была к этому готова. Что ж, видимо, мне нужно искать новое пристанище. Теперь я не могла четко сказать, что не возьму деньги из дома на холме, так как теперь нужно было снимать новое жилье. И я поторопилась найти Милоша.
По факту я не знала, что он делает, когда мы не на деле. Домой я пойти не могла, так как последние 8 лет меня там не вспоминают, да и при любом упоминании об этом меня начинало трясти. Где он работает, я не знала, я пыталась не сближаться с ним слишком сильно, боясь потерять и потом склеивать разбитую душу. Значит, единственным выходом стало ждать его в той пекарне, где мы часто с ним пересекались. Туда я и направилась.
Это было не очень популярное место, но здесь можно было поесть сладкого, не сильно при этом тратя деньги. Тем более только тут не делали популярных слоек с персиками, которые я так ненавидела.
Зайдя в булочную, я заказала себе лимонад, напиток из нектара, который собирают эльфы, и две булочки с корицей. Я выбрала место у окна, чтоб видеть Милоша, если он придёт, и начала нервно отсчитывать минуты. Моя нога отбивала ритм вместе с секундной стрелкой часов. Это раздражало других посетителей, но отвлекало меня. Казалось, я уже была на грани, чтоб устроить землетрясение в Фалирии, как через окно мной был замечен Милош. Он вальяжно прогуливался по улице, напевая какую-то песню. Он аккуратно перешёл дорогу, естественно попав в лужу, но только посмеялся с этого, так как обрызгал пробегающего ребёнка. Тот развеселился и стал брызгаться в ответ. Слава всему на свете, ребёнок был не один, а с мамой, которая и остановила этот балаган. Уже не в состоянии смотреть и ждать, я подорвалась навстречу Милошу. Он отряхивался, когда я его окликнула.
-Милош! Ну наконец-то ты пришёл. Я тебя уже двадцать минут тут жду.
-Мариника? Что ты тут делаешь? - он так удивился, что аж обидно стало. Нет бы порадоваться встрече. Сказать, какое это наслаждение, меня видеть. Мы ведь так редко встречались вне воровской жизни. Иногда я начинала скучать по своему другу детства, но не делала ничего, чтоб начать видеться чаще.
- У меня к тебе есть дело! Очень срочный разговор. Не могла же я пойти в твой дом.
-Ладно, ты права, прости, я понял. Так в чем суть?
Я изогнула бровь в насмешке.
-Не думаешь же ты, что мы это будем на людной улице обсуждать?! Пойдём в булочную. Там сегодня мало людей и очень вкусные булочки.
Первое время мы молчали, наслаждаясь едой. Я оттягивала момент разговора, предвидя реакцию Милоша. Он точно это не одобрит, но я готова была и сама пойти на это дело. Тепло под медальоном ответило мне согласием.
Когда молчать стало уже невозможно, я аккуратно заговорила:
-Милош, в общем, тут такое дело, я вчера в таверне услышала разговор двух богачей, они обсуждали, что хозяин трехэтажного дома на холме, ну помнишь, на который мы смотрели в детстве, и мечтали там жить, так вот хозяин уехал и оставил свою жену одну дома, и не просто, а с огромным количеством денег и артефактов. Надо брать. Очень выгодное предложение.
-Мариника, дорогая, о чем ты вообще говоришь? Какое предложение? – и тут его лицо накрыло осознание. - Подожди, ты что, хочешь украсть и ДЕНЬГИ? Мы ж их не берем.
-Ну никогда не поздно начать. Я чувствую, что нам надо туда пойти.

-Ну хорошо, я понял. По правде говоря, мне и самому сейчас деньги нужны. Но в чем срочность разговора? Встретились бы, как обычно, через неделю. Обсудили б моменты. Я возьму на себя слежку, думаю, через недели три приступим, а потом…
Что будет потом мне, видимо, не суждено было узнать, так как Милоша перебил раздраженный голос. Мой, кстати.
-Милош, ты не понял. Никаких трех неделек! Сегодня, нам нужно идти сегодня.
Я ожидала шока, ну или хотя бы удивления, но никак не смеха. Милош действительно так громко смеялся надо мной! В один момент я подумала, нас скоро выгонят, ведь все начали на нас коситься. В какой-то момент Милош так схватился за живот, что я подумала, что он просто издевается надо мной, а не искренне веселится.
-Мариника, умоляю, скажи, что ты шутишь, если нет, то я усомнюсь в твоей адекватности. – сказал он, вытирая рукавом слезы, проступившие от смеха. И тут же стушевался под моим пристальным немигающим взглядом.
-Когда я стала похожа на шутницу? Я говорю серьезные вещи! Сегодня! Ты со мной или нет?
-Нет, конечно. И ты никуда не иди. Ты ж сама говоришь, что подстраховка – залог успешной работы вора. Обсудим все. Просчитаем тонкости. С чего это ты такая беспечная? Да и выглядишь сегодня не как обычно.
-А какой это я выгляжу, Милош? – меня задел его насмехающийся, снисходительный тон. Это я у нас лидер, а не он. Все, что он может, это на шухере стоять.
-Ты не выглядишь раненной. Будто и не было в твоей жизни этих восьми лет, когда ты продавала свою душу.
Милош посмотрел на меня очень пристально. Мы оба в этот момент жалели о том, как сложилась моя судьба. Только его это стопорило, а я мотивировалась своим прошлым. Больше в такое зависимое состояние я не попаду.
-Неважно, я тебя услышала. Считай, мы больше не партнеры. Деньги с нашей последней сделки отдам через неделю. До свидания.
Стул упал от того, как энергично я встала. Ну и пусть. Значит, дальше я должна двигаться сама.
Так как возвращаться мне было некуда, я решила пойти к этому дому и узнать обстановку. Милош был прав, совсем без подготовки идти было глупо. Первым делом я осмотрела защиту. Она действительно была слаба. Здесь хватит самого слабого артефакта, который я всегда носила с собой в виде кольца на пальце. Также со мной был артефакт-пчела в виде броши. Ее я отправила узнать обстановку. Она залетел через основной ход, я отметила, что замок был элементом защитного контура, который я уже успешно убрала. Так что проблем со входом у меня возникнуть не должно.
Дальше пчел полетела в дом. Она передала мне мыслеобраз хозяйки дома, что-то говорящей слугам. Я остановила артефакт и наткнулась на следующий диалог:
-Сегодня до 7 все должны убраться из дома. До этого вычистить весь дом, приготовить ужин на двоих.
-Неужели его светлость возвращается? Так рано. Тогда нам лучше остаться и помочь принять его. – сказал кто-то из слуг.
-Тебя забыла спросить. Это не его светлость. – последние слова хозяйка дома произнесла с видимым отвращением. Значит, ее светлость не слишком жаловала мужа и кого-то собиралась привести домой. – Это мой гость. И если он наткнется на кого-то из слуг, то уволю всех.
В глазах прислуги читалось такое же понимание, которое пришло ко мне. У молодой жены появился любовник. Конечно, герцога было жалко, ему так неприкрыто наставляли рога, но мне это было как раз на руку. Дома будет всего два человека. Их-то я легко обойду. Осталось только дождаться семи.
Я приказала пчеле лететь дальше. Обычно деньги хранили в сейфе в кабинете. Но в этот раз я сомневалась, что девушка обременила себя таким трудным занятием, как ввод пароля. Значит, она оставила деньги где-то поближе к себе. Может, она планировала отдать их любовнику. Иначе зачем ей уводить всю прислугу? Или они собирались вместе сбежать? Она была б самой глупым человеком на свете, если б это было так. Все же стабильный брак более распространенный выбор, если на второй чаше весов мужчина, который, возможно, с тобой только из-за денег мужа.

Но мне были неважны ее душевные терзания. Главное, что пчела обнаружила огромную сумму денег в хозяйской комнате. Они были упакованы в чемодан, как и множество других вещей. Значит, все-таки планировался побег. У меня будет совсем мало времени.
Я сидела на спуске перед домом и ждала, когда начнет уходить прислуга. Кто-то уходил к шести, кто-то к семи, но никто не задержался. Видимо, герцогиню боялись. Суровая женщина.
Когда ушел даже охранник я поняла, что самое время идти. Как раз таинственный гость уже появился на горизонте. С собой у него был весьма тяжелый на вид чемодан. Я спокойна прошла через защитный контур, а затем и через парадную дверь, все-таки мои артефакты работают безотказно. Поднявшись на второй этаж, я прислушалась. Голоса доносились слева, где, по всей видимости, располагалась купальня. Хорошо ж они проводят время.
Я прошла в спальню. Попробовала поднять чемодан с деньгами. Я ничего не придумала на случай, если чемодан будет тяжелым. А он и был. Как я его донесу?
Видимо, я слишком долго думала. В двери послышались голоса, а точнее крики. Дверь распохнулась. Сперва зашло несколько солдат в королевской форме, затем в комнату буквально втолкнули едва одетых герцогиню и ее любовника, а затем вошел собственно хозяин дома.
Все и так были шокированы, но удивились еще больше, увидев меня, никак не вписывающуюся в картину. С надеждой на меня смотрела герцогиня. Она задержала на мне взгляд секунды две, а затем мотнула головой, что-то решив для себя. И тут она начала играть. Кто ж знала, что ее светлость такая актриса!
-Дорогой, ты все неправильно понял. Эта- она показала на меня- в сговоре с ним. Они ворвались в дом, напав на меня. Пока он должен был мучить меня, эта стерва вынесла б наши деньги. Дорогой, прошу, избавь меня от этих мучений. Этот дикарь хотел изнасиловать меня. – и заплакала. Очень, кстати, натурально.
Значит, герцогиня, хоть и под гнетом обстоятельств, выбрала надежный брак. Молодец, конечно, но почему через меня?
-Ты говоришь правду, любимая? Как я рад! Не в смысле, что тебя мучали, а что ты не изменяешь мне. Каким я был дураком, раз поверил в эти пустые сплетни.
А герцог судя по всему особой сообразительностью не отличался. Жаль. Но себя как-то спасать надо было. Вот только в голову ничего не шло, как и несостоявшемуся герою-любовнику. Его, видимо, сильно припечатало предательство любимой.
Пока я думала о причинах такого его бездействия, нас уже связали и повели в полицейскую карету. Но почему солдаты в королевской форме? Странно.
По пути в отделения я пыталась говорить, что произошло недоразумение. Но вряд и я была первой преступницей, говорившей эти слова. У полицейских уже выработался иммунитет, поэтому меня откровенно игнорировали.
Когда меня посадили за решетку, я наконец-то поняла, что дела мои плохи. До такого я еще не доходила. Даже захотела заплакать, но сама удивилась своему порыву. Последний раз я плакала 8 лет назад, когда одна осталась на улице. С тех пор я не позволяю себе такой роскоши.
И вот сидим мы на скамейке. Я с каменным лицом, сдерживая свои непривычные порывы, и преданный любовник, который свои порывы не сдерживал. Он свободно выражался в сторону своей бывшей возлюбленной. Знала б она, какие он эпитеты к ней подобрал. Настоящий поэт.
Вот только мне было не до его душевной боли.
-Пожалуйста, выпустите меня! – начал кто-то пискляво вопить. Да и еще так жалостливо. Мне аж тошно стало. Кто это такой жалкий? А! Это была я. Это все, что я сделала для своего спасения. Слишком меня выбила из колеи ситуация, которую я не могла контролировать.
Все что оставалась, это сесть и ждать. Только чего?
-Выпустите ее!
Видимо этого.
-Ваша светлость? Как выпустить? Она ж эта – преступница.
-Я сказал, выпусти. – повторил знакомый голос. Его обладатель наконец-то вышел на свет, следуя за мужчиной, который шел меня открывать.
А моим спасителем оказался мужчина, который уже спасал меня. В таверне.
Нет бы забеспокоиться такому совпадению, я почему-то заулыбалась во все 32. И так тепло на душе стало. Это, оказывается, так приятно, когда тебя спасают.

-Пойдем за мной! – сказал он мне, когда я была выпущена.
Вот тут наконец включился мой мозг:
-К.. куда? – но не голос. – Я с вами никуда не пойду. Вы вообще кто?
-Меня зовут Дэймонд. Пойдем, Мари, нам нужно срочно уйти. Моих полномочий может не хватить. Ты хоть знаешь, кого пыталась ограбить? Советника императора. Пойдем живее.
Но ему и не надо было меня уговаривать. Мои ноги уже сами вели меня за привлекательным мужчиной.
Мы дошли с ним до его кареты. Он уже собирался в нее залазить, но я остановила его:
-Дэймонд, - произнести его имя вслух оказалось очень приятным действием. – Почему вы мне помогаете? – я решила узнать это до того, как мы доберемся до неизвестного пункта назначения. Мне не хотелось бы попасть впросак. Все же хоть этот мужчина и спас меня уже два раза, я не могла слепо довериться ему.
-Я обещал это твоему отцу, Мари.