План: не влюбиться в герцога

4 глава

Повисла гнетущая тишина. Его слова я вполне услышала, но никак не могла понять.
-Карл? Причем тут он? – никогда в жизни не поверила б, что этот меняненавситник будет мне помогать. Да он скорее организовал бы мою поимку, чем освобождение. Хотя в целом он, наверное, уже давно забыл о моем существовании. Поэтому возникал резонный вопрос. – Зачем Карлу мне помогать? Он меня ненавидит.
-Я не знаю, кто такой Карл. Я говорю о твоем настоящем отце, об Адаме. Двадцать три года назад он…
Но его очень некультурно перебили:
-Дэймонд, что ты несешь? – от нереальности происходящего я даже перешла на ты. – Какой еще Адам? Какой настоящий отец? Меня выкинули, как мусор,
на крыльцо самого бедного дома чуть ли не во всем мире! А сейчас ты мне говоришь, что какой-то Адам просил тебя защищать меня. – всю жизнь я представляла, как отреагирую, если что-то узнаю о настоящих родителях. Сначала я была полностью уверена, что брошусь к ним в объятия. Все свое детство я заочно любила их. И ждала. Я хотела, чтоб кто-то меня также ценил, как Люсинда Филиппа. В подростковом возрасте я стала их ненавидеть. Я поняла, что меня бросили. Мне были неважны причины. Мои приемные родители не бросили ни одного ребенка, не смотря на тотальную бедность. Неужели мои родители не могли воспитать меня одну? Когда я выросла, я поняла, что уже ничего не чувствую к своим биологическим родителям. Побывав в разных ситуациях, как сложных, так и легких, я поняла, что у них могли быть веские причины бросить меня. Да и тем более одиночество стало настолько комфортным, что я и не могла представить кого-то рядом со мной. Это вводило меня в панику. Я думаю, что любые родственники вокруг меня только мешали б мне, я должна б была врать им, не говорить про себя, делать вид, что все хорошо, хоть все и плохо. Так делали все со своими родными. Так что сейчас информация о каком-то отце лишь взбесила меня. Только этого мне сейчас не хватало. Я стала слишком самостоятельной, чтоб привыкать к новопоявившемуся родственнику.
-Мари, послушай! Я должен тебе все рассказать, только не перебивай меня. Давай сядем в карету, чтоб нас никто не подслушал.
Я отрицательно покачала головой. Хоть этот мужчина и вызывал во мне симпатию, я не могла полагаться на интуицию. Больше не могла.
-Хорошо. Твоя взяла. Слушай. Двадцать три года назад я был подмастерьем у твоего отца. Он был моряком. Самым великим моряком прошлого столетия. Его звали Адам. Когда император отправил его в очередную экспедицию в затерянное море, в котором обитают русалки, он влюбился в одну из них. Ее звали Сиреной. Она и была твоей матерью. Как ты знаешь, тогда еще не существовало правило Небрака, но такие отношения не приветствовались. Ведь в таком браке рождались такие дети, как ты. Полулюди обладают неизведанными, опасными силами, способными уничтожить людей. Тебе повезло, что твоя мать была слабой русалкой, поэтому твой единственный дар- это чувствовать чужую магию. Не самая опасная способность. Но люди не приняли тебя и твоих родителей. Поэтому заставляли твоего отца убить тебя и твою мать. Они угрожали ему расправой. Ты ж знаешь, какими злыми могут быть люди. Тогда твои родители решили спасти тебя.
Он замолчал, смотря на меня с искренним сочувствием. В его взгляде читалась затаенная тоска, будто он понимал чувства моих родителей, спасающих свое дитя. Либо же он скучал по своему учителю.
-Твои родители подкинули тебя в первый дом, в этом районе тебя не знали, поэтому не могли обидеть. А сами они… Они прыгнули в море, Мари. Твой отец утонул, а мама разбилась о скалы. Но до этого они позаботились о твоей безопасности. Твой отец доверял только мне, так как я был свидетелем этой истории с самого начала. Он попросил меня позаботиться о тебе, но он не рассчитал, что я был обычным пятнадцатилетним трусливым подростком. Я ни разу и не вспомнил о тебе до той встречи в таверне. Я узнал тебя по медальону. Он принадлежал твоей матери. Тогда-то я и понял, что забыл о своем обещании человеку, который научил меня всему, что я знаю. Прости меня, Мари, что не появился раньше.

Он посмотрел на меня с искренним раскаянием в глазах. Было видно, что ему стыдно передо мной. Он ждал моего ответа. Но слова не находились. Что я чувствовала? Я была разбита. Вся затаенная ненависть к родителям разбилась о скалу понимания. Они оказались в ужасной ситуации и понимали, что жить будет либо отец, либо я. И теперь я была благодарна им за такой поступок, хоть совсем и не знала их. Оказывается, все, что у меня было от них это медальон. Медальон русалки, которой я являлась наполовину. Чтоб не сойти с ума от обилия информации, я решила сконцентрироваться на медальоне.
-Что это за медальон? Он обычный?
-Нет, Мари, это артефакт. Ты не знаешь, как его открывать? – я прочитала на его лице мимолетное облегчение после того, как я отрицательно мотнула головой. Что ж это за артефакт? Это я и спросила.
-Я не знаю, это русалачья работа. На ауре их артефактов никогда не указаны условия активации.
-И что мне теперь делать с этой информацией?
-Во-первых, до того, как как-то ее использовать нам нужно решить насущную проблему. Ты поступила слишком опрометчиво, пытаясь ограбить советника короля. Тебе это так просто не простят. Тем более любовника герцогини теперь приписывают в твои ухажеры, что усложняет нам ситуацию. Чтоб очистить имя своей жены, герцог попытается доказать вашу связь и твою вину. А у него это получится, его связи уступают только связям императора.
-Но ты ж меня вытащил. Теперь нужно убежать. Они ж меня не найдут?
Он усмехнулся. Конечно, найдут. Я никак не смогу противостоять сильным мира сего.
-Не паникуй ты так, у меня есть план. Я обещал твоему отцу защитить тебя, и теперь я направлю все свои силы на это. Я слишком долго избегал тебя.
-Не время для угрызений совести, Дэймонд. Да и план мне твой не нужен. Я как-то справлялась двадцать три года без тебя. И дальше проживу. Можешь считать ты ничего мне и моему… отцу не должен. – я понимала, что мне нужна его помощь. Но мне не хотелось, чтоб мне помогали только из чувства долга, да и одной мне было спокойнее существовать.
-Не глупи! Причем тут то, что я кому-то что-то должен. Я сказал, что теперь моя цель – это помощь тебе. Значит, я буду тебе помогать и оберегать даже если от тебя самой.
Он сказал именно то, что мне так хотелось услышать. Так приятно было, что кто-то был готов мне помогать. Может, стоить поддаться слабости раз в жизни? Может, он послан мне, чтоб я узнала, что значит выражение «как за каменной стеной»? Могла ли я расслабиться? Должна ли? Не знаю, но я почему-то решила довериться этому мужчине. Для начала я позволила рассказать ему свой план. Может, я и без него смогу там справиться? Так что лучше выслушать, тем более слушать его бархатистый голос было сплошным наслаждением.
-Ты выйдешь за меня замуж.
И с таким серьезным видом это сказал, что мой только зародившейся смех умер на корню.
-Я так и знала, что даже слушать тебя не надо. Я…
Но он перебил меня:
-Я говорю серьезно, Мари. Ты станешь моей женой. Во-первых, никто не посмеет обвинить в любовных связях мою жену. Во-вторых, никто не посадит тебя, в-третьих, так я смогу защищать тебя всю твою жизнь.
-Кто ты такой, что никто не посмеет твою жену в чем-то обвинять? – не буду себе лгать и признаюсь, что, когда он говорил обо мне как о своей жене, у меня по венам растекалось тепло. Неужели мне так сильно хотелось оказаться под чьей-то защитой? Надеюсь, дело было в этом.
-Я генерал армии императора Арчибальда первого.
Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Сейчас меня от тюрьмы спасает тот, кто выиграл межрассовую, а затем и гражданскую войну. Тот, кто безжалостно истребил большую часть магических созданий, тот, кто вел охоту и на таких, как моя мать.
-Я не могу, я не могу согласиться на твой… на ваш…на твой план, Дэймонд. Ты же знаешь, кто я. Я воровка. Я не могу стать женой главного блюстителя порядка в Фалирии. – как бы меня не грела эта мысль.
-Боюсь, у тебя нет выбора, Мариника. Либо моей женой, либо в тюрьму. А то, что ты воровка… Это мы исправим. Ты просто перестанешь ей быть. Я достаточно богат, чтоб обеспечить свою жену.

Он пристально посмотрел на меня. Будто одним своим взглядом беря покровительство надо мной. Я чувствовала, что с этого момента он стоит между мной и другим миром, закрывая меня от него. Меня испугало это чувство. Меня испугало то, что всей своей душой я уже была согласна на его предложение. Я еле сдержала себя от крика «да». Чтоб избежать бурного согласия, я сказала следующее:
-Мне нужно время. Время подумать. Я не могу так сразу решить всю свою будущую судьбу. Дай мне время подумать.
-Мариника, ты же понимаешь, что у тебя нет ни времени, ни возможности отойти от меня.
-Да, наверное, понимаю. Но мне все равно нужно подумать и поговорить с моим другом.- да, как бы я не обижалась, что Милош бросил меня, он был моим единственным близким человеком, который мне никогда не лгал. Мне нужно было поговорить с ним.
-Давай ты сейчас со мной поедешь в гостиницу. У тебя будет целая ночь подумать, а завтра мы вместе поедем к Милошу, и вы поговорите. Так и твои условия соблюдены, и я буду рядом. Согласна?
Хоть я и удивилась, когда он назвал имя Милоша, никак на это не отреагировала. Очевидно, он что-то выяснил обо мне и моей прошлой жизни. Это меня немного отрезвило. Передо мной стоял человек, который заочно знает обо мне больше, чем я о нем. Тем более он является генералом армии. Естественно, я нахожусь в слишком зависимом от него положении. Но все эти раздумья не остановили меня от уже бессознательно принятого решения. Ведь таким тоном он произнес последнее слово, что у меня не осталось сомнений, что я согласна. В конце концов, это действительно был компромисс, да и мне было некуда идти.
-Ладно, хорошо.
-Правильный выбор. Садись в карету.
И мне пришлось подчиниться. Ноги дрожали от такого нервного вечера. Дэймонду пришлось меня поддержать, чтоб я не упала, пока залазила в салон. Там я села к самому краю, забилась в уголок. Мне было некомфортно. Слава всевышнему, Дэймонд сел на скамейку напротив в противоположный угол, давая мне чувство сохранности и личного пространства.
Вот так мы и ехали с ним. Я молчала, потому что чувствовала себя неловко. Впервые моя судьба была не в моих руках. Кто-то решал мои проблемы, но это не повод расслабляться. А он молчал, думая о чем-то своем. Мыслями он был далеко отсюда. Его взгляд был расфокусирован и направлен в сторону от меня. Надо помнить, что могла измениться не только моя судьба, но и его. Может, он не хотел жениться, а может, наоборот. А что, если у него уже была невеста, а ему приходится возиться со мной. Почему-то эта мысль кольнула меня. Не привыкла я чувствовать себя обузой.
Но додумать эту мысль я не смогла, так как мы уже приехали. Мы стояли перед самой дорогой гостиницей нашего города в том районе, в котором я ни разу и не была, только если, когда обносила дом какого-то местного богача. Дэймонд галантно пропустил меня вперед, чему я не была рада, так как я банально не знала, куда идти и что говорить. Я вообще была лишней в этом месте. Мой самое красивое и дорогое платье смотрелось блекло на фоне богатой внутренней отделки.
Но мой смятение осталось незамеченным. Мужчина просто прошел мимо меня в сторону стойки.
-Нам два номера, сейчас подать ужин, а с утра завтрак. Для леди устроить ванну и прислать служанок для помощи.
Нам предоставили два номера рядом друг с другом. Дэймонд захотел пройти со мной, чтоб все мне показать и удостовериться, что мне будет удобно, но я очень настойчиво выпроводила его. Мне нужно было время побыть одной и остыть. Рядом с этим мужчиной я не могла связно мыслить, слишком пристально он смотрел.
Я села на огромную кровать. Здесь было аккуратно и дорого. Да, именно дорого. Абсолютно каждая вещь отражала богатство. И впервые за вечер, да и, наверное, за последние восемь лет я разрешила себе расслабиться. Мне наполнили ванну с пеной, помыли каким-то ароматными маслами, расчесали волосы, принесли самый вкусный ужин в моей жизни.

После такого ухода за собой я ложилась спать уже зная, что отвечу согласием на предложение мужчины, который за два дня сделал для меня больше, чем вся моя приемная семья за пятнадцать лет. Или же причиной были его глубокие карие глаза, что так пристально на меня смотрели? Я не хотела додумывать эту мысль. Слишком страшным мог стать ответ.
Просыпалась я с хорошим настроением. Из окна на меня светили далеко не первые лучи. Птицы пели как-то особо живо. Я выглянула наружу. Отсюда открывался вид на море. Оно бурлило. Волны разносили воду по берегу. Я ощутила себя такой же свободной, как и море.
В дверь постучали. Сердце забилось быстрее. Я подумала, это мой вчерашний спаситель.
-Входи…те. – добавила я на всякий случай, чтоб он не думал, что я его жду. И не прогадала. Это была служанка, которая принесла мне завтрак. Стараясь не показывать свое я разочарование, я поблагодарила ее и принялась за еду. Вот как удивительна жизнь. Еще каких-то два дня назад я завтракала надоевшей овсянкой, а сегодня у меня на столе было множество различных блюд на любой вкус, тут даже были мои ненавистные персики, которые считались дорогим фруктом. Но и этот факт не испортил мне настроение, только напомнил о предстоящей встрече с Милошем, которого я хотела застать все в той же булочной.
Потому мне следовало поторопиться, обычно он ходил туда к обеду, а учитывая, во сколько я завтракала, времени у меня было мало.
Быстро умывшись и одевшись, я вышла из комнаты. Я полагала, что мне нужно будет спуститься вниз и ждать Дэймонда там, но тот удивил меня. Он уже ждал меня у моей двери.
-Доброе утро, Мари! Ну что, подумала? Может, нам и не нужно будет советоваться с твоим другом.
-Эээ, нет, нам надо. – не могла ж я сказать, что уже согласна.
-Хорошо, рассказывай, куда ехать, красотка.
После такого комплимента я с огромным усилием смогла рассказать, где находится эта чертова булочная.
И все же Дэймонд меня понял и направил нашу карету именно туда.
Прибыли мы туда как раз к моменту, когда Милош открывал дверь, чтоб зайти внутрь. Думаю, он словил дежавю, когда второй день подряд оборачивался на мой отклик.
-Мариника? Все хорошо? Почему ты опять тут? А кто это?
-Милош, Это Дэймонд. Он… это мой знакомый. Давай зайдем, нам нужно поговорить.
-Хорошо, давай. У тебя точно все хорошо?
-Да, точно. Дэймонд, подожди меня, пожалуйста, тут. – он с подозрением и какой-то ненавистью посмотрел на Милоша. Чем он ему так не понравился? Мне вдруг захотелось сказать, что Милош мой брат.
-Хорошо, Мари, только недолго.
Мы прошли с Милошем внутрь.
-Мари, какая ты ему Мари? Кто он такой? Вы что, с ним вместе?
-Милош, помолчи, это очень сложная история. Не перебивая меня, пожалуйста.
И я начала. Я рассказала и про своих родителей, и про неудавшийся грабеж, и про план Дэймонда, умолчала лишь о том, как у меня ноги подгибаются, когда он рядом.
На протяжении моего рассказа Милош не менялся в лице. Он был сосредоточен, но когда я сказала, что уже все для себя решила со свадьбой, он в миг побледнел. Брови поднялись наверх, руками он потянулся к моим.
-Мариника, ты что такое говоришь? Ты ж его почти не знаешь, как ты можешь ему доверять? Зачем выходить за него замуж? – Милош, как обычно, критиковал все мои действия. Ему было всего девятнадцать, но он почему-то свято верил, что имел право контролировать мою жизнь.
-Милош, хватит, я уже все решила. Просто хотела, чтоб ты знал и не беспокоился обо мне.
-Ох, какого черта тебя вообще понесло в тот дом?
-А вот не надо было меня бросать. Все бы было по-другому.
-Да, Мариника, все бы было по-другому. Там бы поймали еще и меня, только вот тут не очень много генералов армии, которые хотят и на мне жениться.
Несмотря на то, что Милош был крайне зол, я не смогла сдержать смех. Не знаю, был ли это нервный срыв или просто выходили эмоции, но смеялась я долго и громко. Успокоилась только, когда к нам подошел Дэймонд.
-Мари, нам пора.
Действительно, у нас столько дел, а я тут веселюсь. Пришлось прощаться с Милошем, на котором не было лица. Неужели он так обиделся на мой смех. Наверное. Он всегда был ранимым.
-Мариника, одумайся. Что ты делаешь?

-Все, Милош. Я больше не собираюсь это обсуждать.
И потянула за собой Дэймонда. Который видимо так опешил, что без сопротивления позволил себя вести. Шли мы так до самой кареты.
-Значит ли это, что ты согласна на мое предложение?
-Да.
Победный блеск в его глазах я заметила уже садясь в карету. В этот раз мои ноги не дрожали. Я знала, что поступаю правильно.