План: не влюбиться в герцога

8 глава

Я сидела на диване и не могла найти себе места. Полчаса назад зашел Дэймонд и сказал, что будет ждать меня к девяти у входа. Мы должны были ехать за моими документами к Милошу. Сейчас я очень корила себя, что оставила их у него. Я очень не хотела встречаться со своей прошлой жизнью, а так как нам нужно было отправляться к моему старому дому, то путь был проложен именно к прошлому. Но поступить иначе я не могла. Если б хозяйка моего прошлого дома нашла мои документы, она попросту забрала б их. И тогда я стала б ее рабом, как и другие жители второго этажа. Ведь обращаться в полицию мы не могли, так как обычно обращались из-за нас.
Я прокручивала в своей голове воспоминания восьмилетней давности. Спустя столько времени я понимала, что моей вины не было ни в чем, но тогда я действительно чувствовала себя неблагодарной. Я жила с чувством вины, а затем с чувством предательства очень долгое время. Но недавно мне удалось отпустить ситуацию и попытаться двигаться дальше. Я боялась, что призрак прошлого повредит моему моральному состоянию.
На часах уже было десять минуть десятого. Собрав всю волю в кулак, я встала. Тут же раздался стук в дверь. Без разрешения на пороге появился Дэймонд, который выглядел весьма раздраженно. Но увидев меня, он быстро надел маску спокойствия. Не хотел меня пугать? Что ж… у него не получилось. Я еще больше разволновалось. Я терла потные ладошки друг о друга, успокаивая себя этим.
Дэймонд напрягся:
-Что случилось? Почему ты так взволнована?
-Нет, ты неправильно понял. Все хорошо. Давай же поедем быстрее. Раньше начнем, раньше закончим.
Еще меньше правдоподобности моим словам добавляла моя суетливость. Я попыталась обойти герцога с одной стороны, но нога зацепилась за ногу. Я чуть не упала, но решила попытать удачу с другой стороны. Там меня уже остановил Дэймонд. Он взял меня за плечи и развернул к себе. Я поймала внимательный взгляд карих глаз. Он долго молчал. Я постепенно успокоилась, концентрируясь на своих ощущениях. Его руки обжигали даже сквозь одежду. Легкое движение пальцев вызывало мурашки по всему телу. Его близость согревала не хуже самого теплого одеяла. Его глаза прожигали насквозь, теряя мой разум где-то на просторах вселенной. Может, на это и был его расчет. Но я постаралась не терять логическое мышление. Я не хотела посвящать Дэймонда в причины моего волнения. У него ж на этот счет были другие планы.
-Мари, я поклялся защищать тебя. Я уже упустил тебя, поддавшись трусости. Больше я не хочу допускать своих ошибок. Расскажи мне, пожалуйста, что тебя тревожит. Ты можешь мне доверять. Я всегда буду на твоей стороне и никогда не оставлю тебя.
Мне очень хотелось открыться, чтоб кто-то выслушал меня, отгородил от всего мира своей широкой спиной. А Дэймонд был тем человеком, которому я стала доверять. Он был вторым после Милоша. Не знаю, что это было, секундный порыв или тотальная вера, но слова полились сами. Я начала рассказывать всю свою историю с самого рождения, как я попала в этот дом, как там жила, и почему ушла. Мне становилось легче с каждым словом, лицо ж Дэймонда все больше мрачнело. Слезы лились из моих глаз, освобождая меня от боли. Вся тяжесть восьми лет уходила. В конце своего рассказа я облегченно откинулась на спинку дивана. Не помню, как тут оказалась, как и Дэймонда, нежно сжимавшего мои руки. Он сидел рядом, но смотрел в сторону. И все же нежно поглаживал мои ладони. Не знаю, что за мысли крутились у него в голове. Обстановка ж была тяжелой. Я кожей чувствовала сожаление Дэймонда и вину, которую он испытывал. Какую-то убивающую вину, будто она терзала его долгое время.
Я выдохнула и облокотилась на спинку дивана. Я не привыкла рассказывать кому-то о своих чувствах, и уже чувствовала сожаление о сделанном. Но за всю свою жизнь я выявила правило, что ни о чем никогда нельзя жалеть. Это бессмысленно, ты в любом случае ничего не сможешь исправить, да и то, что ты сделал, это то, чего ты хотел в тот момент. Значит, ты просто делал то, в чем нуждался. Как я могу винить себя за это?
И все же не время расклеиваться. И уж тем более вешать кому-то груз своих проблем и переживаний. Поэтому я, успокоившись, попыталась успокоить и Дэймонда:
-Спасибо за то, что выслушал. Мне правда стало легче. Думаю, я готова предстать перед прошлым. Когда-то ж надо его отпустить. Я рада, что ты будешь рядом со мной в этот момент. С тобой мне ничего не страшно. – не знаю, зачем я так открылась ему, но я чувствовала, что это правильно. И я говорила правду, за которую мне не было стыдно.
-Мари, мне так жаль. Ты не заслуживаешь всего этого. Я могу сходить сам. Ты не должна. – он в защитном жесте закрыл лицо руками. – как я мог это допустить? Это я во всем виноват.
Я не могла поверить, что он такое чувствовал.
-Дэймонд, это не так. Виноват только Филипп. Пожалуйста, не заставляй меня успокаивать тебя.
Он удивленно посмотрел на меня. На миг его лицо исказилось злобой, я могла только надеяться, что она направлена не на меня. С другой стороны, я хотела пострадать, а не успокаивать мужчину, который вообще ни в чем не виноват. Мне самой нужен был момент такой слабости.
-Ты права, Мари. – сквозь зубы сказал он. – тогда ты готова ехать сейчас? Нам по пути надо еще попасть в одно место. Мне надо решить дела с группой протестующих солдат. Заедем в тюрьму.
Меня повело в сторону. Тюрьма – это то место, куда я боялась попасть последние 8 лет.
-Да, конечно, пойдем. – Дэймонд пропустил меня вперед, отдавая приказы Диане по поводу моей комнаты. С чего-то подумав, что знаю дорогу, я решила пойти сама. Первые несколько поворотов мне даже удались. Потом настала развилка. Направо или налево? Я совершенно не помнила, куда дальше. Вроде Мартин поворачивал направо, но это мы шли в столовую. А она далеко от выхода? Ответа я не знала. Ну это хотя б проверенный путь.
Только направив свой корпус направо, я была остановлена рукой, схватившей меня за локоть.
-Ни на секунду нельзя оставить тебя одну. – сказал Дэймонд, ведя мен в обратную сторону. Ой, неловко получилось.
Чтоб не зацикливаться на этом, я решила начать свой допрос.
-А против чего бунтуют солдаты?
Герцог снисходительно на меня посмотрел. Конечно, я понимала, что это государственная тайна, а я считай просто прохожая. Но это не умаляло моего любопытства. Я решительно ответила на взгляд Дэймонда. Когда дело касается чего-то интересного, для меня не существует рамок.
Он по-доброму засмеялся.
-Хорошо, расскажу. Только ты сама понимаешь, об этом не стоит ни с кем трепаться. Иначе будут очень страшные последствия для меня. Император не прощает предательств, даже самых мелких.
После такого слушать было страшно, но еще больше интересно.
-Арчибальд издал указ о том, что любой, увидевший магическую тварь, должен сразу ее убить.
-Подожди! В смысле убить? Война ж закончилась, они уже побеждены давным-давно. Зачем их убивать? На каких основаниях?
Поток моих вопросов был остановлен необходимостью залезть в карету. У меняя была секунда передохнуть от осознания такой жестокой несправедливости. Я смогла лишь шумно выдохнуть и решительно ждать ответа.
-Все нечеловеческие существа стали слишком сильны. Мы перебили большую часть, но они ж создания природы. Она благоволит им. Всю магию убитых она подарила оставшимся. Поэтому сейчас многие из них сильнее даже меня. Ты-то должна была почувствовать какие-то изменения, что-то новое. – тут я побледнела, вспомнив про мою гостью-русалку. – Хотя такие полулюди, как ты, совсем не изучены. Никто не знает, как твоя магия отреагирует на это.
И я совсем не знала. Я до сих пор могла только чувствовать и видеть чужую магию. Эта способность была достаточно редкой среди людей, хоть она и совсем не ценилась. Отголоски магии могли чувствовать абсолютно все создания мира. Я же просто видела ее следы и чувствовала силу волшебника. Досталось ли мне это из-за того, что я русалка, или это был просто дар, я не знала. Но никаких изменений я не чувствовала. Теперь я только могла видеть русалку, которую не видел никто и, следовательно, за ее счет дышать под водой. Считалось ли это изменением?
-Раньше солдаты были не против войны, так как по законам мироздания при военных действиях убийца не получает откат. Но если кто-то убьет магическое существо просто так, то он получит проклятье. Никто не хочет получить что-то смертельное лишь из страха императора. Он и так очень хлипко держится на своем троне. Война с более сильными существами уничтожит его.
-Почему ж он так против волшебных созданий?
-Мари, сила – это власть, контроль – это власть. А их нельзя контролировать. Их магия не подчиняется людским законам. Их защищает природа. Их дары разнообразны и неповторимы. Наши ж силы ограниченны и однообразны. А уж дети, рожденные от разных рас, не исследованы. Таких случаев известно очень мало. Но каждый такой ребенок был сильнее целой армии.
-Так с ними надо объединяться, а не уничтожать. Император слишком эгоцентричен.
-Лучше никому такое не говори.
На этом разговор был закончен. Вынесла я из него следующее: никто не должен знать, что я русалка; девушка из моих снов явно не просто плод моих фантазий. Это меня пугало. Она что-то хотела мне сообщить тогда в озере. Но я совсем не понимала ее намеков. Поэтому я была решительно настроена узнать у нее все, когда она появится в следующий раз. Если она появится. Хотя в этом я практически не сомневалась.
Мы подъехали к неприметному одноэтажному зданию. И это тюрьма? Что-то совсем не похоже. Скорее домик обычной бабушки, которая ухаживает за своим огородом и нянчит четыреста котов. Ну что ж. Видимо, я совсем не разбираюсь в тюрьмах.
Свои выводы я поменяла, как только мы зашли внутрь. Оказалось, что за неприметным домиком скрывается огромное многоуровневое здание, этажи которого идут вниз. Здесь было мало света и совсем не было окон. Все работники ходили строго в строю, не было слышно никаких разговоров. Атмосфера была не просто гнетущей, она была смертельной. Ощущались только безнадежность и обреченность.
Я старалась ни на миллиметр не отходить от жениха. Я даже трусливо схватилась за его руку и шла хвостиком за ним. С нами, а точнее с герцогом, все здоровались громко и четко, вставая со своих мест. Даже осужденные, которых куда-то вели, тормозили вместе со всеми и отдавали честь Дэймонду. Что ж он за человек-то такой страшный? Еще и добил меня своим рассказом:
-Это тюрьма не для обычных преступников. Здесь сидят только изменники, предатели, революционеры, шпионы. В общем все, кто действовал против императора. Но они здесь ненадолго. Это место – просто посредник. Здесь дожидаются своего наказания, смертной казни.
Мурашки побежали по всему телу. Ком встал в горле. Что за ужас. Я не планировала бывать в таких местах.
-А мы куда идем?
-Я иду в допросную, а ты ждать меня в коридоре.
Меня до чертиков напугала идея остаться тут одной.
-В каком еще коридоре? - спросила я дрожащим голосом.
-Дорогая, со мной ты в любом случае пойти не можешь, останешься на первом этаже. Здесь только кабинеты служащих, здесь ты ни на какого преступника не наткнешься. Подожди меня вот на этом диванчике. – Дэймонд указал на сиротливо стоящую скамейку, обтянутую какой-то простынёю.
Я была обескуражена выбранным им обращением ко мне. Только это и спасло Дэймонда от моего сопротивления. Я немой куклой пошла к скамейке. И также молча плюхнулась на нее.
Мне оставалось только наблюдать за удаляющимся Дэймондом. Я осталась одна и совершенно не знала, что делать. Стены давили на меня. Здесь было темно, как ночью. Поэтому я просто решила считать кирпичи. Стены здесь были не особо украшены обоями, поэтому простор для счета был огромным.
На сто двадцать третьем кирпиче меня отвлек какой-то шум справа. Из самого темного угла, который я видела в своей жизни, я услышала призывающий голос.
-Эй, эй ты, русалка, подойди незаметно ко мне.
Разумеется, я и не шелохнулась. Во-первых, не самое надежное предложение, во-вторых, я онемела от страха, ну и в-третьих, какая я еще русалка. Я самый человечный человек на свете.
-Да не бойся ты. Я тоже… я тоже русалка. Мне нужна твоя помощь.
Наверное, я не очень умная или слишком любопытная. Потому что уже через секунду я осознала себя идущей на голос.
Когда глаза привыкли к темноте, я увидела девушку, скрутившуюся на полу. Она сидела спиной к стене, прижав к себе … хвост. Такой же длинный, как и у русалки из сна. У девушки были очень длинные рыжие волосы, которые скрывали ее наготу. Она уставилась на меня в немой просьбе. Хотя скорее немой приказ.
-Ну, чего ж ты ждешь? Меня надо отсюда вытащить. Мне срочно нужно в воду. Я скоро совсем высохну!
-Эээ, нуу.. так мокрой же неудобно. – кто сказал этот бред? Это ж я.
-Недалекая, что ли? Эй ты, полоумная, ты что, не видишь, что я русалка. У меня хвост. Я умру, если высохну. – гневно сказала русалка, смотря на меня, как на дуру. И я решила уверить ее в этом мнении.
-Да? Я и не знала. – русалка закатила глаза. –А что ты тут делаешь?
-Сбегаю, что тут непонятного?
-Куда? – да, сегодня я не блистала. Но ситуация действительно была нестандартной.
-Так, ты либо просыпаешься сама, либо я тебе помогу. Знаешь, какой у меня дар? Я могу взглядом заставить человека делать все, что угодно.
-Почему ж ты не заставила какого-нибудь солдата просто вынести тебя?
-Не глупая все-таки. Не обмануть тебя. Я могу приказывать только человеческим девушкам.
-Бесполезный дар в данной ситуации. Ты ж сама сказала, что я русалка. Как ты это, кстати, поняла? – секретность наше все.
-Так от тебя рыбой за километр прет. Ты, видимо, из семейства радужных, только у них темные волосы.
Она замолчала, наткнувшись на мой не понимающий взгляд.
-Ты хоть что-то про русалок знаешь? Существует множество семейств. Я из огненных. Мы все рыжие и обладаем силой внушения. Радужные имеют среднестатистические цвета волос, все оттенки русого. В общем не цветные. А магия у вас слабенькая.
-Какая? – спросила я в предвкушении. Я чувствовала, что прикасаюсь к чему-то родному. Что я вот-вот узнаю, откуда я все-таки, кто я такая.
-Ну чувствуете магию на более глубоком уровне, умеете менять ее следы или удалять их. В общем работаете с чужой магией.
-А блондинки к какому семейству относятся? – спросила я, вспомнив про знакомую мне русалку.
-Ой, этих много. Смотря, какой хвост. зеленый, значит, стихийные, они стихиями управляют. А если голубой, то это русалка снов. Они по снам ходить могут, только они очень редкие.
-А что такое семейства? Семьи?
-Не, ну ты реально глупая. У русалок нет семей. Мы не подвержены человеческим устоям, что ребенок должен жить с родителями. Ребенок сразу отправляется к таким же, как он. К семейству. К тем, кто имеет такие ж особенности.
-Что за ужас? Я так хотела найти своих родных. – тут я сама не поняла, как это сказала. Я действительно верила, что отпустила эту детскую мечту. А, оказываетс,я нет.
-Ну, ты ж не полноценная русалка. Найди своих родственников со стороны человеческого родителя. В чем проблема? – и так буднично она это говорила, что аж взбесила. – Так, мне не до твоих сердечных метаний. Нам нужно меня отсюда вытащить. Давай поторопись, пока нас не заметили.
-Я еще не согласилась тебе помочь. Ты кто вообще такая, как ты сюда попала?
-Я Миринда. А сюда меня просто запихнули. Солдат, который на меня наткнулся, не смог меня убить. Он-то и отправил меня сюда в надежде, что меня кто-то еще грохнет. Пока смельчаков не нашлось.
-Какой ужас! Миринда, мы тебя спасем. Меня, кстати, Мариника зовут.
-Давай, Мариника, уж поторопись как-нибудь.
Я совсем не знала, как ее спасти. Но решила для начала проверить, нет ли кого рядом. Не дай бог на кого-то наткнуться, а уж тем более на Дэймонда. Это ж поставит его в ужасное положение перед императором. Только представьте, невеста генерала армии спасает заключенную.
Никого рядом не оказалось. Я подошла к Миринде.
-А как ты вообще сюда добралась? Как высвободилась из тюрьмы?
-Мариника, не тупи. Меня никуда и не сажали. Меня просто оставили тут высыхать, чтоб никому не пришел откат.
Значит, двигаться она никак не может, раз сюда попала не сама. От отчаяния я решила просто тащить ее в сторону выхода. Да, там было много охранников, но в этот момент я про это забыла.
Русалка оказалась очень тяжелой. Ее хвост весил, наверное, как я сама. Поэтому шли мы очень медленно. Тем более Миринда все время ныла. Что я царапаю ее хвост. Из-за этого мне приходилось все время останавливаться и затыкать ее.
До поворота к выходу мы на удивление добрались незамеченными. Но тут услышали голос.
-Ну что, Клайс, готов к сегодняшнему выходному? Уже месяц пашем без перерыва. Совсем император помешался со своими нелюдями. Каждый день привозят. Работаем сверх меры.
-Да о чем ты, какой еще выходной. Сегодня каких-то бедняг протестующих привезли. Так что и не мечтай об отдыхе.
Двое солдат приближались к нам. Они обсуждали тяжесть работы, припоминая императора. Таких слов я еще не слышала. Как же его не любили.
Я уже готовилась к раскрытию моего гениального плана-спасения. Как в один момент их окликнул знакомый голос.
-Вы чего прохлаждаетесь? Живо работать. – сказал Дэймонд, заворачивая за поворот, где он и наткнулся на нас.
Пред ним предстала очень сюрреалистичная картина. Его невеста в позе задом к верху одной рукой держала русалку подмышкой, а второй закрывала ей же ее болтливый рот. Русалка в свою очередь кусала его невесту и растянула свой хвост на весь коридор.
Сказать, что Дэймонд был в шоке, это ничего не сказать. Он просто замер, нечитаемым взглядом смотря на меня.
-Что ты делаешь, Мари?
-О, а у нашей глупышки и жених есть. – сказала, освободившаяся о моей руки, Миринда.
-Кто это? – спросил герцог, глядя на меня.
-Это ... ээээ … Миринда. Я ее спасаю.
-От кого?
-От вас. Ее собирались убить. Просто так.
Тут русалка почуяла неладное:
-Мариника, зачем ты ему все рассказываешь? Кто он вообще такой?
-Я жених Мариники, при этом генерал армии Арчибальда первого.
Тут-то надежда спастись покинула не только меня, но и Миринду. И правда, зачем я ему все рассказала. Вот, что со мной делает доверие, я становлюсь слишком неосмотрительной. Хотя с Милошем такого не было. Может, я просто верю, что Дэймонд поможет нам.
-Мари, только не говори, что ты ее хотела вытащить через охрану. Чем ты вообще думала? Сначала тебя посадят, ее убьют, а меня сначала сутками пытать будут, а потом кинут в тюрьму подыхать. – с такой злобой во взгляде он со мной еще не разговаривал. Хотя я понимала, что он прав. Поэтому попыталась сгладить свою ошибку.
-Дэймонд, я по- другому не знаю, как ее отсюда вытащить. Может, ты мне поможешь.
Миринда усмехнулась, а Дэймонд обреченно выдохнул.
-Конечно, помогу. Что ж мне еще с тобой делать? Сейчас выйдем через черный вход, там не будет никого еще минут десять. Километра два отсюда есть река. Ты сможешь через нее уплыть? – обратился он к Миринде.
Та утвердительно махнула головой. Мы вдвоем потеряли дар речи от его решения мне помочь. Кто ж думал, что тот, кто возглавлял войну с этими самыми русалками, сейчас будет ее спасать?
Однако все случилось, как Дэймонд и сказал. Мы без проблем вышли из здания. Далее герцог пригнал нашу карету, пока мы прятались в кустах. Он же поместил Миринду в карету, накрыв свои плащом ее хвост, который еле поместился в карету. Мне же пришлось сесть на Дэймонда, так как места в карете совсем не было.
Не могу сказать, что мне не понравилось. Но это было очень волнительно – чувствовать руки жениха на своей талии, то, как они обжигают меня даже через ткань. Чувствовать его горячее дыхание на своем лице и ловить его внимательный взгляд то на моих губах, то на моем вырезе.
Я старалась не анализировать это, просто молилась, чтоб мы быстрее приехали. Но путь длился слишком долго. И вот уже, когда, потерявший контроль, Дэймонд потянулся к моим губам, мы наконец-то приехали.