Планета червей

Глава 12

Хлада в который раз подходила к пристани и «привязывала» рыбаков к червям зовом, как те её научили. Для неё самой теперь это стало уже не необходимостью, а самым искренним желанием, потому что каждый раз, касаясь груди мужчин и произнося их имена, она словно сама наполнялась внутренним светом.

На радость Хлады, селение сильно разрослось за прошедшие два маха, с тех пор как началось её особое общение с червями. Теперь к ней часто приходили новые люди и просили разрешения остаться, взамен обещая кто своё ремесло, кто дополнительные руки в работе. Уловов рыбы стало много. Обработка и хранение её требовали больше усилий, поэтому «зовущая» отбирала новосёлов с особым усердием. Ведь и ледник новый надо было сделать, так как в старом уже ничего не помещалось, и построить дополнительные жилища. Много забот свалилось на плечи Хлады, и она понимала, что эти хлопоты — именно то, чего она сама так желала. Бурная деятельность придавала ей сил, которые раньше она вряд ли бы нашла в себе, не имея определённой цели. Наблюдая за быстрым развитием селения, Хлада ещё больше воодушевлялась. Даже наставницы теперь с огромной охотой выполняли поручения «зовущей», радуясь, что их подопечная нашла свой путь в жизни. Эта новая жизнь им всем несказанно нравилась.

Невзирая на круговорот дел, девушка нередко представляла себе некоего юношу или мужчину, который при встрече с ней произнесёт долгожданную фразу: «Я тоже «зовущий». Рад видеть тебя!» Этот образ стал для Хлады и загадкой, и навязчивой идеей.

Принимая новых поселенцев, она пытливо всматривалась в лица молодых мужчин в надежде увидеть в их глазах какой-то знак. От такого пристального рассматривания некоторые смущались и опускали глаза, другие же, наоборот, гордо вскидывали голову и с ещё большей уверенностью рассказывали о себе. Женщины, любящие посудачить в свойственной им манере, перешёптывались и строили догадки, будто «зовущая» так ищет себе избранника. Многие молодые девушки, что приехали в Зов Песко на поселение вместе со своими парнями, тихо ревновали, но старались не подавать виду, чтобы не прогневить Хладу. А её нрав день ото дня становился всё более властным и требовательным. Это выражалось и в том, как она задаёт вопросы новичкам, и в том, как отдаёт распоряжения.

Однажды даже мать Вайза не выдержала и, прихватив за локоть Хладу — после очередного её нагоняя нерадивым ткачихам, испортившим прялками ворох водорослей, — отвела девушку в сторону и, сурово глядя ей в глаза, тихо спросила:

— Тебе стало нравиться унижать людей, потому что ты «зовущая»? Ты же понимаешь, что они не возражают тебе именно поэтому!

К такому неожиданному разговору Хлада была не готова и на мгновение даже смутилась, но потом взяла себя в руки и так же тихо, но уверенно ответила:

— Мать Вайза, людей нужно контролировать и не давать им даже повода для лени. Мягкими речами тут делу не поможешь.

Мать Вайза удивлённо приподняла брови и, не скрывая лёгкой насмешки, негромко отчеканила:

— Тебя одной не хватит всех контролировать, да ещё постоянно унижая людей. Страх, злость и раздражение, что появляются от унижений, — не лучшие помощники для тех, кого унижают. Уж коль ты взялась командовать, то помни, что самой простой похвалой ты сможешь дать людям новые силы. Тогда они и лучше будут свою работу делать! Пусть тебе примером станет Пётр, к кому в команду рыбаков не так-то просто попасть. Вот он умеет ценить людей и заботиться о них! Пётр даже простыми словами может остановить любую ссору. Просто потому, что всё делает через сердце!

Женщина готова уже была уйти, но, остановившись, посмотрела на Хладу с каким-то сожалением во взгляде и печально добавила:

— Или ты так мстишь себе из-за клятвы, потому что не можешь уехать отсюда, чтобы где-то найти свою любовь?

У Хлады тут же выступили слёзы на глазах, но она неимоверным усилием воли постаралась остановить их и отвернулась.

— Каюсь, было такое… — тихо прошептала она. — Но уж давно было, уезжать я теперь точно никуда не собираюсь. Так что, мать Вайза, не клятва меня делает такой, а моё одиночество…

После этих слов Хлада резко развернулась и быстро пошла к себе в жилище. Вайза посмотрела ей вслед взглядом полным любви и скорби, и спустя мгновение поспешила за «зовущей», догнала её, обняла за плечи и что-то тихо заговорила. Хлада остановилась, вздохнула тяжело, и вместе с матерью Вайзой они пошли по дорожке к жилищу.

***

Флэм теперь часто мечтал о «зовущей» Хладе, засыпая. Он представлял её то сурово-властной, то раскованно-весёлой. Но никакой из придуманных им образов не нравился ему. Он долго не мог понять, как может выглядеть та, на чей зов откликаются все черви. В его представлении эта девушка должна обладать такой силой духа, какая обычному человеку просто недоступна. Ворочаясь с боку на бок и думая о «зовущей», юноша старался поплотнее кутаться в одеяло, чтобы получше согреться.

В этом промозглом мире Флэму приходилось очень нелегко. Хотя для местных это был не холод, а так, небольшие заморозки по ночам. Его не меньше тяготила и постоянная темнота, слегка разбавляемая светящимися насекомыми и тускло мерцающим свечением от корней деревьев и кустов. В первый раз, когда вышел из жилища, он сначала даже не понял, почему Дюгуть и Калиле ушли собирать цветы в такую темень. Но потом вспомнил, что в Полунгаре светило Сао не появляется вовсе и никто тут не видел его света.

Здесь же Флэм впервые увидел небо, сплошь усеянное мерцающим ковром звёзд. Это зрелище поразило его до глубины души, заставляя по нескольку раз за оборот выходить, чтобы любоваться звёздным небом и хоть как-то адаптироваться к окружающей его темноте.