Племянница

Глава 21. Эстамп

Двигаясь тихо, чуть дыша, Эстер брела к комнате, где впервые увидела ту загадочную картину. И пусть никто не мог дать ей ответа, она уже знала правду. Чем ещё объяснялась такая притягательность этого полотна? Почему она не могла оторвать от него взгляда?

В темноте идти сквозь замок было нелегко, и принцесса едва не встретилась лицом с парой колонн, но вовремя увернулась. Она преодолела коридор, разделяющий два крыла замка, поднялась по лестнице на этаж выше и вновь оказалась в заветной комнате. В этот раз никто не разговаривал за дверью и не появился.

Эстер точно помнила, где увидела полотно. Здесь всё осталось прежним. Только портрет Белладонны Роддери исчез.

«Может, я ошиблась? Может, он был в другом месте? — с тоской и обидой думала принцесса, расхаживая по комнате. — Неужели мне всё это привиделось?.. Где же она?».

Так Эстер металась из стороны в сторону, разглядывая каждый портрет и пытаясь найти знакомые очертания, но всё тщетно. Ни одно полотно даже на толику не походило на то, что она видела.

«Мама…»

***

В дверь постучались. В этот раз королева ждала гостя, поэтому сама побежала к двери и распахнула её. На пороге стоял высокий и сухопарый мужчина с орлиным носом. Проседь в тёмных волосах делала его старше, чем он был на самом деле. Грустные голубые глаза внимательно изучали королеву.

— Здравствуй, Летти, — глядя на неё с невысказанным укором, бесстрастно произнёс он, так, будто зачитывал рапорт, а не приветствовал ту, кто для него всего дороже. Однако голос королевы звучал не в пример нежнее:

— Эстамп! — Алетрина бросилась ему в объятия, но он на них не ответил.

— Ты получила моё письмо?

Сбитая с толку его сухим тоном, королева отпрянула. Видеть Эстампа таким отстранённым, не чувствовать ответных объятий казалось дикостью. Он всегда первым тянулся к ней, всегда был тем, кто любит, а не тем, кто позволяет любить себя. Но, заглянув в его глаза и не встретив в них прежнего блеска, она поняла: в нём что-то безвозвратно и бесповоротно изменилось. И виной тому — она.

— Какое письмо?

Он качнул головой и вскинул брови, но, кажется, его это не сильно расстроило.

— Я писал тебе снова, разве ты забыла?.. Тогда скажу лично. — Королева присела на стул. Руки Эстампа легли на её плечи и сжали их. — Ох, Летти… Зачем ты так поступаешь? Твоё решение было слишком опрометчивым! Камея! Ты уничтожила её! Как ты могла?

— Так будет лучше, — хладнокровно ответила Алетрина.

— Лучше избавиться от пореза на руке, отрубив саму руку? Вот как ты поступаешь, Летти! Ты ведёшь себя прямо как…

— Нет, не говори, молчи! — выпалила королева, сжав руки в кулаки. — Эта женщина… она испортила мне жизнь!

— Милая, ты сама её разрушаешь, — с печалью изрёк Эстамп.

— Зачем ты пришёл?! Учить меня жизни? Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь?! Не смей меня наставлять! Я больше не та девица, которая пришла к тебе тогда!

— Летти… — бросил он, и в его глазах читалось ещё большее разочарование. Королева отбросила его руки с плеч и отвернулась. — Я хочу помочь тебе. Ты выбрала неверный путь. Уверен, в твоём сердце ещё так много тепла и любви! Иначе ты бы не приняла меня в замке, не отдала бы лучшую читальню Элесса и не позволила прийти сюда сегодня.

— Нет! Оставь меня! — упёрлась Алетрина, пытаясь противостоять чувствам, которые он будил в ней. Но Эстамп знал, что она не сможет.

— Летти, умоляю, послушай меня. Твой отец очень дорожил Камеей. Пожалуйста, можешь преспокойно забыть обо мне, когда речь заходит об этом, но Эммер вырос там, провёл своё детство и юность! Этот город — часть тебя! И смириться с его исчезновением я никогда не сумею.

Она тяжело вздохнула и обернулась к нему.

— Наверное, ты прав… Возможно, я сделала неправильный выбор. Но, пойми, ведьмы уничтожены! Они больше никогда не причинят никому зла!

— Всё равно это не умаляет того, что случилось. Летти, милая, я останусь с тобой. Я приду к тебе, если ты меня позовёшь. Когда угодно и куда угодно. Но Фэал никогда не заменит мне Камею.

Его слова тяжёлым камнем легли на сердце королевы.

— Прости меня… — сказала она, смахивая непрошеные слёзы, предательски навернувшиеся на глаза. Эстамп всегда пробуждал в ней светлые чувства, которые она душила в себе. Он был единственным, кто не желал ей зла.

Они обнялись, а затем он освободился от её объятий и, не прощаясь, удалился. Эта встреча принесла ещё одно чувство, о котором она хотела позабыть. Сожаление. Она и правда поступила слишком жестоко. Камея не заслуживала такой участи…

Ей не пришлось копаться в архивах, ведь в голове тут же всплыли самые яркие воспоминания об отце. Его историю она знала лучше своей собственной.

Уроженец Руании, отец всегда помнил о Родине. Когда-то в детстве он рассказывал дочерям о Камее. Перекинутый над глубокой пропастью мост делил этот городок на две части, не похожие на друг друга как небо и земля. На одной стороне жили богачи и знать, на другой — простонародье. Эммер жил среди простых людей.

Но однажды в его размеренную жизнь пришла она. Принцесса Мариам, вместе с королём Корвумом и королевой Медраной, навещала эти земли. Она сразу обратила внимание на Эммера, а потом и вовсе потеряла голову от любви. Эммер Роддери, прежде носивший фамилию Маскини, стал принцем, а затем и королём Элесса.