Племянница

Часть вторая. Глава 1. Шар

Засвети же свечу

на краю темноты.

Я увидеть хочу

то, что чувствуешь ты.

Иосиф Бродский

Вены на лице королевы вздулись от злости, когда она выслушала очередные нелепые отговорки гвардейцев.

— Что значит вы её не нашли?! Куда она могла деться?!

Гвардейцы только разводили руками да пожимали плечами.

— Ваше Величество, мы искали её всюду, — заговорил один из них. — Её нигде нет, испарилась будто!

— Бесполезные идиоты! Толку от вас не больше, чем от сломанного меча! А ну пошли отсюда! Продолжайте поиски, пока не найдёте принцессу!

Гвардейцы поклонились королеве и спешно удалились, оставив её в тронном зале наедине со своими мыслями. Ей так хотелось, чтобы в эту же минуту, прямо сейчас, исполинский булыжник проломил крышу замка и утонул в мраморному полу, образовав в нём огромную чёрную дыру. Такую же гигантскую, как та, что выросла у неё на душе, когда весть о побеге племянницы дошла до её ушей.

Она помыслить не могла, что Деймона на такое способна. Тихая и робкая девочка, она, кажется, боялась королеву, как мышонок — орлицу. Но этому мышонку хватило смелости и ума, чтобы перехитрить хищную птицу…

Королева стремглав понеслась туда, где меньше всего хотелось бы оказаться. Ступеней на винтовой лестнице было около двадцати, но пока она спускалась по ним, цокая каблуками изящных туфель, ей казалось, что эти зигзаги будут тянуться вечность. Но душные мрачные стены появились очень скоро и, наконец, поглотили свою гостью.

В этом месте всегда было неуютно. Здесь образ гордой королевы испарялся, и она снова становилась Ариенн. Как она не любила имя, которое дал ей отец! Как жалко оно звучало… Иногда мать упрощала, называя её просто Ари.

«Ари, уйди!»

«Ари, хватит таскаться по замку, ложись спать!»

«Ари, не задавай глупых вопросов!»

«Ари, оставь меня в покое!»

«Это ты виновата, Ари!!!»

С восходом на престол Ари исчезла, и на её место пришла Алетрина. Это имя звучало не в пример лучше. Оно жирным крестом перечёркивало прошлое. То прошлое, где был жив отец, напоминающий мраморное изваяние в королевском саду. В детстве она не понимала его вольнолюбивый и властный нрав, жажду получать, не отдавая ничего взамен, и строгость, от которой она так страдала. Эммер слышал лишь себя, считался с мнением только тех, кто во всём и всегда был с ним солидарен. Этот человек любил повторять: «Никогда не оспаривай моих решений!».

А мать… Неуравновешенная, вечно преданная отцу, она всюду следовала за ним, как тень. Когда она двигалась — плавно или стремительно — её длинная рыжая коса дёргалась из стороны в сторону, как маятник. Мариам краснела, если отец проявлял к ней нежность. Её лицо алело, даже если он лишь слегка касался её плеча. Порой казалось, что её любовь к Эммеру не знает границ разумного.

Ещё Мариам обожала Белладонну. Эта избалованная доморощенная девчонка была женской версией отца: такая же сияющая блондинка, больше похожая на рукотворную статую, чем на человека. К тому же первенца всегда любят сильнее, чем остальных детей, даже если родители клятвенно заверяют, что любят их всех одинаково. Белла получала всё — заботу, ласку, лучшие игрушки, самые роскошные наряды и самую крепкую, самую нежную любовь. Ариенн же не получила и мизерной доли этой любви, но так мечтала об этом.

Как ни пытался Эстамп внушить ей мысль, что Мариам любила и её, верить в это не хотелось. Винила бы она Ариенн в том, что отец их бросил, если бы Эстамп был прав? Если это так… значит, нет смысла ни в чём.

А Рейна… Да что она могла знать? Едва ли она помнила, как ушёл отец. Она в жизни не чувствовала той же боли, того же одиночества, того же желания расквитаться. Её никогда не глодали никакие внутренние демоны. Она слишком много времени проводила за своими книгами, чтобы разглядеть хоть что-нибудь, помимо пожелтевших страниц и слов, написанных мёртвыми литераторами…

В этом подвале жили призраки прошлого. Ариенн вновь появлялась из мрака и прогоняла Алетрину прочь. Уязвимый орган, гоняющий кровь по венам и артериям, нервно сжимался, и ей становилось так страшно.

Огонь факелов придавал мрачному помещению зеленоватый оттенок. Королева вознесла руку, чтобы взять факел, висящий на стене, и ей стало жарко от пылающего пламени. Она сжала руку в кулак и направилась в сторону клетки. Подойдя ближе, услышала раскатистый смех. В издевательской манере узник поклонился королеве:

— Ваше Величество! Знаю, зачем вы снова явились в нашу скромную обитель!

Ответа на это не последовало.

— Трубите тревогу, господа! — продолжал он. — Наша ненаглядная принцесса сбежала!

Он читал всё по одному её взгляду. Такова природа этих колдунов и магов — они всегда знают всё сами.

— Бедняжка, что ты от меня-то хочешь? — усмехнулся Лаур, схватившись тонкими пальцами за прутья клетки.

— Я не знаю, что делать… Ты должен мне помочь!

— О-хо-хо! — осклабился он. — Ты что, собираешься меня выпустить?