Племянница

Часть третья. Глава 1. Гость из прошлого

Чему смеялся я? Познал ли ночью

Своей короткой жизни благодать?

Но я давно готов её отдать.

Пусть яркий флаг изорван будет в клочья.

Сильны любовь и слава смертных дней,

И красота сильна. Но смерть сильней.

Джон Китс

В дом Корнейла кто-то постучался, но сегодня он гостей не ждал. И это не Тая с Хьюзом. Слишком рано. Оставив недоеденный ужин, он двинулся к двери. Затем тихонько отодвинул штору и глянул в окно — так, чтобы тот, кто стоял по ту сторону, ничего не заметил.

«Чтоб меня!» — подумал он, не зная, как реагировать: досадовать, злиться или радоваться. Впрочем, все эти чувства сейчас смешались в одно. Медленно и нехотя Корнейл отворил дверь.

У порога стоял его старый друг. Корнейл сразу узнал его, хоть жизнь и оставила на его лице нестираемые следы — морщины у глаз и на лбу. А ещё на переносице. За это время он успел отпустить бороду и усы. От Корнейла не скрылось и его облачение — поношенное, истёртое, перепачканное дорожной пылью и грязью, словно он упал в лужу и решил не переодеваться. Раньше он не был таким неряхой!

Визитёр смотрел на Корнейла, не скрывая своих чувств — он был потерянным и чем-то очень встревоженным.

— Ну здравствуй. Заходи, чего стоишь.

Корнейл предложил ему эль, но гость покачал головой.

— Зачем пришёл?

Моряк свалился на деревянное кресло, и сейчас даже самая мягкая мебель показалась бы ему жёстче камня. Он тяжело вздохнул, будто готовясь к длинному и откровенному монологу.

— А я бы всё-таки не отказался от пойла. В горле… пересохло, — попросил он вместо ответа.

Корнейл поделился элем, и, сделав глоток, гость наконец промолвил:

— Я знаю, что она в Элессе. И хочу найти её.

— В тебе проснулся заботливый отец?

— Ты же знаешь, где она.

— Была здесь пару часов назад. Сидела прямо на вот этом кресле.

— Где она сейчас?

— Отправилась на поиски Рейны. Я пытался её остановить, но она не послушала.

Бывший капитан вскочил с кресла, и чарка, выскользнув из рук, разбилась об пол, раскидав осколки и разлив эль.

— Да что ж ты делаешь, идиот! Успокойся!

— Дьявол… прости. Но я… как она могла?!

— Что ты собираешься делать? Думаешь, заявишься к дочери, и она примет тебя с распростёртыми объятиями? Она никогда тебя не видела. Рейна для неё единственный родной человек. Она доверяет только ей.

Он не знал, что ответить. Голодные пираньи жадно глодали сердце, мешая мыслить разумно, — так он себя чувствовал. Он уже очень давно хотел увидеть дочь. Всегда мечтал… Наверное, она стала такой же красивой, как мать, и, наверное, выросла доброй и честной. Он пропустил всё, что только мог пропустить — её первый прорезавшийся зубик, первые шаги, первое слово, первую ошибку, первую победу… Он сам виноват в этом, но…

— Я не знаю, — выдавил он. Взгляд Корнейла, как всегда, резал — старый друг смотрел на него, не скрывая осуждения и отвращения. Что ж, имеет право. — Я хочу сказать… знаю, что не смогу всё вернуть. Я и не пытаюсь. Я хочу попросить у неё прощения. Она, может быть, всю жизнь думала, что я мёртв или пропал без вести и, уверен, хотела увидеть меня однажды. Но единственный человек, который всегда был с ней рядом, — это Рейна… Все эти годы Мона находилась в безопасности, и всё, что могло её настичь, — лишь одиночество. Но разве это лучше, чем постоянный страх за свою жизнь?.. Потом, во время странствий, я узнал, что Мона вернулась в Самсиву, что она в замке, с Ариенн. Я знал, что там ей ничего не грозит. Да, Ариенн всегда любила лишь себя, но ещё больше, чем себя, она любит детей. А затем до меня дошли слухи, что Мона сбежала из замка. Я чуть с ума не сошёл… бросил всё, взял лучшего скакуна и унёсся в Фэал. Так боялся, что проклятая барракуда снова возьмётся за своё! И теперь я хочу быть рядом с ней. Когда найду её, ни за что не отпущу и сделаю всё, чтобы её защитить!

Корнейл не отвечал. Его взгляд всё ещё оставался укоризненным — так же, как и в тот день, когда Эрет покинул Элесс. И так же, как тогда, Эрет говорил горячо и прямо, точно спустил трап в собственную душу. Но Корнейла не впечатляло.

— Ты отец. Ты должен понять, — промолвил Эрет шёпотом, почти с мольбой.

— Флаг тебе в руки, Оскальд, — после недолгого молчания сдался Корнейл. — Девочка убежала за Рейной в лес, к замку.

Бывший капитан тут же вскочил с места и, открыв дверь, устремился прочь. Огненное марево полыхало где-то вдали, расправляясь с замком, как акула с морским котиком. Моряк не сомневался, что Деймона где-то там поблизости. Выпитый эль притупил страх, но он не чувствовал его совсем по другой причине. Если Мона бежит за Рейной прямо в пекло, не страшась ничего, то и он не должен бояться.