Племянница

Глава 8. Ещё одно послание

Тая днями и ночами изучала гримуар. Чем больше читала, тем лучше понимала. Теперь она знала, какие травы смешать, чтобы изготовить зелье с успокаивающим эффектом, какое заклинание починит заклинивший замок и как стать незримой не только для людей, но и магов. Книга подсказала, что в полнолуние лучше не гулять по лесу в одиночку —можно натолкнуться на ночные огни, что зачаруют и уведут за собой, а потом никто тебя не отыщет. Ещё гримуар объяснил, куда смотреть, если сбился с пути. Говорил, что стать настоящим колдуном может не каждый, даже если есть все задатки. Нужны годы обучения, нескончаемые тренировки и непрерывная подпитка своих способностей. Любой смертный может выучить простенькое заклинание, но продлится это недолго. Истинного мага определяло не только желание колдовать, но и непробиваемое упорство.

Хьюз научился волшебству сам, но в его сердце теплилось желание вернуть сестру, и он никогда не терял надежды. Он не спал ночами, корпел над книгами, набивал синяки и шишки, но стал тем, кто он есть сейчас.

Гримуар в то же время обладал своей властью. Вычитывая заклинания, написанные на его страницах, Тая теряла связь с реальностью и покорялась его силе. Казалось, не она читала фолиант… а он её. И чем дольше это продолжалось, тем труднее было вернуться.

— Мирр, — обратилась Тая к нему как-то вечером, спустившись в подвал. Теперь хозяин дома позволял обеим гостьям приходить туда, но только в своём присутствии. Эта комната была довольно тесной — не шире спальни Эстер, но туда помещались и кровать, и длинный шкаф с ингредиентами для лекарств и необходимой утварью, а ещё свечи и свитки. На стене, прямо над постелью, висела картина с изображением его дома, и Тая поразилась, насколько хорошо она написана — дом словно сфотографировали. Мирр рассматривал какую-то склянку с сиреневым порошком, но тут же отложил его.

— Объясните мне, пожалуйста, кое-что. Как целитель, — попросила она. Он вскинул брови, ожидая её вопроса. — Сколько я уже здесь? Дней пять, десять?

— Около десяти дней.

— Сколько дней я была ну… в бессознательном состоянии?

— Три.

— С тех пор, как я очнулась, я стала чувствовать себя по-другому… Все мои старые болячки зажили. И вообще такого прилива сил давно не испытывала… Хотя не так давно лежала в постели почти мёртвая… Как это возможно?

— В этом нет ничего удивительного. Сестра Хьюза пожертвовала своей жизнью и здоровьем, чтобы вы не ушли в долину смерти. Так что ваши силы — её силы, и ваши прежние болезни больше не должны вас беспокоить.

— Неужели? — поражённая, Тая присела на ступеньку лестницы. — А её генетика… как-то со мной связана?

Мирр приподнял брови и усмехнулся, зарывшись пятернёй себе в волосы:

— Не стоит беспокоиться, братом и сестрой вы с Хьюзом от этого не станете.

— Мне не до шуток! Понимаете, с недавних пор, несмотря на улучшение моего состояния, стало происходить что-то странное. Иногда по утрам меня будит тошнота, и ещё я стала чувствительной к запахам. Вот от вас, например, пахнет можжевельником, а этот подвал весь пропитан смолой! Что вы ухмыляетесь?!

— У вас была близость с Хьюзом? — внезапно спросил Мирр.

— Чего? А это здесь при чём? — возмущённо осведомилась она, став пунцовой, как мак.

Мирр продолжал довольно улыбаться, и ответ сам дошёл до Таи. Она схватилась за сердце, поразившись этой догадке. Немыслимой, нереальной, невероятной и самой прекрасной догадке...

— Но как… я же… я же не могу… — зачастила она, борясь с подступающими слезами.

— Значит, можете теперь, — ответил Мирр с такой теплотой, что Тая уже больше не могла держать себя в руках. Из глаз брызнули слёзы, и в порыве чувств она бросилась к Мирру в объятия. Тот легко похлопал её по плечу. Потом, отпрянув, она смущённо извинилась, опустив голову.

У неё будет ребёнок! Разве можно в это поверить?!

Она рассталась с этой мечтой много лет назад и не вспоминала о ней, воспитывая Эстер, которой отдала лучшие годы своей жизни и нисколько об этом не жалела. Но что теперь будет?..

— Погодите… а как я пойму, что это правда?

— Я говорю как целитель. Поверьте, мне достаточно притронуться к вашему животу, чтобы это понять.

— Ясно... Но что же мне теперь делать? Я не могу оставаться здесь дальше! Нужно найти Хьюза и рассказать ему! А Эстер? Что будет с ней? О Сам, это же изменит всё!

Она стремительно поднялась по лестнице и метнулась к гримуару. Раскрыв его, уставилась на знаки, и книга вновь зачаровала её. Словно наделённый собственной волей, гримуар говорил что-то, что ведал только он. И Тая, покорно внемля, становилась совершенно глухой к другим голосам.

«Ты найдёшь его там, где собрано всё прошлое… Там, где есть ответы на все вопросы…» — говорила волшебная книга, рисуя в голове образы места, где были люди с до боли знакомыми лицами, но образы их давно затерялись в чертогах памяти. И Тая вдруг поняла, куда идти. Но не головой, а сердцем.

***

Эстер пыталась уснуть. Но мысли, как и прежде, разбегались в голове, толкались, как суетные пассажиры в переполненном автобусе, и каждая искала себе место. Тревога теперь стала её постоянной спутницей и не оставляла ни на минуту.