Пленительные чары вечности

Дружба-вражда

Алекс спустился с чердака, подошёл к окну, и приоткрыл маленькую форточку.
Затем опираясь правой рукой об верх рамы и положив левую руку на пояс, осторожно высунул голову и начал наблюдать за своей госпожой и коммунистом, навострив слух, стараясь не пропустить ни одного слова из их разговора.
Из-того что он услышал, ему стало ясно, что Матвей врёт как дышит.
«Надо бы узнать, куда этот придурок ходил сегодня. Сам он ни за что не признается. Надо проследить за ним в следующий раз. Если у него роман с девкой, надо будет притащить её Катрине. Уверен, она будет довольна» - размышлял Алекс.
Ему не нравился Матвей.
Хотя бы потому что тот называл его Сашей, и был коммунистом, любящим поэтов-футуристов, картины в стиле кубизм, и архитектуру в авангардном стиле.

Да, Алекс сам принадлежал к классу слуг, однако он многое бы отдал, чтобы жить в том старом разрушенном мире, где были господа во фраках и цилиндрах, дамочки в чайных платьях с украшенными цветами зонтиками, стройные юнкера и кадеты в блестящей форме с галунами и позументами, автомобили Роллс-Ройс, похожие ещё частично на кареты, только с упрятанным в них мотором.

Тем не менее, выживать без этого коммуниста — было бы очень сложно, в особенности в первой половине 20 века.
Вскоре Матвей повёл Катрину в дом.
Алекс тут же встретил их у порога.
- О, явился, не запылился! - ответил он и сделав вид, что ничего не слышал, добавил,- Ну как прошла охота?
- Да никак! - ответил Матвей и махнул рукой.
- Как плохо, что сейчас нет никаких эсеров, меньшевиков и троцкистов! - съязвил Алекс, припоминая бурное прошлое Матвея.
- Зато сейчас на каждом углу буржуазия! - тут же нашелся коммунист.
- Раз так, то почему охота прошла никак?
- Видишь ли, простого работника легко сделать своей жертвой, а вот буржуя посложнее будет.
- Может лучше мне выйти на охоту? В отличии от тебя, у меня нет никаких дурацких правил.
Матвей замер.
Он знал, что Саша не такой как он сам.
И может позволить себе напасть как рабочего идущего с завода, так и на пионервожатого.
- Ага, чтоб потом твои фотороботы потом висели в каждом отделений милиции! - съязвил коммунист, припоминая бурное прошлое Матвея.
Катрин звонко рассмеялась.
- Вообще-то полиции! - поправил его Алекс.
- Это ещё цветочки! Сейчас возьмут да заснимут на смартфон — раз и ты звезда интернета! - вошла в разговор девушка.

- О, мон шери ами, да, сейчас у всех этих проклятых шельм смартфоны, и каждый сам себе фотограф и кинооператор. Из-за этих смартфонов невозможно сохранять свой статус инкогнито. То ли дело раньше - гуляй себе и никто тебя не узнает!
Два года назад Катрина вышла прогуляться на набережную с кружевным зонтиком от солнца, с прической в стиле модерн, на которой красовалась соломенная шляпка, в красивой кремовой блузке с пышными рукавами-фонариками и длинной бордовой юбке.
И её начали снимать на смартфоны, иногда спрашивая, какое кино/какой клип снимают.
Катрина отвечала туманно «А вы как думаете?» «На историческую тему».
После её на улице к ней подходили люди и говорили «А мы вас знаем! Вы та девушка с набережной!»
Вначале Катрине было приятно такое внимание. Она ощущала себя кинодивой, окружённой поклонниками, но вскоре это внимание стало ей мешать и раздражать её. Тем более, что она вампир, а не человек. А вампиру для собственного выживания лучше жить в тени, не привлекая лишнее внимание к собственной персоне.
- Вы оба меня совсем уж за дурака держите! - процедил недовольно Алекс, глядя на обоих.
- Считай как знаешь, - только и ответил коммунист.
Катрина же просто промолчала.
Алекс опустил свой взгляд на одежду своей прекрасной «леди».
- Тебе нужно переодеться, а то запачкала все.
- Да, ты прав. - ответила Катрина, посмотрев туда, где было грязно.
- Кому-то сегодня придется заняться стиркой. - пошутил коммунист над слугой.
- Я только рад стирать вещи своей госпожи. - процедил мрачно тот.
Да, оба мужчины были разные, как свет и тьма, как солнце и луна, как день и ночь, как облака и звезды, как пустыня и лес.
Даже вечность неспособна была поменять это.
Однако они дорожили своей «своеобразной дружбой-враждой».