Пленница дракона. Растопить ледяное сердце

Глава 1

— Ты? — внезапно сильный, гневный мужской голос прокатился по округе низким раскатом, словно далекий гром над штормовым морем. — Что ты делаешь в моих владениях?

Моё сердце пропустило удар, а потом часто-часто забилось, затрепыхалось, будто пыталось пробить ребра и выскочить из груди.

Такое мужественное, красивое лицо с волевым подбородком не могло принадлежать простому рыбаку. Черты незнакомца были слишком идеальными,

благородными. Их не портили ни резко очерченные скулы, ни губы, сжатые в

тонкую, жесткую линию. Он был словно высеченная из мрамора идеальная, ожившая

статуя.

Но больше всего меня поразили его глаза — холодные, как сталь, светящиеся жидким серебром, лишенные человеческого тепла.

Говорят, что бывают глаза как омуты. А глазах же незнакомца отражалась бесконечная морская пучина, в которой… я потерялась с первого взгляда.

Я смотрела на него и не могла оторваться.

Он свёл брови, нахмурился. Его грозный, обжигающий взгляд пугал. У меня даже мурашки выступили на коже.

— В твоих? — возмутилась я, стараясь не показывать охватившего меня волнения. Выше вскинула голову, но голос предательски дрогнул. — Эти земли принадлежат нам!

Красивые губы опасного незнакомца искривились в злой, кровожадной усмешке. От страха у меня по спине пронесся холодок. Внутри все кричало: "Беги, Дария! Беги и не оглядывайся!" Но ноги вросли в песок, я не могла пошевелиться.

Незнакомец, что стоял на кромке побережья, двинулся на меня.

Высокий, широкоплечий, статный. Если бы я увидела его на тренировочном плацу или среди телохранителей отца, или среди воинов, охранявших дворец, не удивилась бы. Но увидеть гиганта, одетого в свободную белоснежную рубаху и штаны, закатанные до икр, беспечно прогуливающимся босым у моря, было удивительно.

Каждый шаг незнакомца оставлял глубокий отпечаток на влажном песке. Следы тут же заполняла морская вода.

Мокрая ткань рубахи, прилипшая к мужскому телу, облегала мощный торс, вырисовывая каждый мускул, каждый изгиб тренированного тела. Темные,

тяжелые волосы, слипшиеся от морской влаги, ниспадали на широкие плечи мокрыми

прядями, придавая могучему незнакомцу образ морского бога, только что вышедшего

из пенных волн.

Я была заворожена его хищной, притягательной красотой.

Не то чтобы я не видела мужчин без рубашки, однако… Этот был каким-то особенным. В его движениях чувствовалась опасная, почти звериная грация, в каждом жесте — сила. И он был прекрасен.

— Земли, возможно, — он подошёл и навис надо мной скалой. — Но не вода. И не этот берег.

С последним словом море внезапно заволновалось, как будто услышало его и отозвалось.

Тихий плеск сменился глухим рокотом, волны стали выше, нарастая с каждым накатом. Я кожей ощутила исходящую от незнакомца ледяную ауру, кровь застыла в жилах.

Его тяжелый взгляд прожигал, клеймил, выворачивал душу. Но… он был по-прежнему прекрасен.

— Ты. Вторглась. В мои. Владения, — каждое слово падало, как чеканный удар молота. — И поплатишься за это.

Море уже ревело. Волны вздыбились, небо потемнело в одно мгновение, и даже воздух стал тяжелым, насыщенным грозовой яростью. Мне стало тяжело дышать.

— За что? — едва слышно прошептала я, чувствуя, как ноги подкашиваются от страха. Но он услышал.

— За обман. За предательство твоего рода. За подлость и коварство!

— Я не понимаю! О чем вы?!

— Уже неважно. — Вода вокруг незнакомца кипела, вздымаясь в бешеных всплесках. — Ты плата, которую твой гнилой род задолжал мне.

Ледяные когти страха сковали моё сердце. Неужели он… он как-то относится к проклятью?! Я перестала дышать.

— Но… мне уже исполнилось двадцать! — ухватилась я за последнюю соломинку.

— Нет. — Его губы растянулись в жестокой усмешке. Незнакомец надвигался на меня несокрушимой скалой. — Твои родичи солгали, чтобы скрыть ото всех день твоего рождения. Но меня не обмануть.

Я видела этого гиганта впервые, однако чувствовала, что он говорит правду. Осознание, что это так, оглушило меня. Ведь это значит… что проклятье… еще действует?! И… я, наконец, отмерла и попятилась, чувствуя, как влажный песок проваливается под ногами.

— Это не правда! — пролепетала в отчаянной попытке спастись.

— Плевать! — прорычал гигант, его холодные глаза поменяли цвет, а зрачки стали нечеловеческими, вертикально узкими. — С этого мгновения ты принадлежишь мне, как плата за предательство! Ты в моей полной власти. Я могу растерзать тебя хоть сейчас.

Слёзы потекли по моим щекам. Я уже не сомневалась, что море подчиняется ему – незнакомцу, на лице и в глазах которого столько ожесточения и ненависти.

Хотела закричать, позвать на помощь, но в тот же миг гигантская волна поднялась за спиной незнакомца, нависла надо мной жуткой толщей.

Я успела лишь набрать в грудь воздуха, прежде чем стена воды обрушилась на меня всей своей сокрушительной мощью, оглушила и потащила в бездну.