Пленница его величества

Глава 2

Король поднялся с трона, его мантия, отороченная черным мехом, колыхнулась, как тень, поглощающая свет сотен свечей, пылающих в зале.

Глаза, темные и непроницаемые, как безлунная ночь, впились в меня, и я почувствовала, как холод пробирает до костей. Хищная улыбка, едва заметная, но полная властной уверенности, играла на его губах, заставляя мои ноги дрожать.

Я стиснула кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы удержаться на месте и не отступить. Он шагнул ко мне, и каждый его шаг отдавался в моем сердце, как удар молота по наковальне.

Воздух в зале, пропитанный запахом воска и благовоний, стал тяжелым, почти удушающим. Я невольно попятилась, но его рука, сильная и властная, схватила меня за локоть. Пальцы, затянутые в тонкую кожаную перчатку, впились в кожу - не грубо, но с такой силой, что я ощутила его абсолютный контроль.

- Пойдем, малыш, - сказал он, его голос был обманчиво мягким, почти ласковым, но в нем сквозила угроза, от которой кровь стыла в жилах. - У меня для тебя сюрприз. Ты ведь любишь сюрпризы, не так ли, Кристал?

Имя, которым он меня назвал, резануло, как нож. Я не Кристал. Я Алия. Но страх сковал горло, не давая словам вырваться. Я хотела вырваться, закричать, ударить его, но ноги будто приросли к полу, а тело отказывалось повиноваться.

Его присутствие подавляло, как буря, готовая раздавить все на своем пути. Он повел меня через зал, мимо придворных, чьи шептания резали уши, словно рой разъяренных ос. Их взгляды - любопытные, насмешливые, а у некоторых полные скрытой жалости - жгли кожу, как раскаленные угли.

Женщины в пышных платьях, увешанные драгоценностями, прикрывали рты веерами, обмениваясь тихими комментариями. Мужчины в бархатных камзолах и с мечами на поясах следили за мной с холодным интересом, будто я была диковинным зверем, выставленным на обозрение.

Стражники, стоявшие вдоль стен, смотрели прямо перед собой, их лица были пустыми, как каменные стены замка, но я чувствовала их внимание, тяжелое и настороженное.

Массивные двери зала, украшенные резьбой драконов, с грохотом распахнулись, и холодный сквозняк ворвался внутрь, заставив меня поежиться. Мое разодранное платье, некогда красное, теперь покрытое грязью и кровью, цеплялось за неровный пол, а серебряная вышивка, тускло поблескивающая в свете факелов, казалась насмешкой над моим положением.

Король не замедлял шаг, таща меня за собой с такой легкостью, будто я весила не больше пера. Его хватка не ослабевала, и я чувствовала, как синяки, оставленные отцом в той, другой жизни, пульсируют под его пальцами, напоминая о свадьбе, от которой я бежала. Мысли путались, но одна билась в голове, как пойманная птица: куда он меня ведет? Что за «сюрприз»? И почему я здесь, в этом кошмарном месте, которое не похоже на мой мир?

Мы вышли в длинный коридор, где факелы, закрепленные на покрытых мхом стенах, отбрасывали дрожащие тени. Каменный пол был холодным и скользким, и я спотыкалась, стараясь поспеть за широкими шагами короля.

Воздух здесь был сырым, пропитанным запахом плесени и железа, а где-то вдалеке слышались приглушенные звуки - звон металла, чьи-то стоны, скрип тележных колес. Каждый звук заставлял мое сердце сжиматься сильнее.

Мы спустились по широкой лестнице, чьи ступени были истерты сотнями ног, а перила покрыты тонким слоем пыли. За узкими окнами, забранными решетками, мелькали серые тучи, и я заметила, как небо темнеет, предвещая бурю.

Отдаленный гул, похожий на рокот толпы, становился громче, и я поняла, что он доносится снаружи. Мое сердце билось так сильно, что я боялась, оно разорвет грудь.

Что ждет меня там?

Казнь?

Суд?

Или что-то хуже?

Наконец, мы миновали массивные ворота, украшенные коваными узорами в виде змей, обвивающих мечи. Холодный ветер ударил в лицо, принеся с собой запах мокрой земли, дыма и чего-то кислого, похожего на страх.

Перед нами раскинулась дворцовая площадь, огромная, вымощенная серым камнем, потрескавшимся от времени и непогоды. Толпа, собравшаяся здесь, гудела, как рой разъяренных пчел. Мужчины в грубых туниках, с мозолистыми руками и суровыми лицами, женщины с платками на головах, цепляющиеся за своих детей, подростки, протискивающиеся ближе к центру, - все они толпились, вытягивая шеи, чтобы разглядеть что-то впереди.

Их лица были смесью любопытства, страха и какого-то мрачного предвкушения, будто они ждали не просто зрелища, а кровавого жертвоприношения. Дети, слишком маленькие, чтобы понимать, что происходит, хныкали, но их матери шикали на них, не отводя глаз от центра площади.

Король остановился, его рука все еще сжимала мой локоть, и я наконец увидела, что приковало их внимание.

В центре площади стояла висилица - грубая, деревянная, с тремя толстыми веревками, покачивающимися на ветру, как зловещие маятники. А в этих петлях…

Мое сердце замерло, дыхание перехватило, а мир вокруг сжался до одной точки. Трое мужчин. Один - взрослый, с сединой в спутанных волосах, лицо изможденное, покрытое глубокими морщинами, но все еще сохраняющее следы былой силы и благородства.

Его глаза, голубые, как весеннее небо, были полны усталости, но в них горела искра непокорности. Это был Эйдан, мой отец - имя всплыло в сознании, как эхо из чужой жизни. Двое других - молодые, с красивыми, но бледными лицами, покрытыми синяками и кровоподтеками. Их волосы, светлые, как у отца, были растрепаны, а одежда, некогда богатая, с вышивкой в виде листьев, теперь висела лохмотьями.