Пленница его величества

Глава 13

Карета катилась по ухабистой дороге, и каждый толчок отдавался в моем теле, усиливая напряжение. Сквозь щели в занавесках мелькали густые леса, постепенно сменяющиеся пологими холмами, где трава была выжжена солнцем до желтизны. Я сидела, сжимая амулет в руке, его холодная поверхность казалась единственным якорем в этом чужом мире.

Иллюзия, которую я создала под руководством Веларона, все еще держалась: мои руки выглядели крупнее, плечи шире, а голос, когда я пробовала кашлянуть, звучал низко и непривычно. Но ощущение чужеродности не покидало - я чувствовала себя в чужом теле, в чужой жизни, и страх, что иллюзия спадет в самый неподходящий момент, сжимал горло.

Снаружи доносились голоса стражников, их грубый смех и обрывки разговоров о дороге, о Драконьей Империи, о каких-то местных разбойниках. Граф Веларон ехал верхом, я видела его силуэт через щель в занавеске - он держался уверенно, его плащ развевался на ветру, а голос, когда он отдавал приказы, был резким и властным.

Я пыталась сосредоточиться на амулете, на образе Лорана де Веларона, но мысли то и дело возвращались к отцу, Лиаму и Рейну. Их лица, полные боли и надежды, стояли перед глазами, и я знала, что каждая минута, проведенная в этой карете, приближает меня к моменту, когда их судьба будет зависеть от моих действий.

К вечеру леса окончательно уступили место холмам, и карета остановилась. Дверца распахнулась, и тот же стражник со шрамом на щеке жестом велел мне выйти.

Я выбралась, стараясь двигаться так, как, по моему мнению, должен был двигаться Лоран - уверенно, с легкой небрежностью, хотя внутри все дрожало. Солнце клонилось к горизонту, окрашивая небо в багровые и золотые тона, а воздух стал прохладнее, с легким привкусом пыли и травы.

Мы остановились на открытой поляне, окруженной низкими холмами, где стражники уже начали разбивать новый лагерь. Они натягивали палатки, разводили костер, а лошади, освобожденные от упряжки, паслись неподалеку.

Веларон спешился и подошел ко мне, его взгляд, как всегда, был пронизывающим, но теперь в нем читалась какая-то деловая сосредоточенность. Он жестом указал на небольшую палатку, установленную в стороне от остальных.

- Сегодня последняя ночь перед границей, - сказал он, его голос был спокойным, но с ноткой предупреждения. - Завтра мы войдем в Драконью Империю, и там начнется настоящая работа. Идем, нужно подготовить тебя.

Я последовала за ним, чувствуя, как сердце стучит быстрее. Внутри палатки было тесно, но чище, чем в предыдущей: небольшой стол, два стула, сундук с одеждой и узкий тюфяк, покрытый грубым, но чистым одеялом. На столе лежал сверток, перевязанный кожаным шнуром, и небольшой медный зеркальный диск, тускло поблескивающий в свете факела.

Веларон закрыл полог палатки, отрезая нас от внешнего мира, и указал на стул.

- Садись, - приказал он. - Нам нужно убедиться, что твоя иллюзия безупречна. И дать тебе несколько уроков, чтобы ты не выдала себя в академии.

Я опустилась на стул, сжимая амулет, который уже стал привычным в моей руке. Веларон развязал сверток, и я увидела одежду - не такую богатую, как его собственная, но гораздо лучше той, что была на мне. Темно-синий камзол с серебряной вышивкой, плотные черные штаны, кожаные сапоги, начищенные до блеска, и плащ с капюшоном, украшенный эмблемой в виде серебряного сокола. Это была одежда, достойная дворянина, племянника графа.

- Это твое, Лоран, - сказал он, подчеркивая имя с легкой насмешкой. - Одежда, документы, история. Ты - Лоран де Веларон, младший сын моего покойного брата, воспитанный в отдаленной провинции. Ты талантлив, но неопытен, и поступаешь в академию, чтобы доказать свою ценность. Запомни это. Любая ошибка в твоей истории, и маги академии раскроют тебя за минуту.