Пленница графа Ланкастера

Глава 2

Еще несколько секунд я стояла, будто приклеенная к месту, а затем изо всех сил оттолкнула бородатого.

— Вы с ума сошли?! Я вам кто, девица по вызову, что ли?! Я…

Да, кстати, а кто я?

Этот простой вопрос внезапно поставил меня в тупик.

Меня зовут Ад… «Аделин», — опять подсказал странный шелест в голове. Да нет, погодите, я же Ада. Ада Михайловна Образцова. Ну, забавное имечко родители дали, это правда. И в школе я за него расплатилась по полной программе — уж как меня только одноклассники не называли… Зато, когда выросла, получила преимущество в виде оригинальности.

Мой бывший муж, наверное, только за имя меня и выбрал. Во всяком случае, все последующие семь лет нашей совместной жизни он старательно это доказывал, потому что все остальное во мне ему не нравилось. Моя внешность (слишком обычная), моя работа (слишком скучная), мое хобби (слишком странное). Не нравилось ему и как я готовлю, и как сплю, а также — как хожу, сижу и дышу. Разве только интимом был доволен. Но тут уж была недовольна я, очень надоело все делать самой.

В общем, последние тридцать пять лет своей жизни я была Адой, но сейчас… я же во сне. Тогда почему бы и не Аделин?

— Ты будешь делать то, что я прикажу, — прервал мои воспоминания бородач, о котором всего лишь за какую-то минуту я успела благополучно забыть. — Может, ты и была местной аристократочкой, но теперь ты — собственность его светлости лорда Суррей. То есть — моя. Твой брат убит, твой отец, или кто он там тебе, бежал, а твоя земля принадлежит мне. Его величество прав, давно пора было покончить с этими «независимыми» территориями. Поэтому заканчивай ломаться, я хочу увидеть, что приобрел. Личико у тебя отменное, но таково ли все остальное?

Сон переставал мне нравиться с каждой секундой. Но почему он такой реальный? И почему я не просыпаюсь? Собственно, почему я — не я?

«Ты можешь уступить ему, — грустно прозвучало внутри меня. — Он сильнее, ты ничего не можешь сделать. Тебя никто не осудит. Подчинись. Сейчас он, наверное, и правда только посмотрит, а к себе в шатер позовет вечером, когда тебя вымоют и приведут в порядок. И… возможно, так даже будет лучше для того, что мы должны осуществить. Если хочешь, я потом смою все воспоминания…»

«Кто ты?» — таким же беззвучным образом спросила я, окончательно запутавшись в происходящем и ничего толком не соображая.

«Я… Аделин. Была ею. Но теперь это твое имя, твое тело и твоя жизнь. Однако мы не можем не выполнить то, что нам поручено».

Нет, так не пойдет.

«Слушай, голос, а можно я проснусь? Мне тут надоело, я хочу домой».

«Прости… Это не в моих силах. Ты не спишь».

По-видимому, лорд Суррей устал ждать, пока я наговорюсь с голосами в своей голове, и решил проблему очень просто: шагнул ко мне и изо всех сил рванул сорочку за вырез на шее. Раздался оглушающий треск ткани, моя грудь, белая и нежная, на миг показалась в разрыве льняного полотна

— Нет!

Мгновенно вернувшись в реальность, я закричала и попыталась оттолкнуть мужчину. Но тот держал крепко.

— Смотри-ка какая, — с ухмылкой произнес он. — И все же тебе лучше прекратить. Целее останешься.

Одна его рука обхватила мое горло и швырнула обратно на топчан, а другая принялась сдирать с меня злосчастную рубашку.

— Нет! Пусти! Да пошел ты… Ни за что!!!

Я хрипела от недостатка воздуха, но вырывалась и вертелась, как могла, стараясь отцепить его ладонь и как можно больнее поцарапать. Жаль, что тело подводило: оно было совсем не такое крепкое и сильное, как у меня прежней. Тонкие ручки с трудом сопротивлялись грубой силе.

Но я не хочу подчиняться этому бородачу, и этой галлюцинации в моей голове — тоже! Что значит, «уступить»? Не хо-чу!!!

— Помогите…

Мой крик был скорее похож на жалкое сипение, и конечно его никто не услышал. Если я еще надеялась на старушку-знахарку, то надеждам моим суждено было разбиться очень быстро. Женщина стояла в стороне с опущенными глазами и крепко сжатыми губами. Она явно не одобряла происходящее, но не делала ничего, чтобы это предотвратить.

Да куда ж меня занесло-то?

Лорд Суррей был просто-напросто сильнее, так что очень скоро моя сорочка полетела на пол, сорванная его руками. Под ней не оказалось ничего.

Он припечатал обе мои руки к топчану и грубо прижал ногой колени.

— Вот так… вот так, — пробормотал он, жадно оглядывая мое тело. — Хороша… Жаль, синяков тебе наставили, но они пройдут…

Его рука сунулась к моей груди, однако при этом мужчина чуть потерял концентрацию и равновесие.

— Прочь!!! — завопила я во всю мощь, вывернулась самым неимоверным образом и что было сил ударила беспардонного лорда коленом. Уж куда пришлось.

— Ах ты тварь! Да что б тебя. Сейчас ты у меня…

— Дядя, остановитесь! — раздался у входа в шатер громкий возглас. И в следующее мгновение нависавшее надо мной тело исчезло, буквально сдернутое чьей-то сильной рукой.

Я тут же цапнула одеяло и, заматываясь в него на ходу, поспешила отскочить в сторону.

— Ты что творишь, щенок?!

Теперь наконец-то стало понятно, что происходит. Какой-то высокий светловолосый мужчина крепко держал лорда Суррея за плечи, не позволяя вырваться. Одет мой спаситель был попроще, но его штаны и нечто вроде колета, явно походного образца, почти не уступали «дядиным» в добротности тканей.

— Прекратите, ваша светлость. Она ведь девушка. И, похоже, высокого рода. Вы не можете позволить себе запятнать честь дворянина таким деянием.

— Еще всякие бастарды будут мне указывать, что делать, а что нет! Она — военный трофей. Даже сам король не станет меня осуждать.

— Дядя, вы забываетесь.

Лед в голосе светловолосого, казалось, был способен покрыть весь шатер и пару миль вокруг морозным инеем. И это наконец заставило бородача охолонуть.

Резким движением лорд вырвал руку из захвата, но больше уже не стал пытаться ни на кого напасть.

— Ладно, — процедил он сквозь зубы. — Раз так охота поиграть в благородство, я дарю ее тебе. Все равно эта мерзавка не в моем вкусе, норовистая слишком.