Пленница Ледяного Поместья

Глава 9.

Пользуясь тишиной, что повисла в комнате, я осматривась. Ну, и собственно знакомилась с новыми лицами. Как определить в своей системе координат очередного кобеля, притащившего любовницу в собственный дом и голую девицу на его коленях, я не знала.
Впрочем, некоторые предметы туалета на ней всё же были. Она была просто напросто осыпана драгоценностями. То самое белое золото, жемжуга, сапфиры и алмазы, на которые спускал состояния этот недомуж, красовалось на его любовнице.
Браслеты широкими полосами обхватывали щиколотки, запястья и предплечья. Один из таких браслетов и вовсе играл гранями драгоценных камней на бедре, вместо подвязки. Очень интимный подарок. С прозрачным, так сказать, намёком на отношения дарителя и получательницы.
Тяжёлые длинные серьги оттягивали мочки ушей, шею обхватывало колье-воротник. В волосах помимо диадемы было множество шпилек с сапфирами и жемчугом. В ярко-красных волосах украшения заметно выделялись.
Почему-то мне бросился в глаза неестественный оттенок волос этой женщины. Я видела настолько рыжих людей, что их волосы казались оранжевыми или медными. Но чтобы красными? И потом, я не могла вспомнить хоть кого-то из знакомых рыжих, у кого бы не было веснушек. А тут, идеально белая, словно только что побеленный потолок, кожа при огненных волосах. Такое ощущение, словно эта мадам передержала на обесцвеченных или вовсе седых волосах краску оттенка "рубин" из привычной мне реальности.
- Пошла вон, - лениво протянул Серилл, едва взглянув на Изольду. - Как ты попала в мой дом? Прикажу всыпать плетей слугам, пустившим тебя за порог.
- Но... Разве... Приглашение... - бессвязно лепетала Изольда, едва не плача.
Она испытывала в этот момент такую дикую боль внутри, что даже мне хотелось согнуться и сдавить солнечное сплетение, чтобы облегчить жжение в груди.
И в этот момент я поймала на себе, точнее на Изольде, взгляд любовницы. Презрение пополам с насмешкой. Эта стерва была уверена в своей власти над Д'Алданьяком, и что ради её удовольствия он с готовностью вытрет ноги о собственную жену.
- Приглашение? Неужели ты отправил ей приглашение? - явно решила развлечься эта дрянь, соскакивая с мужика. - Всё-таки её просьбы о близости ради попытки пробудить дар, которого наверное и не существует, заставили тебя её вернуть?
- Что за глупость? Салли, возвращайся сюда, - он похлопал по своим ляжкам, совершенно не стесняясь присутствия жены. - Мне и раньше для выполнения супружеского долга требовалась хорошая порция возбуждающих сиропов, а сейчас и подавно.
- Да? - хитро улыбнулась дрянь. - Но я не могу. Я испачкала ножки из-за неё. Как же я вернусь на твои колени с грязными ножками?
- Раз беда из-за неё, значит она и вымоет твои ножки, мой драгоценный рубин, - оскалился этот скот. - Ты, подогрей вина вон из того кувшина и вымой ноги моей возлюбленной.
Даже думать не хочу, чем бы это всё закончилось, если бы здесь была лишь душа Изольды. Девочка сейчас просто задыхалась от боли и унижения, пряча лицо в ладонях. Солнце в её сердце, что было таким тёплым и нежным по пути сюда, сейчас буквально выжигало её изнутри. Я хорошо ощущала её боль. И собственное бешенство.
Видно оно и стало тем рычагом, что поменял нас с Изольдой местами. В какой-то момент я просто поняла, что это тело теперь слушается меня. А душа Изольды скрючившись в тени беззвучно рыдает.
- Боюсь, что вино не подойдёт. Шлюх в нашем королевстве издавна топили в кипящей смоле. - Холодно улыбаясь отвела я ладони от лица.
Пусть эта парочка думает, что всё это время я смеялась.
Что-то странное мелькнуло в глазах этой Салли. Мелькнуло и исчезло. Она решила изобразить слëзы обиды.
- Серилл, она... Она назвала меня шлюхой! - всхлипывала она, морща лицо
- Только идиот купится на твои сухие слëзы. Актёрское мастерство нужно подтянуть. - Хмыкнула я, заставив парочку любовников окончательно остолбенеть.
Ну, конечно! От Изольды никто такого ожидать не мог. А вот я физически не могла позволить ещё больше унизить девочку, вся вина которой заключалась в беззаветной любви к недостойному мужчине.
- Да и повода для такого возмущения нет. Девица, сидящая на коленях чужого законного супруга в таком виде, никем иным, как шлюхой и быть не может. Но если есть сомнения, то обращусь к королю за определением твоего статуса. Ну и для вынесения решения по твоей встрече с кипящим котлом, - пригрозила я, делая поставить дрянь на место.
- Что она такое говорит? Серилл? - испуг девки явно был настоящим, хоть она и пыталась его скрыть. - Меня убьют? За что?
- Ты не посмеешь этого сделать! - вскочил с кресла недомуж.
- Не посмею чего? Обратиться к королю? Каждое первое воскресенье месяца любой житель королевства может подать прошение его величеству. Любой. А я принадлежу к роду, что неоднократно доказывал свою верность короне. Это моё право. И почему же я вдруг должна отказаться от того, чтобы им воспользоваться? - наигранно удивилась я. - Наверное, боясь огласки неблаговидного поведения своего супруга и того факта, что он мне изменяет? Но этот с позволения сказать супруг и сам прекрасно с этим справился, устраивая балы и тратя огромные суммы на свою постельную девку, с которой открыто появляется в свете.
- Я смотрю, сидя в своей глуши, ты набралась дерзости и совсем забыла о поведении достойном леди, - процедил заметно взбешённый недомуж.
- Лучше посмотрите на себя и вашу любовницу. Лучшего образца для демонстрации недостойного поведения и придумать невозможно. - Может моё поведение и шокировало местного лорда, но откуда бы у меня появились присущие местным аристократкам манеры? Да и желания быть хотя бы вежливой с этой парочкой не было вообще никакого. - А если здесь кто и забыл что-то, то это вы, лорд Д'Алданьяк. Например о том, что являетесь законным супругом. И по замыслу, не свободны для подобных отношений.
- Вот оно что! Теперь ты решила не просить и умолять, а требовать и угрожать? - не скрывал злости Д'Алданьяк. - Этот брак был ошибкой! Я рассчитывал получить сокровище. Силу дара. Об этом все знают. Но меня обманули и всучили тебя. Пустышку. Бревно, неспособное заинтересовать и удовлетворить мужчину. В дохлой рыбе на твоём гербе больше жизни, чем в твоём теле. Да о чём я говорю! Ты не женщина, ты холодная и лишённая страсти лягушка! И когда я это понял...
- Решил с горя переспать со всем болотом? - перебила его я, вспомнив об одной важной детали. - И как я вижу, не за бесплатно. Только вы забыли, что я сирота. Моим опекуном был мой дядя, получивший тяжёлое увечье. И когда он оставил меня, то по его прошению, надзор над состоянием моей семьи, которое практически полностью превратилось в моё приданное, осуществляет сама королева-мать. Видно, чтобы избавиться от этой всей грязи, мне придётся побеспокоить не только короля, но и её величество просьбой назначить королевского ревизора в деле о растрате моего состояния. Вам придётся ответить за каждый грош!
- Высокомерная дрянь! - взбесился Д'Алданьяк, похоже, что своим последним высказыванием я переступила последнюю черту его терпения, и окончательно вывела его из себя. - Решила, что можешь держать меня на поводке угроз и попрекать своими деньгами? Ты ничего не сделаешь, не причинишь никому никакого вреда! Ты ведь кое-что забыла, да? Или так торопилась в мою постель, что не успела узнать тонкости заключённого нами союза?
Его оскал не предвещал мне ничего хорошего. Память Изольды услужливо напомнила, что пять лет назад, чтобы увеличить вероятность пробуждения и возможности передачи дара супругу, Изольда согласилась не только на общую церемонию, но и на магический брак.
Его называли "Союз стихий" и обычно его заключали те, в ком дар уже пробудился. Единение равных. Если же в ком-то из заключающих подобный брак дар ещё спал или отсутствовал вовсе, то он получал весьма незавидную участь. Сила владеющего даром, проникала в саму его кровь, превращаясь в нечто, напоминающее отдельную нервную систему. Что-то вроде нитей, что могли руководить телом человека, словно марионеткой. Изольда об этом прекрасно знала, но её любовь лишила её страха.
Знал об этом и Д'Алданьяк.
- Ты сейчас же, не задерживаясь ни на миг, ни с кем не разговаривая и не попадаясь никому на глаза, исчезнешь из этого дома. Ты отправишься в своё гнилое поместье и никогда его больше не покинешь! Заодно и осознаешь по дороге собственную никчёмность! Пошла вон! - он с силой толкнул Изольду, точнее меня.
Я конечно ничего не могла противопоставить сильному мужчине. Я отлетела к двери, словно брошенная злым ребёнком кукла. И хотя я чувствовала боль, а внутри всё сотрясалось от рыданий обиженной души, тело само, без моей воли встало, и не смотря на моё сопротивление, исполняло приказ Д'Алданьяка.
Я не могла остановиться, заговорить, просто открыть рта. И хотя я пыталась хотя бы просто позвать верного и надёжного Герра, тело не позволяло мне нарушить точные формулировки приказов недомужа.
Тайком, через парк, старательно прячась от редких слуг, спешащих по своим делам, я шла в морозную темноту. Одна и пешком, в платье и обуви, вообще не предназначенной для хождения по улицам. А мягкие и удобные зимние чауни, напоминавшие наши угги, Изольда оставила в карете, желая появиться перед мужем в лучшем свете. Меня сковывало от ужаса, когда я представляла себя со стороны. Тяжёлое платье из бархата цвета слоновьей кости, отороченное мехом, но с открытыми плечами, бальные туфли на небольшом каблуке...
И несколько дней пути по морозу, по зимнему лесу впереди. От сопротивления убивающей меня воле Д'Алданьяка на руках, груди, и как я подозревала, по всему телу выступили чёрные извилистые линии, напоминающие какие-то жуткие вены. Ресницы покрылись инеем и слиплись, слëзы застыли каплями на щеках. Каждый порыв ветра бил наотмашь, выдувая последние капли тепла из моего тела.
Начинающаяся метель заметала мои одинокие следы и трепала длинные волосы, ветви смыкались за моей спиной, лишая последней надежды на чей-то случайный взгляд. Прекрасно понимая, что обречена на смерть, я молча шла сквозь ледяную мглу зимней ночи.