Пленница Ледяного Поместья

Глава 17.

Его величество покинул охотничий домик почти сразу после ужина.
- Поверь, дорогая, если бы его величество остался ночевать здесь, то даже если я поклянусь, что спала с тобой в одной комнате, это не защитит от самых мерзких сплетен, - заверила меня за чашкой чая перед сном леди Кларисса. - Утром ты проснулась бы любовницей короля.
- И на слушаниях по поводу моего развода эти сплетни стали бы оружием против меня же. Верно? - сделала выводы я.
- Верно. Тем более, что столицу и так уже почти месяц лихорадит от пересудов, - отставила чашку и сложила руки, переплетя пальцы в замок, леди Кларисса.
- Почти месяц? Значит, не я причина этого оживления. Или... - насторожилась я.
- Изначально, нет. Но так сложились обстоятельства, что эпицентр этой бури теперь многие связывают именно с тобой. Точнее с Сериллом Д'Алдоньяком. Этот нарыв давно назревал, но по воле короля до открытого противостояния не дошло. А бал в особняке маршала стал тем самым проколом, - вздохнула леди Кларисса.
- Прошу прощения, но я совсем ничего не понимаю, - нахмурилась я.
- Ты действительно настолько не интересуешься светской жизнью? - насмешливо посмотрела на меня леди Кларисса.
- Как вы красиво называете сплетни, - ответила ей таким же взглядом я. - Леди Кларисса, если бы я хоть немного поинтересовалась этой вашей светской жизнью, то дела в личной жизни маршала не стали бы для меня столь смертельно опасным сюрпризом.
- Верно, - задумалась леди Кларисса. - Что ж, побуду той самой старой перечнецей, что отращивает всем этим пересудам ноги.
- Леди Кларисса, вы же понимаете, что эти пересуды могут повлиять на исход суда по моему делу, - подложила я горячих угольков из камина в специальную подставку под чайником.
- Ну, корни сегодняшней проблемы тянутся ещё со времён начала правления Ильяса Второго, - хмыкнула моя дуэнья. - Сейчас полезли ядовитые всходы. Боюсь, ещё одно подобное происшествие и король введёт супружескую неверность в перечень преступлений против короны. Уж больно много проблем по этому поводу. Королю даже пришлось не только вмешиваться, но и обнародовать некоторые семейные тайны.
- Настолько всё сложно? - удивилась я.
- До недавнего времени почти никто не знал, что король Ильяс был женат дважды, - грустно улыбнулась леди Кларисса. - Первой его супругой стала сестра герцога Семеона Вьëрга. Элиза была искренней, доброй и невероятно красивой девушкой. Красоту она унаследовала от своей матери, простой девушки, что служила цветочницей в замке Вьëргов. Эта красота её и сгубила. Старший герцог сделал её своей любовницей. И от этой связи и родилась Элиза. Но Семеон, сильно старше своей сестры, вернувшись с войны, потребовал от отца признания девочки. К несчастью, Элиза рано осиротела, но и после смерти отца, Семеон продолжал заботиться о сестре. Она получила должное образование, росла как леди. Даже была представлена в свете. Хоть и всем было известно, что Элиза бастард. Отказаться принимать её в своём доме никто не рискнул.
- Отказать и нанести оскорбление Семеону Вьëргу? - засмеялась я. - Я прекрасно понимаю наших аристократов.
- Вот именно, тем более сама Элиза была очень мила и приятна, да и посещала всякие балы очень редко, - усмехнулась леди Кларисса. - Она больше времени проводила рядом с братом, помогая ему по мере сил. Вела его переписку, счета замка. Так она и встретилась с тогда ещё едва отметившим совершеннолетие принцем Ильясом, будущим королём Ильясом вторым. Чувства молодых людей вспыхнули моментально. Но они оба понимали, что не могут объявить о них открыто. Королеву бастарда никто не принял бы. Но и отступать Ильяс не умел. Поэтому поженился он с Элизой тайно. Впрочем, вся эта часть жизни принца тщательно скрывалась. Даже дом, в котором жила супруга принца и куда он приезжал, был куплен моим братом.
- Подумаешь, бастард, - пожала плечами я. - Куда важнее, чтобы король на троне был спокойным и уверенным. А когда у короля надёжная и верная супруга, он как раз и будет сосредоточен на делах королевства.
- Даже сейчас наши аристократы в большинстве своём не примут подобной мысли, что уж говорить о почти поколении назад, - благодушно улыбалась леди Кларисса. - Тебя это не касается, но и твои слова меня не удивили. Лагурье всегда отличались образом жизни и своими взглядами на эту жизнь.
- Дом это место, которое должно быть источником сил и радости. Надёжность и уют. Если есть такое убежище, то любая буря не беда, а лишь опасное приключение, - произнесла я.
- Это убеждение передаётся у вас из поколения в поколение, словно впечаталось в саму кровь, - кивнула леди Кларисса. - Вот и у принца был такой дом, пусть и в тайне. Вскоре, Элиза подарила мужу дитя, прекрасную девочку. Ильяс хотел назвать её Анной, в честь сестры своего деда, а Семеон Катариной, в честь матери. Элиза и тут выступила миротворцем. Она сказала, что просит подарить ей право дать имя дочери. И назвала девочку Анной-Катариной. Это был удивительный союз, но недолгий.
- Долг короля перед королевством? - с непонятной мне самой горечью спросила я.
- Если бы. Элиза покинула этот мир два года спустя. Её сгубил грудной кашель. Это было огромное горе. Но появилось и ещё одно дело, требовавшее незамедлительного решения. Дочь короля. Кати не могла оставаться одна, и всецело доверять её нянькам Ильяс не хотел. - Налила себе ещё чашечку горячего напитка леди Кларисса.
- Вы говорите о ней с большим теплом, - заметила я.
- Кати была очаровательным ребёнком. Заботилась обо всех даже в самом нежном возрасте. Семеон, её дядя даже специально притворялся спящим в столовой, на маленьком диванчике. Маленькая Кати еле-еле переставляя ножки тащила тяжёлый для неё плед, чтобы укрыть. - Улыбалась леди Кларисса. - Герцог, который талантом полководца как раз обладает в полной мере, буквально осадил Ильяса. Он обоснованно утверждал, что если девочка будет расти во дворце, то очень скоро, всё хорошее в ней просто уничтожат. Она будет окружена лестью, подхалимством и предательством. А когда у Ильяса появится новая жена, а его вынудят жениться вновь, то кто сможет гарантировать девочке просто безопасность. Семеон задал очень коварный вопрос. Почему Ильяс так не любит Кати, раз желает ей такой жизни.
- И король задумался? - улыбалась и я, слушая рассказ о девочке, чья судьба могла бы стать весьма печальной. Достаточно было вспомнить дочерей Генриха Восьмого.
- Мысли о дочери и её счастье полностью занимали время будущего короля. - Кивнула леди Кларисса. - В итоге, обнародовать брак короля и рождение дочери не стали. Тем более, что герцог справедливо утверждал, что скорее всего наша аристократия порвётся напополам, чтобы признать этот брак морганатическим или вовсе аннулировать, а дочь сделать бастардом. Помня о своей сестре, герцог лучше других понимал, какая незавидная и печальная участь ожидает племянницу. Поэтому, в доме герцога появилась девочка, якобы осиротевшая дочь поместных дворян. Небогатых, но верных вассалов. Воспитанницу герцога, как ты понимаешь, звали Анна-Катарина. Девочка росла, расцветала, и превратилась в настоящую красавицу. Её мало интересовали балы, почти всё свободное время она проводила в садах. Превратив земли вокруг замка Вьëргов просто в живую драгоценность, цветущую весь год.
- Весь год? - чуть не подскочила я. - А как? Она смогла обеспечить круглогодичный подогрев почвы? Хотя постойте... Дочь короля! Кати стихийница?
- Всё гораздо сложнее, - вздохнула леди Кларисса. - Очень рано стало понятно, что девочка одарённая. Но какая стихия её благословила было не ясно. В этот момент в жизни Кати появился Эдвард Де Мариньяк.
- Стальной герцог? - уточнила я.
- Именно. Его род обладает огромными системами плавильных печей и кузнями, откуда королевская армия получает большую часть необходимого оружия. Вот только... Видишь ли, для существования всего этого нужен уголь и руда. А добывают её, - хмурилась леди Кларисса.
- На юге-юго-востоке королевства, в так называемых Железных горах, рудоносная часть которых расположена в землях, - понизила голос я.
- Герцога Семеона Вьëрга, которого зовут Железным не только за способность организовывать оборону в любом месте так, что противник просто зазря теряет солдат, но и за принадлежащие его роду с древних времён рудники. Без поставок от Вьëрга, Де Мариньяки стремительно нищали. Эдвард, как наследник, приехал договариваться, ведь его род катился к разорению. - Видно было, что этот Эдвард тепла у леди не вызывает. - Неизвестно, заметил ли отношение герцога к воспитаннице Де Мариньяк, или это были искренние чувства, тем более, что Кати действительно красива и очаровательна в общении, но Де Мариньяк просил руки Кати. Сама девушка была влюблена до безумия. Иначе я объяснить, как такая умная девушка, как она, полностью доверяла этому ничтожеству и не разглядела его сущности, не могу. К радости герцога Кати сама просила его не раскрывать её происхождения будущему супругу. Она не хотела чтобы его семья и он сам чувствовали себя ущемлëнными. Она хотела быть просто женой. Герцог в ответ попросил её сохранить в тайне проявленный дар.
- Что? - сжала подлокотники кресла я.
В голове щёлкали костяшки счёт, складывая круглогодичные сады, дар девушки и её любовь к физическому труду. А садоводство это прежде всего огромные затраты труда!
- Королевская кровь, - пожала плечами леди Кларисса. - Я вообще долгое время была уверена, что Кати обладает объединëнными дарами, и что престол Ильяса унаследует королева, а не король. Но всё же пламя взяло верх. Однако способность чувствовать и слышать воду, оказалась добрым знаком. Этой связи было недостаточно для пробуждения дара, но хватило, для того, чтобы обуздать огненную стихию в крови Кати.
- То есть, герцог женился на девушке из бедного рода, как он думал, и даже не подозревал, что она стихийница? - уточнила я.
- Вьëрг дал за якобы воспитанницей невероятно щедрое приданое. И конечно, поставки угля и руды пошли полными объёмами, - хмыкнула леди Кларисса. - Этого хватило на долгие годы брака. Кати не скрывала, некой напряжённости с матерью супруга. И его собственной сдержанности в проявлении чувств, но ничего тревожащего не замечалось. А Вьëрг часто навещал племянницу. Но все изменилось, когда Кати перешагнула порог тридцатилетия, и даже намёка на беременность не наступило. Стихийницы в основном поздно становятся матерями. Исключения не в счёт.
- Он изменил под предлогом необходимости наследника? - тихо спросила я.
- Он притащил свою любовницу, моложе Кати на двенадцать лет, в замок. Его семья, мать и сестра, окружила девку заботой и вниманием. Слуги обязаны были исполнять любой каприз. Де Мариньяк передал любовнице все привилегии положения законной жены. Девица к тому же заявила, что беременна. - Презрительно скривилась леди Кларисса. - Кати пыталась понять супруга, верила, что это всё скоро разрешится и этот кошмар закончится. Запросы девки становились всё наглее. Она начинала рыдать и отказываться от еды, когда упоминалось, что она в замке только до рождения сына. Как, интересно, определили, что эта девица родит именно сына? Начала жаловаться, что Кати её изводит, ей нужно было именно то, что принадлежало Кати. Она потребовала примерить простой кулон с гранатом, который Кати носила не снимая с детства. Это единственная вещь, которая принадлежала Элизе. Де Мариньяк велел Кати отдать украшение, а когда она отказалась, сорвал цепочку с шеи Кати и отдал любовнице. Та, заметив кровь, якобы испугавшись, случайно отбросила его в камин. Кати бросилась спасать единственную память о матери, а девка изобразила, что её толкнули и начала жаловаться и хвататься за живот. Де Мариньяк схватил Кати за волосы и оттащил в подвал, в темницу, запретив её кормить на неделю.
- Мразь! Удивляюсь, что вы так вежливо об этой парочке, - возмутилась я.
- Дорогая, я всю юность провела на войне! Поверь, я прекрасно знакома с бранью, но себя пачкать брезгую, - фыркнула леди Кларисса. - К счастью, не все в замке Мариньяк потеряли сразу и разум, и совесть. Посреди ночи Семеон Вьëрг принял одного из слуг Де Мариньяков, который рассказал ему о том, что происходит. Вьëрг прежде всего военный. Уже на рассвете ворота замка Мариньяк были снесены к демоновой матери, любой, кто пытался сопротивляться, был убит, а большая часть замка просто разрушена. Говорят, сильнее всего пострадал подвал с темницами. Кати тяжело пережила ту ночь. Кто-то подкинул дымницу в её камеру. Как выяснилось, это не первое покушение. За неделю до этого кто-то столкнул её с лестницы, пытаясь убить. Но муж заявил, что она изображает падение, чтобы привлечь к себе внимание.
- Это случилось месяц назад? - уточнила я.
- Да, - подтвердила леди Кларисса. - Семеон конечно вначале был озабочен состоянием Кати, которая за одну ночь, казалось, потеряла интерес к жизни. Естественно, все поставки сразу прекратились. Более того, поединок за честь Кати запретил король. Ильяс Второй воспитал детей так, что все его дети связаны крепкими узами привязанности. И королю пришлось пойти против собственных желаний. Но когда у этого мерзавца хватило наглости явиться в королевский дворец и потребовать от короля приказа восстановить поставки, мол, иначе это можно расценить как предательство со стороны Вьëрга, король при всех поинтересовался, как он должен расценить подобные поступки в отношении его старшей сестры и племянницы, а следовательно, единственной наследницы, герцога Вьëрга? И как он должен понимать попытку убийства и сам факт того, что кто-то посмел поднять руку на принцессу крови Анну-Катарину. Король обнародовал первый брак своего отца и наличие ребёнка от этого брака.
- Возмутительно! - моё возмущение было искренним. - И что, этот пример недомужа номер два, не понёс никакого наказания? И эта девица?
- Оружие для армии, - напомнила леди Кларисса. - Король не знает, как решить эту проблему, а тут к нему является Алекс с пересказом твоей истории. Исполняя мою просьбу о магическом зелье, чтобы приглушить действие магических уз, король отдал приказ лейб-гвардии прекратить так называемый бал в особняке маршала, гостей отправить по домам, а самого маршала и его любовницу посадить под домашний арест до выяснения всех обстоятельств. И в спешке упустил из виду один момент.
- Королевская лейб-гвардия? - прикрыла я глаза рукой.
- Да, королевская лейб-гвардия. Та самая, которую уже небеса знают сколько поколений возглавляют генералы рода Вьëрг. А среди приглашённых был Де Мариньяк со своей девкой. С которым король запретил герцогу прямые столкновения. А тут такой случай, - засмеялась леди Кларисса.
- Д'Алдоньяк совсем далбодятнулся? Приглашать в дом мужика, нанëсшего оскорбление сразу и герцогу из древнейшего рода, и королю? Да ещё и с любовницей? - не поверила я своим ушам.
- Что сделал маршал? - засмеялась леди Кларисса. - В защиту могу сказать, что в приглашении было указано имя Кати. А сам Де Мариньяк утверждает, что требует встречи с женой, в которой ему отказывают, для разговора. Мол, поговорят, он объяснит, что просто испугался, что Кати навредит его сыну, и всё будет хорошо. Тем более, что его девка хочет извиниться, что случайно испортила кулон. И что вообще виноват Вьëрг, скрывший, что Кати его наследница и вообще принцесса.
- Герцог Вьëрг разогнал всех лордов с бала, прилюдно объявив, что это по решению короля из-за моей жалобы на измену, при этом не отказав себе в удовольствии отыграться на мерзавце- Де Мариньяке? - простонала я, оценив размер проблемы. - Лорды наверняка обозлились на меня. Значит они заочно будут предвзяты! А ведь ходатайство к королю казалось таким верным решением.
- Поэтому и отношение короля такое. Он перед весами, где на одной чаше возможность обретения маршалом контроля над собственным даром. И это может быть решающим фактором. Ведь при попытке разговора о необходимости оружия для армии, герцог Вьëрг пообещал скорее начать продавать уголь и руду Полонии или триумвирату, чем хоть одна повозка из его земель окажется на землях Де Мариньяка. - Вздохнула леди Кларисса. - И скажи это кто-то другой, можно было бы попытаться как-то переубедить. Но это сказал Вьëрг.
- Да уж, шах и мат, - согласилась я.
- Но ты положила на другую чашу возможность отодвинуть голод. Наверное, в том, что именно Лагурье снова дадут королевству рыбу, есть какое-то знамение, если хочешь, - продолжила леди Кларисса, но её явно что-то тяготило.
- Вы тоже заметили странную закономерность, да? - решила поделиться своими мыслями я. - Почти одновременно рассорены Вьëрг и Де Мариньяк. Опустив трагедию Анны-Катарины, по которой это всё и ударило, армия осталась без оружия. А король рискует потерять одного из самых верных и прославленных генералов. Поддержка рода Вьëрг значит слишком много для королевской власти. А третий маршал потерял самую очевидную возможность обуздания дара. Столько вреда от неумения держать штаны при себе! Честное слово, я бы приказала охолостить обоих. Может тогда работа мозга восстановится.
- Всё же я была права, когда заключила, что ты далеко не та легкомысленная дурочка, какой тебя все представляют. Совсем нет, - усмехнулась леди Кларисса!