Пленница Ледяного Поместья

Глава 20

Сильная волна боли заставила меня глухо застонать. Я пошатнулась, но мгновенно ощутила кольцо сильных рук, ставшие крепкой и надёжной опорой.
Я посмотрела вверх. И встретилась с внимательным и серьёзным взглядом гардемарина.
- Не волнуйтесь, леди Изольда, - между бровями Алекса пролегла морщинка. - Вам ничего не угрожает пока я рядом. Я не позволю себе причинить вам вред, даже если это досужие сплетни.
Я собиралась ответить, что меня скорее всего неверно поняли. Я в данный момент меньше всего думала о репутации. Куда больше меня заботила всё усиливающаяся боль. Но и оставить двух возниц и леди Клариссу, даже в компании её племянников, мне казалось неоправданным риском.
Но мне помешал резкий протяжный гудок.
- Что? - повернул голову в сторону звука Алекс. - Боцманская дудка? Здесь? Откуда?
- Лорд Алекс, - облегченно вздохнула я. - Кажется, нам всем не придётся рисковать! Если я не ошибаюсь...
Из снежной мглы вылетели мощные кони, запряжённые четвёркой. Особая масть, серая шкура и черная грива с хвостом, широкая, мощная грудь и ноги с широким копытом, без слов говорили о том, что перед нами першероны Лагурье.
Тяжеловозы давно уступили тонконогим породам. Ушедшие в прошлое рыцарские доспехи сделали неважной высокую выносливость, а для парадных выездов и вовсе ценилась лишь картинка. Лагурье были из тех немногих, кто не опустошил конюшни, забивая долго и с трудом выводимых коней.
Першероны Лагурье славились своим вздорным характером. Это было не совсем верно, но сами Лагурье не спешили кого-то переубеждать. Эти серо-дымчатые кони не принимали еду из чужих рук, никакая уздечка не могла их заставить пойти за чужаком, а применять силу к зверю в полтора раза крупнее обычных лошадей было просто опасно. При этом эти кони были совершенно неприхотливы, могли питаться, подобно оленям, мхом и лишайниками без вреда для себя.
Не пугали их и снежные бури, и заносы, и наледь. Сугробы, в которых красивые тонконогие кони вязли по грудь, а нередко и вовсе ломали ноги, для греев, так называли этих лошадей за масть, даже препятствием не были.
Да, это были не статусные кони, справедливую цену за них никто платить не хотел. И вообще, рыцарские кони в конюшне считались признаками грядущего разорения. Поэтому, официально, Изольда даже не имела подобающего выезда. Но на самом деле обладала уникальными лошадьми, которые одним своим появлением разогнали нависшую над нами угрозу потеряться и замёрзнуть в бурю.
- Золи! - с тяжёлым гулом, заставившим вновь подняться с земли уже опавший снег, на землю спрыгнул возница вновь прибывшего экипажа.
Его фигура становилась всё отчётливее с каждым шагом. Впрочем, я узнала его по голосу, тому самому, что впервые услышала в этом мире. Однако, я не могла нет заметить, как величественно и даже пугающе выглядит этот добрый великан, замотанный в шарф по самые глаза и в плаще, что трепал холодный ветер. Видимо злился от бессилия, потому что его порывы великан-возница словно не замечал.
А я была так рада этой встрече, снявшей с меня тяжесть ответственности за свой выбор, что даже боль отступила.
- Алекс, - совсем забыла я о приличиях и манерах. - Нам больше нет нужды разделяться и рисковать, полагаясь на удачу и судьбу! Твои артефакты и умение ориентироваться только по компасу, нюх Ворюги и тепло экипажей это всё, как будто сложилось в один большой корабль! И к нам спешит лучший боцман из возможных, кто проведёт этот корабль через это непроглядное снежное море!
- Ты... То есть, вы, леди Изольда, переживали, что разделившись, кто-то из нас может не добраться до спасительного тепла? - мне показалось, что глаза Алекса засветились каким-то мягким светом, как будто он вот-вот улыбнулся бы. - Как я понимаю, это кто-то из людей Лагурье? И кто-то из близких? Судя по обращению. Золи... Кстати, вам очень идёт это имя.
- Это Герр, сын моей кормилицы и, как вы догадываетесь, мой молочный брат, - представила я Герра. - Он из семьи боцманов и способен прокладывать путь и в сплошной темноте, и в непроглядном тумане, и среди вихрей снежной бури! Мой дядя шутил, что в этой семье передаётся такой талант чувствовать путь, словно у них в груди спрятан самый лучший и надёжный компас. Герр, я так рада, что ты в порядке и с нашей последней встрече не произошло ничего дурного! Что дома? Как матушка, Берти?
- Леди Изольда, - присутствие посторонних заставило мужчину сдерживать чувства. - А кто из этих господ ваш... ссупруг?
Взгляд Герра выдавал все выражения, которые он постеснялся озвучить.
- К счастью, этого господина здесь нет. Леди Кларисса Беларье, уже несколько дней как взяла на себя обязанности моей наставницы и дуэньи. Её сын, лорд Алекс Беларье, сопровождает нас по воле короля. И её племянники, лорд Пьер и лорд Андриас Беларье, по приказу короля будут оказывать помощь в осмотре горных отрогов по течению Кельпилейда. Ну, и наши отважные возницы, с которыми я пока не знакома, - Представила я всех, мало беспокоясь о том, что представляю одно из знатнейших семейств королевства обычному человеку, из простого народа.
- Мы получили твоё письмо, - не обращая ни на кого внимания, Герр прижал меня к груди. - И знаем, что обязаны твоей жизнью леди Клариссе и её сыну. Мы благодарны и примем господ со всем радушием.
- Гееерр, - протянула я, чуть отстранившись. - Ты никогда не умел что-либо скрывать. Что случилось? Постой, я угадаю. Вы собирались мстить?
Герр отвёл глаза в сторону.
- Берти зажгла сигнальный синий огонь, - тихо, но с заметной уверенностью, произнёс он. - Вассалы имеют право на месть за смерть своего сюзерена. Это право дарованно нам королевской хартией больше тысячи лет назад.
- Да вы с ума сошли! - запоздало испугалась я. - Бросить вызов маршалу королевства!?
- Маршал, - зло хмыкнул Герр. - Название одно. Не дом, а головка перезревшего сыра. Одни дыры, да и стены сплошная видимость. Что это за дом, если стена в мою ладонь толщиной? Какое нападение он выдержит? Кого остановит? Да нам много и не надо было. Разозлить и унизить, чтобы он как оса помчался следом. Эту бурю старик Ванко ещё три дня назад предсказал. Всё нам на руку. Нам такая погода мало чем навредит, а вот как всякие маршалы...
- Я просила даже мысли оставить о том, чтобы самостоятельно навредить маршалу, - напомнила я, чувствуя слабость.
- Так мы твою волю нарушать и не стали бы, наоборот, строго соблюли! Зачем что-то делать, если бы он и сам прекрасно заблудился бы. А мы, как ты и велела, держались бы от него подальше. - Заверил меня Герр.
- А удостовериться, что Серилл окончательно заплутал и увяз в болотной трясине можно и издалека, - ехидно улыбалась леди Кларисса, даже в буран не пряча лица и сохраняя идеально ровную спину.
Я хотела ответить, что это всё равно было бы убийство, за которое король обязан был бы спросить, но мне помешала кровь, тонкой струйкой побежавшая по моему подбородку.
- Герр, ваша леди гибнет от магических уз. В трактире "В болоте" сейчас находится археус Майер, - услышала я словно издалека голос Алекса. - Нам надо туда.
- Хватай её и дуй в экипаж, я сейчас разверну, - ответил ему Герр. - Вашим возницам скину канаты. Погоним караваном. В экипаже пол засыпан землёй из поместья. Так Ванко велел сделать.
Это было последнее, что я слышала. Меня накрыло странным сном.
- У озёр цветочные луг,
Опасно разнотравье,
Не обманет вечность враг,
Застынет в назиданье.
Друг покой лишь потревожит,
Эхо в скалах пробудит.
Ничего узреть не сможет,
Пусть хоть вечность здесь глядит.
Лишь дитя родное скал,
Пройдя сквозь замкнутые гроты
Для жизни отомкнëт врата,
Проснуться Сердца воды, - едва перебирая струны тихо напевал Асгелард, сидя на берегу реки.
Это была одна из многочисленных песенок, что звучали повсюду в Лагурье. Но смысла вроде не имели. Или... А могли ли великие предки оставить подсказки подобным образом? Дневники и книги могли попасть совсем не в те руки. Карты тем более.
А услышать знакомые слова и тем более сопоставить их с событиями и реальными местами мог только тот, для кого эти самые места и названия были родными.
Видимо что-то во мне, может остатки эликсира, ещё сдерживали магические узы. Потому что вскоре я смогла разобрать мерное покачивание вокруг, завывание ветра и свист боцманской дудки, сигналами которой Герр предупреждал возможных путников или зверей о своём приближении. Мало ли кого нужда заставила так же, как и нас пуститься в путь.
Но были и другие ощущения, странные и непонятные. Заставившие меня резко открыть глаза.
Я лежала на сиденье, а в моих ладонях была зажата земля, а чтобы я могла её удерживать, Алекс стоял на коленях рядом с сиденьем и удерживал мои ладони в своих.
- Что ты делаешь? - почему-то шёпотом спросила я.
- Мне показалось, что тот Ванко, кем бы он не был, был прав, предположив, что близость земли из поместья сможет облегчить воздействие магических уз, - так же тихо ответил мне Алекс.
- И поэтому ты стоишь на коленях? - я почувствовала странную неловкость.
- Это неважно, - мотнул он головой. - Главное, что это подействовало!
- Я долго спала? - отвела я взгляд, но не сделала даже попытки, чтобы высвободить руки.
- Почти четверть часа, - указал головой в угол Алекс.
Там, в специальных зажимах, как я помнила, были песочные часы.
- От опушки Сторожевого леса до трактира часа четыре быстрой езды, - продолжил Алекс. - Но я почему-то уверен, что мы скоро уже будем на месте. Герр кажется обладает способностью открывать тропы, о которых никто не знает.
- Говорят, что эти земли щедры к Лагурье, - улыбнулась я. - Но как видишь, её дарами не обделены и остальные.
- Да, наверное так, - непонятно ответил Алекс.
Внутри экипажа царило молчание. Мы нарушали его лишь дыханием. Но оно не было тяжёлым или неловким. Я прикрыла глаза, прислушиваясь к себе. А мне было хорошо. Не смотря на изматывающее и болезненное воздействие магических уз, на долгую дорогу и холод вокруг. Руки, что помогали мне удерживать землю, были крепкими и надёжными. И они дарили чувство успокоения.